Send me an Angel

Туманный Альбион как обычно был затянут тучами, размеренно шел дождь. «Грибочки» в виде людей с зонтами шагали по своим делам, но не девушка в черном пальто… Она шла без зонта, он ей был не нужен. Данте любила дождь, любила чувствовать его на своем лице, ей нравилось как мокрые сосульки – волосы липнут к щекам… Так она чувствовала, что все еще жива…Она притупила взгляд и шла не смотря под ноги, не замечая людей вокруг, ничто мирское ее не волновало. Это было похоже на транс, временами Данте впадала в так называемую прострацию, когда уходила глубоко в себя – глубины своего подсознания… Она самоуверенна, но отстранена и холодна. Еще никому она не открывалась, никто еще не разгадал, что за личность живет в этой девушке… Всегда ставит препятствия, держит дистанцию. Возможно, вы скажите, что однажды ей сделали больно. Нет – она никогда не любила и не чувствовала. Любить ее не научили… Громкий сигнал автомобиля – Данте очнулась ото «сна», осмотрелась: она на проезжей части и препятствует движению. Не стоило переходить дорогу на красный. В руке, что-то зашелестело - папка. Данте вспомнила о новом деле, что подкинул ей Бен… вот же засранец, наверное, решил над ней поглумиться. «Ха-ха три раза! Неужели люди настолько примитивны, думаешь, что дальше некуда, ан нет, они находят куда… Видел бы Бен лицо этого Люка, когда он сказал про мертвого кота в коробке, умер бы со смеху. Прямо кот Шредингера», - девушка заулыбалась. «А у этого убийцы котов неплохое чувство юмора, или это просто задрот, который фапает на знаменитого актеришку. В любом случае дело скучное. Если бы я не задолжала за квартплату, никогда бы не взялась за него! Чертовы деньги...» Так, не заметив, она дошла до студии, которую снимала. Это был четырехэтажный дом пятидесятых годов, девушка жила под самой крышей, где были огромные окна от пола и до самого потолка. Стены были не оштукатурены, и сохранился естественный вид стен с кирпичной кладкой. Заходя в ее жилище, можно было сразу подумать, что здесь никто не живет. Во всем девушка любила минимализм. Проще говоря, до обыденных забот ей не было никакого дела. Из-за недостатка вещей, комната казалась очень просторной и светлой, вместо кровати присутствовал большой матрац у стены, по левому борту. Несколько столов - в углу и возле окон, завалены множеством бумаг, карт, различных распечаток и фотографий. Пара стульев и неимоверное количество книг, что стопками, хотя нет, целыми пизанскими башнями возвышались по всей студии - иногда они были свыше человеческого роста - в этом лабиринте с легкостью можно было потеряться. Девушка прошла внутрь, не разуваясь, скинула пальто на «кровать» и, словно фризби, забросила злосчастную папку в кучу остальных бумаг на один из столов. Подошла к окну и с взглядом буддиста уставилась на монотонность милого дождя. Браться за это до жути скучное дело ей не хотелось. Подумаешь, очередной знаменитости угрожают, сколько их было и сколько еще будет – и знаменитостей и тех, кто покушается на их жизни… Люди во все времена были примитивны – всегда находили тех, кого возвышали, поклоняясь им, и всегда находились те, кто шли против стада в желании заполучить желаемую игрушку. Годы идут, а ничего не меняется. Девушка вздохнула, придя к выводу, что квартира сама за себя не заплатит и стоит приниматься за дело. Но ее размышления беспардонно прервали. Дверь открылась, пропуская в помещение мужчину лет тридцати, высокого темноволосого, одет он непримечательно, словно военный в отставке… Он прошел на территорию, что звалась кухней, так как в квартире никаких разделений не было и все находилось в одном помещении, не считая ванной, конечно, уселся за барный стол и с улыбкой уставился на девушку. Она смотрела на гостя, что нагло лыбился, и тут терпение не выдержало: - А теперь, Бэн, закрой дверь с той стороны и проваливай отсюда! - Да ладно тебе, Данте, приличное дельце, - его улыбка растянулась еще шире, теперь он напоминал чеширского кота, еще немного и он откровенно заржет. - Вот именно - «дельце»! - Ты же просила, что-нибудь и побыстрее. Знаешь ли, интересные и любопытные дела быстро не находятся. Девушка выдохнула, прикрыв глаза,взяла с подоконника пачку сигарет, Zippo и закурила. Свет в помещении был не включен, еще и дождевые тучи затянули небо. Дым от сигареты в сумерках казался еще более чарующим, создавая витиеватые клубы, что мгновенно растворялись в тишине. - А что на счет книги? Ты нашел ее? – сменила тему девушка. - Ты не представляешь, каких усилий мне стоят поиски твоих древних книженций… - Говори уже! - Конечно! – парень улыбнулся. – Ты что меня не знаешь? Но достать ее будет непросто, она сейчас находится в частной коллекции… - Когда это было для меня проблемой, – Данте по-злодейски ухмыльнулась. - Когда-нибудь тебя поймают, – с укором напомнил Бэн. - Не поймают. Возможно, ты забыл, что этому меня учили, и к тому же книги не выходят на рынок, меня невозможно отследить. - Не увлекайся. Может быть, в этом и проблема, ты слишком много знаешь и умеешь. Однажды тебя это погубит. - Я не боюсь смерти. Я приму ее с честью, когда она придет, - с холодом в голосе промолвила она. - Я не о смерти, – вздохнул парень, чуть помедлив, добавил: – Я помню, ты ее не боишься, ты смотрела смерти в глаза, перешагнула за грань. Да, ты не боишься смерти. Ты боишься жить… как нормальные люди… Повисла грубая тишина. - А ты не думал, что возможно, я не хочу жить как НОРМАЛЬНЫЕ люди. И больше не смогу… - Данте смотрела на парня невидящим взглядом, словно сквозь него. - Прошло уже пять лет, не вини себя, ничего уже не изменить. - Не важно, сколько времени прошло! Это из-за меня ОН погиб! Моя вина! – девушка сорвалась на крик. И снова тишина. Капли дождя все также продолжают отстукивать только им известный ритм. - Ты любила его… - Это вопрос или констатация факта? – она язвительно ухмыляется. - Но его больше нет, просто отпусти его, - мужчина смотрит с пониманием и искренним сожалением. Он не подойдет и не обнимет, потому что это Данте, она не разменивается на любезности и не показывает слабость. В этот вечер они больше не возвращались к этой теме. Одиннадцать часов спустя Дождь все еще продолжал идти. Люк сидел за столом и изучал новый сценарий фильма, что подкинул ему знакомый продюсер. Его телефон, лежащий рядом на столе, завибрировал. Парень в недоумении уставился на него. «Странно, кто может звонить в такую рань. Только пять часов утра. Номер незнакомый». Парень неспешно поднял трубку: - Алло… - в голосе проскользнула нерешительность. - Люк, это Данте… - Откуда вы знаете мой номер? – он искренне удивлен. - Тебя только это интересует? – сарказма ей не занимать. - Э-э-э, - парень в растерянности. - Давай сразу к делу. Я найду твоего «котоубийцу», но полиция должна быть в курсе, я не собираюсь участвовать в линчевании… - Люк не дал ей закончить предложение. - Нет! Полиция не должна знать, они сразу же растреплют прессе! – разговор выходит на повышенные тона. - Хорошо, - стратегически соглашается девушка. – У меня есть знакомый в полиции, он будет знать и более никто. Он должен будет задержать мелкого террориста. Люк обдумывает компромисс. - Хорошо, но Томас ни о чем не должен догадываться. - Интересно, и что ты думаешь, он подумает, когда я буду ошиваться рядом с ним, наблюдая за его окружением и выискивая информацию? – Данте изогнула бровь. Но кто увидит эту саркастическую гримасу? - Э… я что-нибудь придумаю. - Я вся во внимании, - она подпирает щеку рукой и прикрывает глаза: она явно не заинтересована. Люк лихорадочно пытался что-то придумать, но он уже так устал и был вымотан: в последнее время на него свалилось столько работы, что он забыл, когда последний раз спал. Вот оно! - Вы будете моим помощником, – неожиданно, даже для самого себя, выдал Люк. – То есть Том будет думать, что вы мой помощник. Вам ничего не придется делать, просто одеваться соответствующе и иногда делать вид, будто заняты чем-то очень важным, - начал тараторить парень. «А этот малый неплохо соображает», - подумала Данте. - Что ж, помощник так помощник. Я буду у тебя к девяти, – и она отключила телефон. - Но вы ведь не знаете, где я живу… - это он уже говорил гудкам, раздающимся в телефоне.