Змея

Пытайся вдохнуть этот воздух, Пусть тело от боли кричит Упав на холодную землю, Душа твоя вновь зазвенит! Прикрыв уставшие веки, Гермиона свернулась калачиком. Всё тело саднило, но разве телесная боль, может превзойти душевную. Кричать нет сил, бороться нет желания, её душа, словно фарфоровая кукла, разбилась, рассыпалась на мелкие осколки, и больно ранит да так, что жизнь прекратила властвовать над ней и лишь старуха смерть радуется, желая поскорее принять её в свои ледяные объятия, и утешить неразумное дитя. Слизеринка с поникшей головой поднялась и осторожно попыталась прикрыть обнажённое тело. Картинки из жизни проплывали в сознание, словно чёрно-белое кино она смотрела на себя со стороны. Нет, жалости не было, она не жалела о прожитых годах, и о вечных страданиях, всё плохое нужно отпустить; пусть страдают те кто это зло совершает. Сломав палочку, Гермиона смотрела, как искры осветили террасу, и тут же потухли. Забравшись на перила, девушка с пустующим взглядом осмотрела огромную территорию, ветер трепал подол платья, растрепанные волосы лезли в лицо, один шаг в бездну и прекратится пустое существование. “Я стою словно около края глубокой бездны, ещё один вздох и резкий выдох, голова кружится, наверное, от волнения, да к чёрту размышлять, пора действовать! Сделай шаг ну же, ведь это легко, упасть разбиться о реальность и наконец, получить забвение. Что же ты медлишь, слизеринка? Ты страшишься этой эфирной мысли: "А что же там за чертой?" Успокойся скоро ты сама узнаешь, что ждёт по ту строну! Ты чувствуешь, как ласкают твою кожу ветра, будто хотят успокоить. Смелей закрой глаза и шагни, очисти себя избавь от бессметных мук. Скорей!” Мысли кружились в её голове, как стая ворон над трупами павших воинов. Лицо приобрело отстраненный и потерянный вид, она вдыхала лунный воздух, поджав припухшие губы, резкий порыв ветра и осознание, что хочется жить. Нога соскользнула, и слизеринка начала падать вниз, словно сверженный ангел в чертоги сумрака. Её тело ударилось о землю, вокруг растеклась лужа крови, прикрытые веки судорожно подергивались, а с губ сорвался немой крик, поникший в отблеске рассвета. *** Провинциальный город был объят огнем: вспышки проклятий звучали со всех сторон, авроры не успевали отражать все заклинания. Пожиратели с остервенением разрушали город, такого натиска от них никто не ожидал. - Сэм! – Гарри кричал, размахивая руками, но мужчина словно оглох, он обхватил голову дрожащими пальцами, до боли сжимая виски, и медленно опустился на землю. По его руками стекали струйки крови, его оглушили, догадался гриффиндорец и хотел уже помчаться на помощь, но сильная порция “круциатуса” ослабила весь пыл парня. Сквозь пелену, он наблюдал, как на Сэма обрушилась стена, погребая его тело под грудами камней и огромным облаком пыли. - Ха-ха-ха! Мальчик-который-до-сих-пор-жив, пора бы и тебе присоединится к своим мёртвым дружкам! – где-то с боку раздался до боли знакомый голос Лестрейндж. - Только после тебя, тварь!- вся боль отошла на второй план, хотелось вгрызться ей в шею и разорвать эту плоть на мелкие куски, но сделать это настолько медленно, чтобы перед смертью она корчилась и молила о скорой кончине. - Иди за мной, ну же, Гарри!- кружась и отпрыгивая от заклинаний, она заманивала его всё глубже, в руины разрушенного города. - Стой, Лестрейндж, разве ты боишься меня?! Он бежал за силуэтом в надежде отомстить за все страдания, за всё зло, что несла с собой эта женщина. Поднимаясь по бетонной лестнице Гарри устал, но месть подгоняла его двигаться за Пожирательницей. Переведя сбившееся дыхание, он преодолел ещё один лестничный проём. - Где ты?!- на крыше дома было пустынно, лишь завывал ветер и качал провода. В сердце закралось сомнение, что-то здесь не так. Он озирался, сильнее сжав палочку в правой руке. Убрав с дороги обычный кирпич, Гарри услышал позади себя возню, резко обернувшись, Поттер застыл на месте и чуть не выронил оружие на бетонный настил крыши. Зелёные глаза сузились, желваки вздулись, лицо покраснело. - Что за игры?!- его голос стал хриплым и сиплым словно простуженным. - А кто сказал милый мальчик, что мы играем?! Это всего лишь жизнь пусть и несладкая, не такая, какой ты её себе представлял. Разве Дамблдор не научил тебя делать правильные решения? Ах да, он же покоится в земле. Мёртвый и великий директор, оставил маленького Гарри! Гриффиндорец сжимал челюсть и пытался сконцентрировать взгляд. Кровь в венах будто заледенела, а ладони вспотели, Белла заметила его растерянность и, улыбнувшись, надула губки, посильнее сжимая горло рыжеволосого парня. С другой стороны стоял Сивый, оскалившись, он держал в руках небольшой свёрток с ребёнком. - Кто достоин жить? Ответь мне, герой магического мира! – она лукаво обвела его своим безумным взглядом, наставив палочку на Уизли, и продолжила,- друг или ребёнок который настолько мал, что не может защитить себя, одно движение и малыш полетит вниз, так и не познав счастья, ты позволишь этому случиться? - Будь ты проклята, змея! Плачь младенца, поставил Гарри в ступор, а сердце сжалось в тиски. Оборотень кровожадно оскалился и, рассмеявшись диким смехом, выставил руку с младенцем, слегка разжав мертвую хватку, гриффиндорец наблюдал, как выскальзывает ребёнок ещё чуть-чуть и мужчина выронит дитя в небесную бездну. С другой стороны послышалось проклятие “Империо” и Рон, будто марионетка подошёл к краю крыши. Гарри хотел выкрикнуть заклинание, страх за чужие жизни сводил его с ума. Но сильный удар под ребро острым предметом, заставил разжать руки, и палочка покатилась к ногам Пожирательницы. Ухватившись за вспоротый бок, гриффиндорец краем глаза увидел своего палача, это был слизеринец Теодор Нотт. Он с пустующим взглядом вытирал нож, обычным белоснежным платком, не обращая внимания на взрослые игры. - Время, Поттер, не заставляй нас ждать!- рявкнул Сивый. - Я…я не знаю!- заикаясь прорычал парень, прикрывая рукой открытую рану. - Да хватит нянчиться с ним! – Нотт уже закончил со своим делом, и со скучающим видом посмотрел, как борется Рон пытаясь преодолеть проклятие. - Что ты всё портишь?!- не удержалась Беллатриса от резкого замечания, в адрес молодого бойца, – а впрочем, мне и самой надоело. Подойдя в плотную к Рону, она что-то страстно нашептывала ему на ухо, от чего парень лишь сильней стал напоминать привидение. Белла поймала затравленный взгляд Гарри, и театрально толкнула Уизли в спину, тот пошатнулся и сорвался вниз, в этот же момент Сивый разжал руку и свёрток выскользнул в небесную бездну. Все трое рассмеялись, взмыв вверх чёрными дымками, оставив героя рыдать на полуразрушенной высотке. Люциус сражался на мосту, неподалёку от него бился с неким отчаянием и остервенением его названный враг Каркаров. Тот на удивление держался на высоте, и с лёгкостью отбивал все заклинания, прибывающих авроров. Но судьба сегодня была явно настроена не дружелюбно, молодой аврор потоком воздуха сбил его с ног, и Игорь кубарем обрушился на землю, пытаясь увернуться от вспышки огня, он откатился, ещё один взрыв и мужчина повис на мосту, яростно цепляясь за край одной рукой. - Люциус!- взмолился Пожиратель, протягивая руку подошедшему Малфою, который благополучно расправился с надоедливым аврором. – Помоги мне! Волны шумно колыхались, дул холодный ветер, Каркаров вздрогнул, мысль , что плавать он так и не научился, устрашала его, он с мольбой смотрел в ледяные глаза лорда, а тот улыбался. Вот его шанс отмстить за всё. - Каркаров, я устрою шикарные поминки!- и, подойдя чуть ближе, со всей силой наступил на его руку, упиваясь страхами и его нежеланием умирать. Тело поглотила очередная волна, а Люциус осмотревшись по сторонам побрёл своей дорогой.