Давайте беречь Нервы

Не хочу в это верить, Но мы, мы немые, Когда о нас говорят. Забираем друзей из тюрьмы И ночуем на лавочках у фонаря. Мне говорят, что это не надолго... Нам всем говорят, Но только без толку. Мы сами - убийцы и волки, Хотим победить войну забастовками. День, Ночь - Боль, Страх Ты живёшь в клетке, Но мир в твоих руках... (- Не хочу в это верить, не хочу в это верить...) Мы хотим есть, мы голодны, Мы терпели, теперь Мы едим самих себя... И ни капли чувства вины Мы пьяны от отчаянья. Нет дела до чужого горя, Но зато мы готовы Часами его обсуждать. Мы выпили целое море, Океан нас не хочет принять. * * * POV Маус * * * Все ушли в соседнюю комнату, остались только я и Надя. Я слышал как они ругались за стенкой, выясняли отношения. Я понял, что Женя, Влад и Стелла хотят остаться здесь, в Москве, Танюша и Юля им объясняли, что это невозможно, а Тох молчал. На Надю было больно смотреть, она сидела неподвижно уже около получаса, практически не моргала, редко из ее глаз текли большие слезинки. Я сидел на том же диване и думал. Думал о предстоящем туре, который должен быть незабываемым. Думал о долгих переездах, о нытье Тошика, которое не будет прекращаться ни на секунду. Думал о Женечке, по которой я буду очень скучать. Господи, как я проживу без этого маленького светленького лучика. Минимум четыре месяца будет тур, а что потом, ведь она может и забыть обо мне, навсегда, мы можем не увидеться больше. А я ее люблю так, как, наверное, никого еще не любил. Из раздумий меня вырвала Надя. Я увидел, как она начала медленно вставать с теми же стеклянными глазами. Раньше эти глаза были такими живыми и даже светились от счастья, а сейчас, как будто душа ушла из тела, оставив его умирать в гордом одиночестве, без единой эмоции. Надя, покачиваясь, стала медленно отходить от кресла, по-моему она шла к входной двери, но вдруг остановились, успев сделать лишь пару шагов в ее сторону, и начала падать. Я успел ее подхватить, ей повезло, что она стала падать а сторону дивана, на котором сидел я, а не пустоты. Я посадил ее рядом с собой. Она крепко вцепилась в мою толстовку и не отпускала. Мы так и просидели около десяти минут. За стенкой еще слышались крики, интересный способ найти компромисс, правда? Поорать друг на друга. Мы сидели с Надей рядом, она все еще держалась за толстовку, а я одной рукой ее обнял за плечо, притягивая к себе. -Маус, а ты где?-спросила она. Я сначала очень удивился, что она меня о чем-то спросила после стольких минут молчания, но все же ей ответил: - Я в Космосе. -Круто, а можно к тебе?-спросила она вновь. -Куда?- не понял я. -В Космос. -пояснила Надя. -Конечно, залазь, здесь тепло.-сказал я и, взяв с подлокотника плед, укрыл нас с ней с головой. Мы долго с ней разговаривали о разных вещах, стараясь забыть о скорой разлуке, мы болтали и о цветах, и о ванной, и о вертолетах, да обо всем на свете. Наступил вечер, Наде стало лучше, да и мне тоже. Она уже ушла домой, даже позвонила мне, сказала, что добралась без приключений за ту минуту, что я ее не слышал. Она хорошая девчонка, которой выпала тяжелая роль девушки звезды, такая же как и ее лучшая подруга. Они не дадут друг друга в обиду, пока нас не будет, я в этом точно уверен.