Я буду ждать

Миша проходит через металлоискатель, предварительно положив в корзину телефон и бумажник с металлической заклепкой. Просветив одежду и ручную кладь, он бросает взгляд на экран смартфона – до рейса ровно час. *** Самолет садится в Лос-Анджелесе спустя два часа пятьдесят минут. Миша поднимается, но выходить не спешит – толпа по обыкновению выстроилась в колонну, образуя очередь. Коллинз летит экономклассом, как обычно… разве что, за редким исключением. Наверное, и сам бы не смог объяснить, почему – бизнес-класс гораздо более комфортабельный. Сегодня 31 декабря. Через два часа – Новый Год. Миша вздохнул, поправляя небольшую сумку на плече, которую он только что достал из багажного отсека над головой и поспешил в освободившийся проход, намереваясь покинуть борт. *** Дженсен вот уже 3 часа веселился, готовясь встретить новый год в караоке-баре с Дэниил, Джейсоном и его женой. Хотя веселился – громко сказано. Скорее, играл. Мысли вращались только в одном направлении. Пару дней назад он все же решил посмотреть видео с твиттера Миши – Джаред звонил, настоятельно рекомендуя к просмотру в своей обычной радостно-возбужденной манере. На часах было уже полдвенадцатого, а Дженсен находился в состоянии “больше не наливать”. - Слушайте, а давайте сфотографируемся на память? - Дэниил ткнула наманикюренным пальчиком куда-то в сторону. Проследив за ее движением, вся компания тут же дружно встала из-за стола, окружая гипсовую статую Санта-Клауса. - Извините, не могли бы вы сфотографировать нас? – Харрис протянула телефон незнакомой девушке, которая с явным энтузиазмом поспешила выполнять просьбу. - Улыбочку! – незнакомка коснулась сенсорного экрана. Несильная вспышка на миг озарила кучку друзей. Впрочем, им не привыкать – Дженсен так вообще постоянно под прицелами камер. - Спасибо, - поблагодарила Дэниил, улыбнувшись и забирая телефон. - Ну что, отмечаем дальше? Двадцать минут осталось, - известил Маннс, наливая Дженсену очередную порцию виски. Немного подумав, Эклз все же взял стакан, отсалютовав им, и проглотил коричневатую жидкость. И именно эта небольшая, но явно лишняя порция погубила его. Или… спасла. *** Миша встречал Новый Год один, но зато, хотя бы, в собственном доме. Викки и дети отправились к бабушке в Бостон на пару дней. Удивительного в этом ничего не было – Миша не знал, когда точно освободится от съемок, да и дети давно не виделись с родителями Викки. Так или иначе, в их семье этому празднику не придавали особого значения, как тому же Рождеству. Устало потерев глаза, Коллинз решил отправиться спать, несмотря на то, что до нового года оставалось всего жалких пятнадцать минут. В последнее время он много думал, и эти мысли чертовски утомляли, даже мучали. Впрочем, во сне, наверное, лучше не будет. Мысли каким-то невероятным образом преследовали его даже там, порой приобретая более отчетливые формы – чуть раскосые зеленые глаза с длинными ресницами и россыпь золотистых веснушек. *** Дженсен схватился за голову. Черт, ему обязательно, просто необходимо позвонить. Извинившись перед друзьями, и под их же недовольные возгласы, он резко встал, чувствуя легкое головокружение, но от идеи отказываться явно не собирался. Отойдя чуть в сторону, он набрал номер – Боже, он что, действительно знает его наизусть?.. - в телефонной книге он не значился – сгоряча удалил пару дней назад. Проклиная свою глупость и несдержанность, Дженсен слушал гудки, отчаянно мечась пьяным взглядом по бару. Настенные часы привлекли его внимание – 10 минут. На том конце провода сняли трубку. *** Миша лежал на диване не раздетый. Он пять минут ворочался, стараясь найти комфортное положение. Наконец, смирившись и просто закрыв глаза, Коллинз постарался заснуть, но навязчивые мысли не покидали голову. Звонок раздался неожиданно в пространстве пустого дома – Миша невольно вздрогнул. Он открыл глаза, шаря глазами перед собой в поисках телефона. Коллинз приподнялся, занимая сидячее положение и потянувшись рукой к телефону, вибрирующему на стеклянном журнальном столике. Ухватив мобильник, Миша нажал кнопку принятия вызова. - …Дженсен? *** Молчание в трубке становилось невыносимым. Дженсен прокашлялся, затем продолжил: - Привет, Миш. Снова тишина. - С наступающим. - Дженс, что нужно? – сухо ответил Коллинз, но в голосе отчетливо слышались предательские нотки боли. - Ты… ты занят? Приезжай… - голова кружится - Дженсену кажется, что он говорит что-то бессвязное, мысли и язык словно не слушаются его. – Прошу. Умоляю. Миш, мне нужно поговорить с тобой. Серьезно, пожалуйста, приезж… - Где ты? – Миша пытается отвечать так же сухо, но теперь уже волнение четко слышится в интонации. – С тобой… все в порядке? - Карнаби-стрит 14, я в баре "Саншайн". Ты знаешь это. Пожалуйста, быстрее, Миш… Мне так много нужно сказать тебе… Гудки прерывают его и он мешкает, прежде чем убрать телефон в карман – до полуночи четыре минуты. Дженсен бредет к столику, встречая недоуменные физиономии друзей. - Простите, дурно стало, - отмахивается Дженс, подзывая официанта. – Вишневый сок, пожалуйста. Дэниил пристально разглядывает мужа, затем, чуть наклоняясь к уху, спрашивает: - Ты в норме? Может, домой поедем? Эклз только качает головой, принимая из рук официанта бокал с багровой жидкостью. В кармане обнаруживается мятная жвачка, он быстро кидает ее в рот. - С новым годоооом! – гудят люди со всех сторон. Отовсюду слышится звон бокалов, кто-то даже догадался притащить хлопушки и конфетти. Дженсен чокается с друзьями, чуть отпивая свой вишневый сок. Эклз тупо наблюдает за тем, как Джейсон увлеченно целует жену, пока Дэниил не пихает его в бок, привлекая внимание, и не накрывая его губы своими. Дженсен отрывается почти сразу – только не сейчас - и бежит в туалет. Брызгает в лицо холодной водой, умывается. Поднимает взгляд, встречая свое отражение в зеркале, как вдруг в кармане вибрирует телефон. *** Миша стоит на улице и ждет. Двери бара распахиваются – Дженсен нестройным шагом идет прямо к нему. Коллинз двигается навстречу. На полпути они встречаются, Миша ловит взгляд Дженсена – у него красные глаза – лопнули капилляры, но внимание привлекает совсем не это. Несмотря на явно достаточное количество выпитого, судя по запаху, кажется, Дженсен пытался перебить его мятной жвачкой, глаза на удивление смотрят ясно. Наверное, так ясно, как ни разу в жизни. Будто Дженсен разом познал все секреты мира. Глубокий, задумчивый и невероятно печальный взгляд. И тут Миша понимает, что должен все исправить. Просто потому, что потерять его насовсем – невозможно. Да, Миша слабый, очень слабый. Но он не сможет без Дженсена. Просто не сможет. - Дженсен, пожалуйста, прости меня. Я идиот. Это безумно, но... прошу, давай все забудем? Это было ошибкой. Такого больше не повторится, я клянусь. Просто… запутался. Я очень дорожу нашей дружбой. Дженс, можешь сделать все, что захочешь, только прости… - вероятно, Миша хотел сказать что-то еще, но сделать это ему не удалось. Потому что в это самое мгновение, он почувствовал на своих губах дыхание Дженсена. Секунда – его охватил этот алкогольный дурман, как и дыхание, которое теперь было одно на двоих. Эклз целовал нежно, трепетно и осторожно, трогательно. Коллинз утонул. Он чувствовал только ласковые губы и стук чьего-то сердца – непонятно, его собственного или Дженсена. Дженсен держал крепко – боялся отпустить, хотя знал, что Миша не убежит. Теперь – никогда. Звук салюта понемногу рассеял напряжение между ними. Миша оторвался первым, заглядывая в глаза напротив. - Почему? - Люблю, - тихо ответил Дженсен, очерчивая указательным пальцем Мишину скулу. Миша еще пару секунд разглядывал лицо Дженса, затем перевел взгляд на салюты, стремительно взлетающие в небо неровными столпами, после разлетаясь на тысячи искрящихся частиц. - И почему после этого я не должен верить в Санту? – Коллинз вновь переводит взгляд на Дженсена, встречаясь с ним глазами. Эклз смеется – он не знает, что творится в голове у этого невозможного человека, но рядом с ним он счастлив. - С Новым Годом. - С Новым Годом, - синие глаза ярко блестят на фоне озаряющих ночное небо вспышек.