Календула-1

Он не убегал. Но не потому, что ему нравилось, просто бежать было некуда. Запертый в Башне, ограниченный правилами и теперь загнанный в комнату, которую мог бы назвать своей. Хотел бы назвать своей, но на двери не было щеколды и она не подходила к косяку плотно, не отграничивала пространство. Он не убегал. Скорее – отступал, сдавая рубежи, - длинный коридор до поворота и несколько шагов после него. Медленно отступал к незапирающейся двери, ни на что не надеясь, не ожидая внезапного спасения. Просто не хотел поддаваться панике, не давал себя запугать, не позволял обреченности выходить за границы кожи. Он знал, что равнодушие часто приносит облегчение. И потом не сопротивлялся. Храмовник был выше его на голову, широкоплечий, с коротко остриженной квадратной макушкой. Шансы были не равны – одних учат ловить, других - не сопротивляться, это считается честным. Андерс старался отвлечься, считая гладкие отполированные доски кровати и древесные полосы на них, но горячие ладони уже добрались до спины, задирая ученический балахон. Сильные руки царапали кожу, стискивали ребра и мага тошнило от стального близкого запаха доспеха. Он не пытался вырваться, только дернулся, стараясь занять более удобное положение, но храмовник тут же до хруста заломил ему руку, наслаждаясь остро очертившимися лопатками и сдавленным стоном. До Истязания оставалось не так много времени, нельзя допустить, чтобы ублюдок покалечил его! И поэтому Андерс больше не шевелился, закрыл глаза, представил себе кошку. Считал ее полоски. А в это время влажные пальцы проникли в его напряженное тело. Восемь серых, девять белых и белые лапки… Андрасте не милосердна к магу, она будет легонько колоть в щеку перышком из подушки и не позволит ему погрузиться в темное ничто, он будет чувствовать каждое движение внутри себя, запомнит навсегда, как жестоки могут быть прикосновения. Скрип двери нарушил ритмичные толчки. Прекратился контакт, но не боль. Она все так же пульсировала под кожей. Красное от смущения, а потом от гнева лицо рыцаря Каллена – последнее, что увидел Андерс, скатываясь с простыней и сползая в угол. Удовлетворенно закрыл глаза, услышав сильный удар, вскрик и бешеное рычание молодого рыцаря. - Вы немедленно пойдете к командору Грегору, сдадите оружие, форму и больше я вас чтобы никогда не видел! Вы позор Ордена. Вы оскорбляете Андрасте! Убирайтесь! В ответ невнятный лепет и снова удар. - Последний шанс избежать публичной огласки! Или я вас выволоку отсюда и казню лично. Вы не достойны называться рыцарем, вы не достойны называться человеком! Еще одно слово и я… Что ж, кто-то рожден для того, чтобы рычать. Удел иных – скулить и убегать, теряя по пути гораздо больше, чем перчатки. Все еще пунцовый, с громким прерывистым дыханием, Каллен обратил внимание на замершего мага, обессиленно сидящего, прислонившись спиной к опоганенной кровати. Не вздрогнул, не шарахнулся от протянутой руки, ему или глубоко на все наплевать, или он настолько потрясен, что уже не может реагировать. - Спасибо, мой рыцарь, – сплюнул Андерс с прокушенных губ. Он намеренно не отводил взгляда, пока поднимался на ноги и оказался слишком близко. Чувствуя горячечный пыл его тела, Каллен беспомощно оглянулся, но быстро взял себя в руки. – Иди за мной, – бросил он уже через плечо, покидая келью. Маг послушно проследовал в другое крыло, в небольшой закуток, где стояла узкая лавка, а рядом – столик с оплавленной свечой и потрепанной Песней Света. Пожав плечами, Андерс послушно улегся на предоставленное ложе и заснул быстро и без снов. Каллен трижды обошел вверенную ему территорию, каждый раз возвращаясь сюда, послушать спокойное дыхание своего гостя. Чертовы маги! Чертова башня! Кто-то годами тренируется, чтобы выполнять свой долг, кто-то рождается для того, чтобы сделать больше – впервые за долгие годы, проведенные здесь, Андерсу не хочется никуда убегать. *** - Теперь нужно тепло, – тихо сказал маг – и покой. За один раз не исцелю, но за неделю… - Спасибо, – Каллен надел рубашку. По спине и плечам разливалось блаженное ощущение, что пальцы мага продолжают осторожно разминать напряженные мышцы. Он очень надеялся, что в полумраке не будет заметно его возбуждение - не самая правильная реакция тела на массаж, но что он мог с собой поделать? Это было настолько приятно, и время пролетело незаметно. Он чуть не уснул, да и неудивительно, последние ночи боль совершенно не давала спать, Каллен был изможден до предела. Свечи почти догорели, и их неровные колебания делали тени под глазами глубже и темнее. - Выглядите очень уставшим. Не изматывайте себя сильно, Каллен, отдых – это все, что я еще могу посоветовать. Вернетесь в строй и снова будете ловить отступников по всему Тедасу, – Андерс грустно улыбнулся и потер щеку. – Пожалуй, я пойду к себе. - Подожди, – Каллен поймал разогретые ладони мага в свои и прижал их к груди. - Спасибо, я действительно благодарен за помощь. - Не стоит, – смущенный парень однако не попытался отнять рук. – Хотя, я бы попросил вас о встречном одолжении... Каллен напрягся, вот такие они – маги, никогда не упустят своего. – Да? Если это не противоречит уставу, ты можешь на меня рассчитывать. Андерс замялся. – В конце недели очень важная проверка, будут отбирать магов, способных пройти Истязание. Я бы хотел подготовиться, но днем очень много людей. Я прошу снисхождения насчет комендантского часа и провести пару ночей в библиотеке. Каллену не слишком понравилась эта идея, но очень хотелось сделать приятное в ответ, поэтому он прикинул варианты и предложил. – Я сейчас все равно не выйду на службу, могу составить компанию, своеобразный конвой, так сказать, Грегор поймет. - Никаких запрещенных практик, я просто почитаю. - Я не буду отвлекать, посижу в кресле около камина, мне сейчас полезно тепло, ты сам сказал. - Как будет угодно, рыцарь. Повисло молчание, еще более неловкое, когда оба поняли, что Каллен так и прижимает ладони мага к груди. Парень отдернул ладони, как обжегшись, и поспешил за дверь. *** Когда Каллен пришел, Андерс, уже устроился у камина. Он лежал на животе в окружении фолиантов и при уютном освещении камина листал пожелтевшие страницы, иногда делая выписки и рассматривая гравюры, болтая в воздухе босыми ногами. На его пояснице скомочился в пушистый шар кот. Довольное мурлыканье раскатисто перемешивалось с треском камина. Маг зажал перо в зубах и через плечо глянул на вошедшего. На его лице плясали блики искр, он вежливо поздоровался и улыбнулся, указывая кончиком пера на кожаную робу Каллена. - Какое доверие, рыцарь. Спасибо, это неожиданно, но приятно. Устав подразумевал, что служитель храма в присутствии мага должен быть в облачении защищающего доспеха с эмблемой храма. Это была не столько реальная защита, сколько устрашение, но Каллен решил не лязгать стальными сочленениями на всю спящую Башню. Долго колебался, стоит ли брать меч, взял и теперь чувствовал себя неуютно. Андерс ничего дурного не замышлял и подозрительность храмовника выглядела нелепо. Каллен, пристроил меч у большого кресла, забрался в него с ногами и тоже углубился в чтение, не замечая, как маг справляется с приступами хохота. Суровый Каллен был не на много старше его самого и теперь это стало заметно, как никогда – забавная поза, сборник эльфских баллад и сосредоточенное сопение. Наверняка еще и девственник – Андерс не выдержал и фыркнул. – Ну и пылища, – тут же оправдался он. *** Камин постепенно гас и разбирать буквы стало невозможным. Маг и храмовник переглянулись. - Нужно бы зажечь светильники, – озвучил общую мысль Андерс. – Кремень под плафонами. - Почему я?! – возмутился пригревшийся Каллен. - Ты тут маг, тебе и кремень не нужен! - На мне кот! – обезоруживающе расплылся в улыбке Андерс. – Не хочу его тревожить. И вообще мне нельзя, – он сотворил несколько пассов. – Руки распускать лишний раз. - «Магия должна служить человеку…» – в ответ ему нараспев протянул мужчина начало самой популярной главы из Песни. Андерс зло захлопнул книгу, улыбка стерлась с его лица. - Магия, – прошипел он, – должна служить магам. Ущербные, – он скривился, – должны сами находить способ решать свои проблемы, не спихивая и решение, и последствия на других. - Мы все еще о светильниках говорим? – Каллен не думал, что мага сильно заденут его слова, но извиниться было бы проявлением излишней мягкости. Грегор говорил, что разум Храмовника и его сердце закованы в латы, как и его тело. - Да, - буркнул Андерс, поднимаясь на ноги. Кот сонно скатился с него на ковер и продолжил спать. Маг подошел вплотную к лампаде, прикрепленной над его головой и четко выговорил. – Абра-кадабра, призываю ужасных демонов из Тени, чтобы с их помощью освоить магию Крови, дабы постичь свое богомерзкое колдунство в полной мере. Огонек зажегся по щелчку пальцев. И только в одном светильнике, точно над местом, где разместился сам маг. После чего он драматично заломил руки, пробормотал что-то про притеснение и угнетение и улегся читать дальше. Каллен пропустил момент, когда следовало рявкнуть на наглеца, напоминая, что, не смотря на мирную обстановку, он все еще на службе, а теперь было поздно. Выступать в роли «ущербных, решающих свои проблемы» он тоже не собирался, поэтому просто пододвинул кресло ближе к Андерсу, чтобы света от лампы хватало. К тому же, теперь, спустив свободную руку с кресла, он мог поглаживать кота, вернувшегося на спину к Андерсу, от чего кот мурлыкал еще громче. Шуршание по бумаге, когда Андерс что-то зарисовывал, и завывание далекого ветра в трубе – все это расслабляло, время текло незаметно, как и перелистываемые страницы. Эльфы пустились в плаванье до неведомых земель и в реальность Каллена вернуло настойчивое покашливание Андерса. - Понимаю, что вы хотите меня задобрить, но, возможно, слов было бы достаточно, – Андерс позволил храмовнику осознать, что библиотечный кот давно уже отправился на ночную охоту, а пальцы Каллена, пребывающего в мире фантазий, через складки мантии поглаживают ягодицы мага. Андерс развернулся на локтях, упиваясь зрелищем покрасневшего мужчины, отдернувшего руку, уронившего книгу и грохотом упавшего следом меча. Смущенный Каллен тер лоб ладонью, соображая, что следует сказать, как вдруг Андерс плюхнулся рядом с ним на колени и, положив руки на плечи, проникновенно прошептал: – Желаете продолжить, мой рыцарь? – в карих глазах плясали шкодливые искорки. Он пальцем коснулся приоткрытых в изумлении губ и поцеловал в ту же точку, позволив себе слегка прижать зубами, когда Каллен дернул головой. Замер на секунду, вдыхая слабый запах ладана, потерся щекой о шею храмовника и, улыбнувшись, заметил: – Суровый рыцарь на самом деле еще мальчик. Это мило и забавно. - Довольно, Андерс, – Каллен скинул с себя руки мага, который, то ли дурачился, то ли, черт его знает! - Отправляйся спать, ты все равно больше изучаешь меня, чем свои книги. Андерс лукаво подмигнул ему. – Чтобы это заметить, надо было не сводить с меня глаз. Хотя … сильно вы разочаруетесь, если я скажу, что это только ваши фантазии? Как в книгах про эльфов. Каллен прикрыл глаза. - Убирай книги и иди. Мне же не нужно тебя провожать? - Что вы, я сам найду дорогу. - Отлично, – Каллен поднялся с кресла, и не глядя в сторону Андерса, двинулся к арке. За его спиной раздался приглушенный голос Андерса. – О, духи тени, взываю к вам, явитесь же и примите в дар душу…-Закончить он не успел. - Не нервничайте так, Каллен, – ухмыльнулся он в лицо храмовника, когда тот за шиворот притянул его к себе. – Вы так напряжены, это из-за целибата, да? - Все развлекаешься? – Каллен был зол и несколько раз тряхнул мага, как тряпичную куклу. – Не выводи меня из себя! – И отдернув руки, развернулся на каблуках и торопливо вышел вон. Андерс только довольно лыбился ему в след.