Лев

Джоффри не изверг, нет! Он всего лишь обычный король. Такой же чувственный и милый, каким был в детстве. В его сердце теплится не только ненависть к простому люду, но и глубочайшее сострадание: как же жаль, что эти городские крысы никогда не пробьются в высшее общество! А вот сочувствовать знати Джоффри не считает нужным. Если люди и так приближены к трону, то к чему им еще стремиться? Незачем сочувствовать высшим! – это же все понимают. Даже дядюшка Бес, совершенно не беспокоящийся о своем языке, который может быть выдран в любую минуту, стоит только королю пальцем щелкнуть. О себе не беспокоится и глупый дед, пытающийся указывать королю. Тайвин как будто бы не понимает, что лишится титула вместе с головой, если Джоффри получит еще хоть одну пощечину. Юнец теперь наделен огромной властью – чужими жизнями. И все, кто ниже его – отбросы. Даже мать, позволившая народу усомниться в королевской крови Джоффри. И откуда пошел этот гнусный слух, что мальчишка ни капли не Олень? Король недоумевает, но и сам ощущает себя Львом на все сто процентов. Именно поэтому цветочная девочка составит ему лучшую партию. Будь Джоффри травоядным, его бы съела лютоволчица, но он лев. Хищник, возвышающийся над другими животными. Царь всех зверей, в том числе и лютоволков. Ему приятнее быть с цветком, чем с таким же хищником, который в любой момент может накинуться, норовя разорвать. Но чтобы такого не произошло, Джоффри подпиливает Сансе клыки, стараясь показать свое превосходство. Издеваясь и говоря, что она всего лишь маленькая, неказистая собачонка, которая ни в одно сравнение не идет со сбежавшим Псом, и годная лишь на то, чтобы рожать щенят. Но львы не спят с собаками, и Санса знает это. Однако она теперь Ланнистер, а значит – понесет Льва. И поэтому, несмотря на все унижения, Санса ощущает себя Лютоволчицей. Ведь хищник будет спать только с хищником. Джоффри не нравится, что Санса жена Тириона; что она все еще помнит свою цену – при таких условиях у короля меньше возможностей одомашнить ее. Чужую жену сложно подогнуть под себя, но у мальчишки есть такая власть, поэтому он будет терзать девушку, пока не надоест, а это вряд ли случится. Санса должна знать свое место… оно рядом с королем. Не по правую руку и не по левую, а где-то в ногах – там место сломленных. Но сколько бы Джоффри не подпиливал корни, она не падает. Такая игрушка не сломается, такой хищник не станет домашним животным. Остается только пытаться обуздать стихию, растопить северный лед, с рождения обитающий в Сансе. Но Джоффри тоже не привык сдаваться. Поэтому он, Лев, будет играть с огнем и держать около трона лютоволка в наморднике. Такой нетерпеливый король будет ждать, когда Санса наконец поддастся или вовсе умрет. Только вот это не единственный вариант развития событий: разъяренный зверь может разгрызть прутья даже подпиленными зубами и, оказавшись на свободе, обязательно отомстит обидчику. Джоффри в глубине души боится, что когда-нибудь Санса соберется с духом и воткнет острый край броши в нежную шею короля. Что тогда она скажет? Будет ли сожалеть? «Незачем сочувствовать высшим!» - парень уже слышит голос девушки в своих фантазиях, нервно глотает слюну и протирает целую шею. «Нет, у Сансы духу не хватит поднять руку на короля», - утешает он себя и прогоняет ужасные мысли. Страх оставляет след где-то на подкорках сознания, и именно он заставляет держать девушку в поле зрения, измываясь над ней. Лев приковал Лютоволчицу к Железному Трону цепью, и будет грызть ее плоть, пока она не загрызет его.