Змея

Мы заигрались в нашем с тобой мире... Совсем забыли то, что этот мир жесток... Не все мечты исполнить в наших силах... Но я уверена, что рано подводить итог... Фред не мог простить себе беспомощность, и каждую ночь его преследовали кошмары. Гриффиндорец погружаясь в сон, видел лицо надменного принца, он чувствовал, как верёвки стягивают, заставляют всё тело дрожать от жгучей боли, дыхание перехватывало, а Малфой лишь усмехаясь, продолжал вновь и вновь пытать его тело. Палочка, рассекая воздух, устремлялась на него, и бесцветный голос принца разрывал тишину. - Круцио! И вновь тело выгибается дугой, в глазах появляется тьма, и множество искр затуманивают рассудок. Вены вздуваются в висках пульсация кажется, что вместо крови течёт раскалённый свинец, а потом наступает пустота, но длится она не долго, ибо палач предпочитает не останавливаться на достигнутом. - Бедный Фред, ты так мучаешься, а я ведь могу это прекратить, ну же посмотри на себя, ты сам виноват в своих страданиях. Бледная рука слизеринца тихонько приближается к лицу Фреда, он убирает волосы с его лба, смотрит безразличным взглядом на черты лица и вновь шепчет слова, обжигая ледяным дыханием. - Она моя,- всё исчезает, сон обрывается. Хватаясь за простыни, парень пытается прийти в себя, эти кошмары его доконали, липкий страх поселился в его сердце. Камин согревал теплом и придавал уют. Поудобней устроившись на мягком диване, Гермиона внимательно изучала рукопись профессора Снейпа, изредка делая пометки в своём личном дневнике. За окном кружил снег, и словно в грустном вальсе опускался на зимний покров. Воздух в комнате был пропитан запахом отцветающих трав и горьковатой полыни. Это успокаивало девушку, взглянув на часы, Гермиона охнула три часа ночи. Профессор проследив за взглядом подопечной, усмехнувшись, отложил книгу, помассировав виски пальцами, он устремил взгляд на девушку. - Ты можешь быть свободна,- вставая со своего места и подойдя к окну, проговорил учитель. - Я не устала, мы можем продолжить,- вымученно проговорила слизеринка, и качнувшись от резкого движения попыталась ухватиться за спинку кресла. Ноги подкосились, голова закружилась, силуэт профессора расплывался, превращаясь в размытое пятно. - Гермиона! Снейп с ужасом посмотрел на девушку, из носа и рта у неё текла кровь. Подбежав к ней, мужчина с лёгкостью подхватил её на руки, и поспешил уложить обратно на диван. - Они приняли тебя, девочка моя! – словно в бреду шептал профессор, вытирая белоснежным платком капли крови. - Кто они?- голос дрогнул, но ей нужно было знать ответ. - Древние, со временем я объясню. Ты очень слаба, но вскоре всё изменится. Поглаживая рукой по растрёпанным волосам, мужчина вспоминал себя. Ему было тяжело в детстве, его не принимали: чужой среди всех, не нужный ни кому, потерявший всё, но выживший и не сломленный, он продолжал нести своё бремя. Свечи вспыхнули, и приятный аромат нежных орхидей заполнил всё пространство, перебивая даже горький запах полыни. Музыка лилась повсюду, проникая в разум и в сердце, звуки скрипки завораживали, возносили к небесам, позволяли парить на имитированных крыльях, а тяжёлый звук органа, заставлял падать с небес, обратно на выжженную горем землю. Гермиона откинула руку и её ладонь коснулась его лица, дыхание прерывистое, и хрустальные слёзы соскользнули по девичьим щекам. Северус не мог отстраниться, его сердце сжалось в тиски от нежности хрупкой слизеринки. - Когда я смотрю в ваши глаза, у меня играет музыка в душе,- её шепот мог свести с ума. – Я теряюсь в дымке ваших глаз, профессор. - Гермиона,- Его пальцы держали ее руку, эти минуты были вечностью, хотелось остановить время, забыть про всех, остаться навсегда рядом и оберегать её, не подпускать ни кого, сбежать от всех, и быть счастливыми. Приподнявшись на локтях, Гермиона наклонила голову и поцеловала его. Горький вкус его губ, свёл девушку с ума, обвив руками его шею и гладя его сильные плечи и темные волосы, слизеринка стояла, будто над пропастью и, сделав шаг, полетела вниз, не желая взлетать. Мужчина растерялся, взяв себя в руки, он отстранился от девушки, печаль залегла в его чёрных глазах. - Мы не должны, оставим всё, как и было,- прошептав слова, словно приговор, Гермиона взирала глазами ребёнка, и не могла понять почему. Губы дрожали от обиды, волосы волнами упали на лицо, скрывая её боль. Пятнадцатью минутами ранее. Драко сжимая пергамент в левой руке, не спеша проходил, знакомые коридоры, ему срочно нужен был крёстный для решения кое-каких дел. Войдя без стука в покой профессора, он хотел сообщить о деле, но вовремя осёкся, с удивлением наблюдая за парой. Гнев прорывался на волю, и лишь умение держать маску спасало его. Облокотившись плечом о дверной косяк, Драко расплывшись в ехидной улыбке, ждал подходящего случая, сказать о своём присутствие. Сжав палочку в кармане мантии, парень с трудом сдержался, что бы ни выкрикнуть проклятье, когда губы Северуса ответили на поцелуй грязнокровки. Хотелось выть, словно израненный зверь, Драко чувствовал адскую боль в сердце, кинжал вошёл в его грудь, и этим кинжалом была Грейнджер. Не сумев больше находиться в тени, слизеринец кашлянул и с упоением заметил, как испуганно посмотрела на него Гермиона, сжавшись, словно щенок в обивку дивана. - Я помешал вам, профессор,- яд сочился в каждом слове, а выражение лица оставалось, как всегда спокойным. - Вы, что-то хотели, Малфой? Гермиона уже уходит, прошу, говорите. Проводив девушку взглядами, мужчины устремились в кабинет, дело было важным, и Драко решил потом разобраться со строптивой девчонкой, которая до сих пор не поняла, в чьей она власти. Оставшись наедине с крестником, Северус постукивая по столу пальцами, вскинул бровь, ожидая ответа на немой вопрос. - Тёмный лорд, готовит напасть на Хогсмид, я руковожу этой операцией, мне нужно отправиться домой, решите эту проблему с Дамблдором, как можно скорей, профессор. - Дементоры, уже перешли на нашу сторону, я правильно понимаю? - Разумеется, как вы и говорили, ваш план удался. Северус лишь кивнул головой, и вновь перевёл взгляд на письмо. - Зачем она тебе? – голос крестника заставил выйти из мыслей, он не ожидал расспросов. - Прошу впредь думать, что говоришь, Драко, я не намерен отчитываться перед тобой! - Ну, конечно же, нет!- задумавшись на секунду, слизеринец продолжил,- пока нет, но вскоре я полноправно стану правой рукой лорда, и тогда твоя власть не будет иметь для меня ни какого значения. Я предупреждаю тебя, как крёстного отступись, либо я сотру тебя с лица земли. - Пошёл вон, щенок! Малфой лишь кивнул головой и, улыбнувшись волчьим оскалом, поспешил ретироваться из кабинета декана понимая, что сейчас он в шатком положение нужно время, что бы справится со Снейпом, ну а пока есть дела поважней, его ангел должна понести наказание за непослушание. С такими мыслями принц слизерина вышел из покоев профессора.