Дружба дружбой, но я, кажется, в тебя влюбился.

Наверное, у всех лучших друзей случались ссоры. Будь то ссора из-за какой-нибудь ветреной девчонки, неправоты, упрямства, ну, в конце концов, из-за кусочка пирожка или шоколадки. У ЧанБэков именно ДРУЖЕСКИЕ, но серьёзные ссоры случались примерно раз в год или полтора. Последний инцидент с ЫнХо не считается. Серьёзная ссора в жизни бэст фрэндс всегда заканчивалась дракой, синяками и ушибами, а примирение - великой пьянкой и опять-таки дружным сумасшествием и истеричным ржачем. Обычно ссоры случались из-за упрямства и вредности: просто каждый стоял на своём, потому что: "Я же для тебя стараюсь, идиот! Тебе так будет лучше!" БэкХён вообще любитель поругаться, ему только повод дай. ЧанЁль в этом смысле более уравновешен, но, если уж в голову стукнет, то хрен кто его переубедит...ну ладно, пятьдесят пять процентов, что это сделает БэкХён... В общем, находили друзья повод поссориться и подраться, зато пьянка во время примирения ни с чем не сравнима. - Это как секс после ссоры, - говорил Бэк, а Ёль с ним полностью соглашался. Вот и в одно прекрасное зимнее утро БэкХён встал не с той ноги. И ЧанЁль, кажется, тоже. Подъём, как обычно, в семь часов, потому что на первую пару нужно прийти обязательно. Пак будит своего Бекона и убегает в душ. Там он пару раз падает, с риском свернуть себе шею и сломать руку в трёх местах, но всё обходится довольно безобидно, хоть настроение от этого не поднимается. Затем идёт в спальню, чтобы СНОВА разбудить своего парня, получает от второго в нос, не специально, конечно же, а потом, матерясь, шлёпает на кухню, чтобы приготовить завтрак. БэкХён появляется на кухне минут через тридцать, потому что пока встааал, пока в дуууш сходил... И не то чтобы друзья игнорируют друг друга, просто всё происходит в непривычной и не совсем комфортной тишине. Грёбаная тишина, которая почему-то нагревает нервы. И кажется, ведь это же ЧанБэки, сейчас всё будет! Но нет, парни молчат, потому что утро какое-то хреновое и противное, говорить не хочется, есть не хочется...да вообще ничего не хочется! Бэк бесится от всего вокруг, а Чан раздражается от того, что Бэк бесится. Всё по цепочке. Так и наступает один из тех очень редких дней, когда БэкХён капризничает, возникает и язвит сильнее,чем обычно, а ЧанЁль отказывается всё это терпеть, когда его энергия уходит почти на минимум, а режим "солнышка" отключается нахер. Ну, завтрак остался недоеденным, а бэст фрэндс уже успели поспорить насчёт того, у кого яйца чаще подгорают. Впереди универ, а это писец, товарищи. - Доброе утро, сурикаааты!!! - прыгает счастливый ДжонИн, видно ночка хорошая была. - Пошёл в жопу, индюк, - бурчит в ответ Бён и проходит мимо. - Ч...ЧанЁль, у него пмс? - шёпотом интересуется ДиО. - Да хер его знает. Со вчерашнего вечера бузит на всё и вся, окружающим настроение портит. Утром, как видишь, лучше не стало, а даже наоборот. Дитё малое, блять, - и тоже проходит мимо. - Кажется, сегодня будем их разнимать. Опять их клинит, - вздыхает Кай и, взяв за руку своего лупоглазика, идёт следом за раздражёнными друзьями. - Ну не может же он просто так, ну? Значит что-то случилось? - не унимаются КайСу. - Я ничего не знаю. Мысли не читаю и этого скоро терпеть не смогу. - Блин, а с тобой-то что? Ты же хэпи вайрус! - Прикинь! Я тоже иногда выхожу из себя. И это ИНОГДА случается именно из-за него! - Так, всё успокоились. Вы не ссорились? - Нет. Просто он меня бесит свои поведением. - Заткнулся бы, шпала! Не нравлюсь - катись! - плюёт через плечо шатен и ускоряет шаг. - Ну вот видишь?! Он, сука, будто этого и жаждет. Раз пятнадцать уже эту фразу сказал. Бесит, блять! - Короче, я понял, у вас критический день. Думаю, завтра пройдёт, - заключает КёнСу и бежит догонять Бэка, оставляя доминирующих позади. Как и ожидалось, универ погружается во что-то липкое и неприятное, потому что стоит хоть пальчиком задеть злого Бекона, то на тебя тут же валится водопад искренней брани и нецензурщины. БэкХён же, чё. ЧанЁль, конечно, не настолько зол и раздражён, чтобы крыть матом всех, кто к нему прикоснётся, но лишний раз его трогать всё равно не решаются. А мало-ли, ведь Пак предпочитает не материть, а бить в челюсть. На парах, как бы то ни было, тишина не восстанавливается. ЧанБэки не затыкаются, а даже наоборот, становятся ещё громче: спорят о чём-то, пусть и почти шёпотом, топают ногами и стучат кулаками...ну, или кулачками... о деревянную поверхность. - Ну, что, детишки, будем кушать! Приятного аппетита! - заявляет счастливый ДонМин, приступая к трапезе, которую он ждал неимоверно долго. - Засунь свои "детишки" себе в зад, - недовольно отзывается ЧанЁль. Дон охеревает, ЫнХо охает, КайСу молча переглядываются, и только БэкХён подаёт голос в защиту друга: - Сам в задницу засунься. Он только приятного аппетита пожелал, хамло. - Если засунусь, ты бедный будешь, солнышко. И тебе ли говорить про хамло? Мин и Кан вопросительно смотрят на КайСу, мол, в чём дело? Но ответ не получают, поэтому решают просто заткнуться и вмешаться только по большой необходимости. Но эта необходимость не наступает: раздражённые бэст фрэндс не говорят за столом больше ни слова. Не разговаривают парни и на последующих парах. Просто каждый понимает, что после этих словесных перепалок завяжется драка, а драться друг с другом неинтересно. Домой идут в разных компаниях и в разное время, но при этом каждый говорит, что они не в ссоре, просто день какой-то паршивый и настроения нет, и делать ничего не хочется, всё бесит, всё достало. Пак возвращается позже из-за баскетбола, но зато возвращается в более приподнятом настроении. Жаль, но нельзя сказать, что настроение старшего улучшилось. Скорее, наоборот... И дело вовсе не в погоде и не в окружающих людях, и даже не в законном дне драк и ссор между ними, просто БэкХён защищается. Может, он и не заводил темы об отъезде друга в Лос-Анджелес, но мысли атаковать не переставали и не перестают. ЧанЁль может уехать и насовсем. Да, это вроде и не проблема вселенческая, но всё же. Ёль не сможет вернуться в Сеул к Бэку, пока не уладит дела, не сможет вернуться совсем, если дела выйдут на более серьёзный уровень. А Бён не сможет уехать из Сеула к Чану, пока не закончит университет и не убедится, что мама живёт с порядочным и достойным её мужчиной. Редкие встречи, наведывания в гости на неделю или месяцок...ну не то. БэкХён ещё никогда не жил так долго без лучшего друга-идиота. Он просто не умеет жить без Пак ЧанЁля. Ненужные мысли и переживания доводят до состояния, когда всё раздражает и хочется послать всех на Юпитер, даже того самого ЧанЁля, из-за которого, кстати, и происходит эта атака мыслительных процессов и рассуждений. БэкХён просто защищается и пытается начать учиться жить редкими встречами и звонками по скайпу и телефону. Но и ЧанЁлю в этом случае не лучше. Он испытывает почти то же самое, что и Бэкки, только с толикой обиды на друга за то, что тот избегает и грубит без причины, вместо того, чтобы весело и, может, романтично провести оставшийся месяц. В отличие от БэкХёна он не думает о том, чтобы учиться жить без друга, он просто хочет делать то, что хочет, а он хочет крепко обнимать и нежно целовать своего драгоценного Бекона. Да, он понимает, что расстояние как-то повлияет на их отношения в будущем, но ведь это не значит, что они полностью прекратятся. Да, он не сможет видеть эту забавную мордашку каждый день, да он понимает, что, возможно, останется в Лос-Анджелесе на очень и очень долго время. Но, блять, чего драму-то разыгрывать?! В конце концов, существуют отпуски, самолёты, интернет, телефоны и желания! Выход и решение есть всегда! Надо только сильно захотеть. - Бекон, давай сегодня ужастик посмотрим? - дожёвывая последний кусочек пиццы. - Я пас. Спать хочу. - Детское время ещё, Бэк. - Скажи спасибо, что тебя дождался и не вырубился. - Блять! Бэк, прекрати! Надоело уже! - первый срывается Ёль. Обида просто не даёт умолчать. - Что прекращать?! Чем ты опять не доволен?! Почему стоит нам начать ТАКИЕ отношения, так мы ссоримся?! Заебал! - БэкХён встаёт из-за стола и выходит из кухни. Лучше уйти, пока чувства и эмоции, тщательно скрываемые весь день, не вылезли наружу. - Куда пошёл? Мы не договорили! - младший идёт следом и хватается за хрупкое плечо, прежде чем Бён успевает зайти в комнату. - Пусти. Мы договорили. - БэкХён, не будь ребёнком! Нельзя ссориться без причины! - Но мы же ссоримся! Пусти, иначе я тебя ударю, - шипит шатен, поднимая глаза на младшего. - Что с тобой? Расскажи мне. - Пусти. - Бэк... - брюнет не договаривает - БэкХён бьёт. Бьёт не сильно, но довольно-таки ощутимо. Удар приходится в живот, и Пак всё же отпускает руку. Но Бэк не успевает сделать и трёх шагов, как его снова хватают и резко разворачивают. В глазах напротив старший видит злость, боль и обиду. ЧанЁль хватает друга за грудки, приподнимая над полом так, что худые ножки мотыляются в воздухе, а затем больно прикладывает к стене. - Ну давай. Бей. Я не фарфоровый, не разобьюсь, - цедит сквозь зубы шатен, игнорируя тупую боль спине и затылке. Пак заносит кулак для удара и бьёт. Бьёт со всей дури. А БэкХён слышит глухой стук слева, а в следующую секунду чувствует, как чанёлевские губы накрывают его собственные. Бён чувствует, как покусывают его нижнюю губу, тут же зализывая, а затем посасывая. Чужой язык очерчивает контур и толкается внутрь, и старший не может не разрешить углубить поцелуй. Он просто не в силах сопротивляться этому человеку. В этот момент Ёль доносит свои чувства и переживания, а БэкХён всё принимает и осознаёт своё идиотское и совсем необоснованное поведение. Становится стыдно, и шатен кусает и слегка оттягивает нижнюю губу младшего. - Идиот... - шепчет брюнет, ведя носом по изящной бёновской шее, вдыхая до боли родной запах лучшего друга. - И какого только чёрта ты уезжаешь?... - шипит Бэк и обнимает свою Башенку за шею, обвивая ногами бёдра. - Повторюсь, ты идиот. Неужели ты думаешь, что таким поведением можно что-то исправить? - в ответ Пак чувствует, как хрупкое тельце льнёт к нему ещё ближе, шумно выдыхая, - Бэкки, почему ты делаешь из мухи слона? - Ну, я же Бён БэкХён... - крепкие руки обхватывают тонкую талию, стискивая в объятиях, но так и не отпуская на пол. Шатен впутывает изящные пальчики в тёмную шевелюру и нежно целует друга в уголок губ. Худые ноги всё ещё обвивают чужие бёдра, а обветренные губы вновь сминают бэкхёновские в тягучем сладком поцелуе. Они и сами не замечают, как оказываются в спальне, как падают на кровать, не разрывая поцелуй, полный страсти и желания. ЧанЁль смазано чмокает в скулу и переходит на шею, слегка покусывая и посасывая нежную кожу, вырывая из уст старшего первые и совсем не сдержанные стоны. БэкХён запрокидывает голову назад, подставляясь под ласки, закусывает нижнюю губу и мычит что-то нечленораздельное. Он пропускает тот момент, когда оказывается без любимой домашней кофты. Ведь как можно за этим уследить, когда Пак сводит с ума своими поцелуями и ласками, когда посасывет и слегка царапает острыми зубками мочку уха, когда оставляет влажную дорожку языком от шеи до острых ключиц. Бэк судорожно вздыхает, когда чувствует, как ЧанЁль начинает играть с его набухшими сосками. Шатен выгибается, вплетая пальчики в чёрные волосы на затылке друга; всё чаще облизывает губы и всё громче стонет, потому что ему чертовски хорошо и приятно, правда и стыдно немного. Брюнет, не торопясь, изучает каждый сантиметр желанного тела. Переплетая пальцы, поднимает чужие руки к изголовью кровати и лёгкими поцелуями покрывает грудь и впалый животик, обводит языком вокруг пупка и возвращается к любимым губам. Их языки кружат вокруг друг друга, БэкХён захлёбывается удовольствием, а у ЧанЁля понемногу начинает срывать крышу. Пак нависает над старшим, вдавливая того в кровать. В штанах становится всё теснее, но Ёль даёт себе клятву быть нежным и аккуратным, поэтому надо держать себя в руках во что бы то ни стало. Бэк недовольно мычит, перебирая ткань светлой футболки ЧанЁля, касаясь холодными пальцами чувствительной кожи и вызывая табун мурашек по всему телу. - Сними... Младший повинуется и стягивает с себя ненужную мешающую тряпку. Затем вновь смазано целует в скулу и спускается вниз, прямо к домашним штанишкам старшего. Его веки полуприкрыты, но терпкие глаза исподлобья следят за каждым движением, поэтому, когда Ёль спускается к паху, шатен начинает волноваться и паниковать. - ЧанЁль? ЧанЁль, нет! НЕТ!! Я сказ- Мммм~ Бэк не успевает договорить - ЧанЁль сквозь ткань облизывает его эрекцию. По всему телу вновь проходит волна мурашек, а умопомрачительное наслаждение заставляет выгибаться навстречу новым ощущениям. Пак мучительно медленно стягивает чужие штаны, целуя каждый сантиметр оголившейся кожи на ровных худых ножках. БэкХён извивается под умелыми ласками, уже даже не пытаясь проглотить стоны. Щёки горят; что-то новое и неизведанное поглощает с головой, заставляя не думать о том, что будет дальше...о том, что будет в будущем. Бэк стыдливо закрывает ладошками лицо, когда с него стягивают последнюю часть одежды. Брюнета это веселит и умиляет одновременно, потому что редко, когда можно увидеть настолько смущённого Бён БэкХёна, который краснеет до кончиков ушей и мяукает что-то невнятное, но явно с матами. Шершавыми ладонями поглаживая бэкхёновские бёдра, Пак наклоняется к паху и медленно и осторожно облизывает ствол, слегка задевая головку. БэкХён шипит и выгибается в пояснице, а ЧанЁль набирается смелости и решимости. Пухлыми губами он обхватывает головку и жадно посасывает, попутно лаская руками. У шатена вот-вот посыплются искры из глаз, и он ощутимо впивается в мышцы на плече младшего, отрывая его от столь интересного дела и поднимая выше, чтобы их глаза встретились. Он нежно целует в уголок губ, поглаживая грудь и торс, за которые готов отдать свою игровую приставку. А затем тянется к ремню на чёрных джинсах, тихо возмущаясь, потому что: "Почему я раздет, а ты одет? Раздевайся!" И младший вновь повинуется, позволяя тоненьким пальчикам расстегнуть ремень, противную пуговичку и надоедливую молнию. - ЧанЁль, если я попрошу остановиться, ни в коем случае не делай этого, - выдыхает шатен, покрывая лёгкими поцелуями изгиб паковской шеи. - Ещё чего! Только попробуй попросить меня остановиться! - шипит в ответ Ёль, поглаживая спину и сминая ягодицы парня. Бэк охает от неожиданности, когда его скидывают с удобных колен и придавливают в матрасу. - Чёрт... - Что такое? - У меня нет...этого...и того тоже, - БэкХён догоняет недолго, а потом красноречиво смотрит на прикроватную тумбочку. - Неужели?... - удивлению Пака нет предела, когда он находит заветный тюбик на средней полочке среди всякого хлама. - Это ДиО...уже давно, - признаётся старший, утягивая прифигевшего друга обратно. - А контрацепция? - хлопает глазами брюнет. - У меня нет. Ты ничем не болеешь? - Я-то нет. А ты не забеременеешь? - Чёртов Пак ЧанЁль...ты снова вспомнил этот грёбаный фанфик! - прикрывая рукой глаза, но всё же улыбаясь. Чан улыбается вместе с БэкХёном, так и сжимая в руках белый тюбик. Шатен смущается лежать перед своей Башней совершенно обнажённым, пусть тот и сидит перед ним без рубашки, в расстёгнутых джинсах. Руки вновь тянутся за тёплыми объятиями, и брюнет сразу же откликается. Снова лёгкие поцелуи, новая порция засосов на шее, очередная волна мурашек, едва заметная дрожь и возбуждение. Бэк откидывает голову и участливо раздвигает ноги, давая понять, что всецело доверяет. ЧанЁль громко сглатывает образовавшийся ком и выдавливает на пальцы холодную субстанцию, пахнущую какой-то примесью фруктов и ягод. По телу старшего бегут мурашки, а с губ срывается судорожный вздох, когда внутри оказывается первый палец. Чувство не совсем приятное, но и не болезненное. Он жмурится с непривычки, а губы открываются в немом стоне. Пак почти понимает то, что испытывает его друг...хотя, нет, совсем не понимает. Свободной рукой ЧанЁль накрывает пульсирующую плоть БэкХёна, пытаясь поймать нужный ритм, заставляя парня стонать ещё звонче. БэкХён, кажется, готов остановиться и послать Пака к чёрту, когда в него проникает второй палец. Ёль, будто чувствуя состояние друга, наклоняется и нежно целует в подбородок, скулу и, наконец, губы. Целует мягко, но мокро, оставляя влажную дорожку до солнечного сплетения. Он растягивает равномерно и как можно аккуратнее, чувствуя мягкость и упругость внутри. Крыша вот-вот слетит нахрен, потому ЧанЁль хочет БэкХёна, хочет этого истеричного, стервозного, вредного, но, сука, такого великолепного маленького человечка, пошло облизывающего губы и матерящегося, чёрт возьми, даже в такой момент. Бэк шипит и извивается, когда чувствует в себе третий палец, и младший уже готов запаниковать, ведь как так, должно же пассиву быть хоть чуточку приятно...Но лёгкий изгиб пальцев внутри, а шатен чуть ли в конвульсиях не бьётся от полученных ощущений. - ЧанЁль...кажется, меня током прошибло...ты чё там сделал, а? - хрипит Бён, всё ещё не соображая. Брюнет ухмыляется и вновь задевает заветную точку, а Бэк прогибается в спине и задыхается сладостным стоном. ЧанЁль стягивает с себя эти чёртовы джинсы вместе с нижним бельём и удобно устраивается между раздвинутых ножек, которые тут же обвивают его бёдра. - Бэк, может, по-другому? Мне кажется, так тебе будет больнее... - на грани между адекватностью и неземным желанием предлагает младший. - Нет. Я хочу видеть твоё лиц-...кхм...я хочу видеть твою морду, когда ты кончаешь, - шатен огрызается, так же отправляя на это все оставшиеся силы и нотки самообладания, потому что хренов Пак ЧанЁль настолько великолепен и сексуален, что терпеть просто уже невозможно. ЧанЁль входит медленно, боясь причинить боль этому хрупкому, пусть и матерящемуся чуду. БэкХён мычит, закусывает нижнюю губу и цепляется тоненькими пальчиками за плечи любовника, царапая кожу короткими ноготками. Оба шумно выдыхают, когда Ёль полностью заполняет собой шатена. - Прости...Бэкки, котёнок, чуть-чуть...потерпи чуть-чуть, - брюнет опаляет горячим дыханием кожу, облизывает ушную раковину и делает ещё один толчок. - Твою м...мать! - выкрикивает старший с очередным резким рывком Ёля - простата. Он поддаётся бёдрами навстречу и сладостно и громко стонет, радуя Пака своим чарующим голоском. ЧанЁль откидывает все сомнения и просто входит в раж, начиная совсем несдержанно двигать бёдрами. Но, чуть отойдя от нахлынувшей похоти, приподнимается, ведёт ладонью от острых ключиц до впалого живота и переходит на определённый ритм, размеренно вбиваясь в тело старшего. Бэк сходит с ума. Точно. С уст срывается тихое: "ЧанЁль", и темп снова сбивается, а ЧанЁль вбивает хрупкое тельце в матрас с новой волной желания, похоти и страсти. До разрядки остаётся совсем немного, и БэкХён едва не задыхается от собственных стонов и вскриков. Волна оргазма проходит через всё тело подобно электричеству, перед глазами проносятся многочисленные яркие вспышки, а последним громким стоном вновь вырывается имя. Имя, которое Бэк произнёс уже не счисленное количество раз. Он обессиленно падает на подушки, абсолютно доверяясь другу. ЧанЁль готов с катушек слететь, когда Бён максимально сжимает его внутри себя, но возбуждение и желание заставляют вдалбливаться в размякшее тело. Судорога прокатилась быстро, расслабляя напряжённые мышцы и опустошая сознание на короткий миг блаженства. Феерия накрывает с головой, и брюнет падает на хрупкую тушку друга, закинувшего голову назад от горячей заполненности внутри. - Бэк...ну ты нечто... - только и может выдохнуть Ёль, кусая старшего за нижнюю губу. - Ты тоже...был...ух...был не плох...- задыхаясь дразнится шатен, говоря прямо в раскрытые губы. - Сука, - наглая усмешка и нежные ленивые поцелуи в тёплых объятиях друг друга. ... - Так, КёнСу, мы сейчас с тобой тихо отсюда линяем, будто нас тут не было вовсе. - А что случилось-то? - Это был не массаж...