Шепот в темноте

— Милая, мы с папой будем сильно по тебе скучать! — воскликнула новая мачеха и вытянула свои костлявые руки, чтобы обнять падчерицу. — Я тоже, Мелисса, — фыркнула черноволосая девушка и опустила глаза вниз, дав понять, что не намерена обниматься. И без того натянутая улыбка пропала с лица мачехи, и, громко хлопнув дверью джипа, она села в машину. — Грейс, перестань… — мягко произнес родной отец девушки. — Мелисса желает тебе только добра. — Я знаю, пап, — тяжело вздохнула зеленоглазая девушка и крепко обняла своего отца. — Но также я знаю, что она никогда не станет мне мамой. — Я и не требую этого. Просто будь с ней помягче, — спокойно сказал отец и посильнее прижал свою дочку к себе. К глазам мужчины подступили слезы, одна смелая слезинка все-таки пролилась и покатилась по щеке. Поспешно убрав ее и собравшись с силами, он выпустил из объятий свою единственную дочку и поцеловал ее в лоб, как делала раньше ее мама. — Джон! Поторапливайся! — прокричала женщина, выглядывая из джипа с тонированными стеклами. — Ладно, прощай, детка, — сказал отец, мило улыбнувшись. — Встретимся на каникулах. — Эм… да… — растерялась девушка. — Да, хорошо, пока. — Ее отец сел в машину и, помахав оттуда, уехал. Она осталась одна стоять возле дороги, долго думая о том, что ей предстоит дальше. Теперь она, будучи старшеклассницей, будет учиться и жить в школе-пансионе «Херроу» весь оставшийся учебный год. Без друзей и даже без знакомых.

Грейс

      Стоя посреди огромного зала с хрустальными люстрами и бархатными стенами, а также с кожаными диванами позапрошлого века и с запыленными стеллажами книг, я выбирала человека, способного мне помочь. Все смотрели на меня, но никто не подходил. Как-то обидно на душе стало. Неужели я такая страшная, раз ко мне никто не осмеливается подойти? Но все же я начала густо краснеть, потому что не привыкла ко всеобщему вниманию. Надо срочно сматываться отсюда, Твисс! Все покорно отвернулись, когда я быстро глянула на всех злобным взглядом, все, кроме небольшой кучки парней, стоявших у подоконника. Все были такие высокие, мускулистые и… в общем, самые обычные красавцы-парни, встречающиеся в американских сериалах. Они смотрели на меня с некой заинтересованностью, а одному вообще было далеко все равно на происходящее, но вот черноголовый парень пялился на меня. Боже, как противно! Я одернула свою юбку, это движение вызвало ухмылку на его губах. Теперь я точно должна уйти отсюда! Схватив свой огромный чемодан и закинув на плечо маленькую черную сумочку с шипами, я ринулась к лестнице, но столкнулась с преградой, а если быть точнее, то с чьей-то широкой грудью. Я быстро отпрыгнула от нее, но вот только ее обладатель продолжал стоять, даже не шелохнувшись. — Что за хрень?! — выругалась я и подняла глаза вверх. Передо мной стоял тот самый парень, который мысленно раздевал меня около подоконника. Черт, а вблизи он еще краше! У него были коротко постриженные черные, как смоль, волосы, а также на нем была белая футболка с надписью «Fuck me, baby». Это произвело на меня впечатление, признаюсь. Его лицо не выражало эмоций, он лишь облизнул и без того сексуальные губы и сказал: — Тише, детка, ты же не хочешь сразу записаться в плохие девочки? — Парень внезапно заулыбался. И еще мне говорят, что я переменчива в настроении! — Что? — нахмурилась я. — Ладно-ладно, не парься, — засмеялся он. — Я могу проводить тебя до комнаты? — Ну… хорошо. Пошли. — Парень взял мой чемодан, и мы направились к лестнице. Думаете, почему я так легко согласилась? Это просто! Когда на тебя пристально смотрит почти вся школа, ты готова убежать подальше даже с самым заядлым наркоманом или кем похуже. — Ну и какая у тебя комната? — спросил он, когда мы уже были на третьем этаже. Достав из своей сумки буклет с нужной мне информацией, я принялась искать глазами номер своей комнаты. — У меня тринадцатая на третьем этаже! — радостно воскликнула я, потому что это было совсем недалеко, и тем более я наконец избавлюсь от этого юноши. Не то чтобы он мне не нравился, мне просто некомфортно с чужими людьми и особенно с парнями. — Оу… Сожалею, — с горечью произнес он и сделал грустное лицо. А он еще тот актер! — Не поняла. — Нахмурилась я. Он хочет меня предупредить или напугать?! — Не хочу тебя огорчать, но у тебя соседка просто монстр! Она любит только себя любимую и ни с кем не считается мнением. Если ей что-то не нравится, то она будет орать как резаная! Так что приготовься, детка, — поведал мне парень и в конце подмигнул. Мое лицо сейчас выражало, наверное, нотку ужаса и страха, хоть я и не до конца верила словам парня. Как я могу верить кому-то, если даже не знаю его имени? — Как тебя зовут? — резко выдала я, от чего парнишка ухмыльнулся. — Мэттью Коллинз, но для тебя я просто Мэтт, — как можно слаще пытался сказать он. И у него это удалось. Браво, к моим щекам даже прилил еле уловимый румянец. Вот хитер, подлец! — А я Грейс Твисс, приятно познакомиться, — мило произнесла я, когда мы уже стояли около моей комнаты. — Мне тоже. Кстати, это твоя комната? — Мэтт указывал на дверь с золотыми цифрами 13. Странно, у остальных дверей были серебряные цифры. Может, это потому, что в этой здесь живет психопатка и поэтому всех предупредили об этом? — Грейс… — Сладкий голос черноволосого вернул меня в реальность. Или это его резкий и приятно пахнущий парфюм? — Да-да, это она. Спасибо, Мэтт, — растерянно протараторила я и уже хотела развернуться и зайти внутрь, но резко схватившая меня за запястье рука юноши заставила остановиться и с непониманием уставиться на него, хлопая длинными ресничками. — Я не привык так прощаться. — Я все так же смотрела на него. Но Мэтт, как будто игнорируя все мои эмоции, подойдя поближе, еле ощутимо чмокнул меня в и без того красную щечку и заулыбался еще больше. — Вот так я прощаюсь со своими подругами, — последнее, что сказал парень, но потом добавил: — И передай привет твоей соседке! — Мэтт удалился с женского этажа школы, оставив меня стоять шокированную и одновременно счастливую. "Грейс, ты ведешь себя как маленький ребенок! Перестань так радоваться!", — корила я себя, но ничего не могла с собой поделать. Мне понравился Мэтт, хоть минуту назад я и проклинала его.