Скрытые истории Скрытых Селений. Огнецвет (Firebloom)

      Напряжение висело в воздухе почти осязаемой грозовой тучей, и это не могло укрыться от Какаши. Он уже не задавался вопросом, чем они выдали себя, где прокололись. Его волновало другое: почему на них, или хотя бы на него конкретно, не нападают? Ведь и разделили их явно неспроста: Наоки незаметно оттащил его от своих, провел в одно из многочисленных помещений, где представил каким-то вроде бы важным лицам, а сам сразу же удалился. Впрочем, по мнению Какаши, Огнецвету выгоднее было бы не разделять их четверку, а наоборот, согнать их всех вместе и накрыть каким-нибудь мощным дзюцу. Но нет — и не согнали, и не накрыли. Почему?       Возможно, конечно, что они всего лишь под подозрением, что они не выдали себя, не вывалились из своих ролей и образов. Однако Какаши чувствовал, что это совсем не так, и больше склонялся к другому объяснению: их четверка чем-то интересна Огнецвету, поэтому их хотят захватить живыми. Вернее, кто-то из их команды интересен кому-то из здешних извращенцев. Кто именно? Может быть, Сай и Арика? Когда Наоки говорил, что Огнецвету не хватает «товара», он явно не кривил душой, и пара новых уке пришлась бы организации весьма кстати. Непонятно только, как они собираются делать уке из шиноби.       Впрочем, было у Какаши еще одно простое объяснение всей этой неторопливости: адепты Огнецвета настолько уверились в своих собственных силах, что решили, будто схватят коноховцев легко, без суеты и без потерь. И, надо признаться, основания для подобной уверенности у них были весомые.       Под гнетом всех этих рассуждений и наблюдений тревога внутри Какаши непрестанно нарастала. Он понимал, что всё еще должен играть роль мастера-торговца, что прямо сейчас надо вежливо и витиевато отвечать всем этим людям, чьи лица скрыты масками, что он обязан выражать свое удовлетворение знакомством с ними. И он играл, отвечал, выражал. А душой и мыслями рвался обратно к своим.       Наконец, он решил, что выжидать дальше не стоит. Он как мог любезнее раскланялся с присутствующими, пообещав вернуться буквально через пару минут, и решительно направился к выходу.       Дойти ему, конечно, не позволили — пятеро в масках неторопливо и как бы невзначай заступили ему путь до двери. Не замедляя шага, Какаши осторожно нащупал в рукаве своего кимоно листки взрывных печатей. Глянул вперед: одной из масок была весьма знакомая по недавней «демонстрации» маска кота. Тем лучше!..       Он буквально затылком почувствовал движение позади себя. Выхватив несколько листков, Какаши не глядя швырнул их веером себе за спину. Сам тут же подпрыгнул вперед и вверх, в мгновение ока сложил печати…       Взрыв шарахнул, когда он уже приземлялся за спинами той самой пятерки, которая перекрыла ему выход. Но до того как взрывная волна настигла его, Какаши успел ухватить за одежду шиноби в маске кота и прикрыться его телом от брызнувших во все стороны осколков. Поэтому дверь они высадили уже вдвоем и отлетели вместе с ней на несколько метров — что и не удивительно: взрыв внутри закрытого помещения напрочь вынес не только двери, а кое-где и стены, и пол, и потолок.       Приземление после взрыва получилось жестким, и у Какаши аж перед глазами потемнело. Очухавшись, он обнаружил себя лежащим на спине, присыпанным сверху осколками и приваленным чужим обмякшим телом. Шевельнулся, и тут же пришла боль — ухваченный им мужчина роль щита, конечно, сыграл, и всё же осколка три-четыре Какаши достали: один чиркнул чуть выше правого локтя, остальные пришлись по ногам. Хатаке отвалил с себя тушу погибшего, встряхнулся и шатаясь поднялся на ноги.       Лопнувшая маска кота лежала в стороне от своего прежнего хозяина. Тело последнего было сплошь утыкано обломками досок и опалено взрывом, а застывшие глаза на его перекошенном лице пялились в потолок — на простоватом таком лице, ничего необычного. А ведь маска раньше придавала ему особую значимость…       Какаши поднял взгляд: пыль и дым плотным облаком висели в воздухе, снижая видимость, но, насколько различали его глаза, в том месте, где взрывом разнесло особняк, никакой активности не наблюдалось. Оно и к лучшему, что остальная часть коноховской команды сейчас далеко отсюда — не пришлось беспокоиться, что взрыв заденет кого-то из них.       Хатаке вздохнул с долей облегчения — больше не нужно притворяться и играть все эти роли. Теперь всё яснее и проще. И тяжелее…

***

      Хиаши цыкнул сквозь сжатые зубы: припёрли их знатно! Практически вдавили в ту самую комнату, куда они сами же и рвались, — и выглядело это как-то подозрительно. Однако бьякуган Хьюга ничего угрожающего не видел, так что оба коноховца, расшвыряв в стороны всех, кто стоял у них на пути, решительно проломили запертую дверь.       Сай уже складывал печати, и очередная атака была готова сорваться с его рук, как вдруг он остановился… Художник поднял к лицу ладони, посмотрел на них удивленно, словно в первый раз видел.       — Ранен?! — хрипнул Хиаши.       — Нет, — пробормотал Сай… и вдруг закатил глаза и начал валиться набок.       Хиаши дернулся было к нему, но тут у него самого всё поплыло перед глазами.       «Газ! — понял он, безвольно падая на пол. — Вот почему нас загнали именно сюда!..»       От шарахнувшего неподалеку взрыва пол под ним подпрыгнул. Но глава клана Хьюга этого уже не чувствовал…

***

      Взрыв вызвал заметное смятение в особняке, люди забегали, зашумели. Кто-то из уке испуганно заголосил, и его вопль поддержали еще несколько человек. Поначалу Какаши казалось, что поднявшийся гам вот-вот перерастет во всеобщую панику, но, увы, ничего никуда так и не переросло. То тут, то там, перекрывая гвалт, раздавались твердые приказные голоса, наводящие порядок, и Хатаке понял, что Огнецвет недаром считается сильной организацией: вывести их из равновесия не так уж просто!       Однако он всё же успел воспользоваться возникшим беспорядком: не навлекая на себя ничьего внимания, он без особых хлопот удалился от места взрыва — туда наверняка подтянется немало шиноби, а Какаши не собирался начинать сейчас крупномасштабное сражение. Сначала надо найти своих и узнать, всё ли с ними в порядке.       Впрочем, ничто не мешало Какаши нападать на тех приспешников Огнецвета, которые попадались ему на пути и при этом страстно желали его остановить. Более того, еще трое в масках из зала для «демонстраций» рискнули помериться с ним силами, и он без тени сомнения, как и обещал сам себе, отправил всех троих к праотцам…       Предварительно выглянув из-за угла, Какаши нырнул в очередной темный проход. И одним лишь своим появлением заставил подскочить находящегося там человека.       «Тигр. Еще одна маска из тех самых», — он занес кулак для удара…       В отличие от всех остальных, владелец этой маски почему-то не попытался ни атаковать в ответ, ни бежать. Вместо этого он как-то жалобно пискнул и выставил вперед руки. Услышав его писк, Какаши дрогнул, ослабил мощь своего удара, и тот у него получился смазанным, как пощечина. Однако и этого хватило, чтобы чужая маска отлетела в сторону…       Какаши выругался про себя.       Женщина… Средних лет. Приятные черты лица. Темные прямые волосы, не длинные, выше плеч. Затравленный взгляд огромных карих глаз. Дрожащие от страха губы.       Черт!..       Он понял, что не сможет. Не сможет даже ударить ее…       Еще несколько секунд он разглядывал ее сквозь прорези собственной маски, а потом отступил.       Женщина всхлипнула. И тихо осела на пол…       Стоило ему пройти несколько шагов, как мир вокруг него вдруг резко качнулся. Какаши глянул вниз — казалось, он сам еще идет, вернее, хочет идти, но ноги почему-то не держат его. И он, оказывается, споткнулся и падает лицом вниз на вощеный пол. Только в момент столкновения этот пол превратился в темноту…