Просто закрой глаза

Драко улыбнулся, входя в гостиную в Малфой-мэнора. Он огляделся по сторонам, пытаясь найти хоть какие-нибудь изменения, но всё было так, как когда он уезжал. Всё, как месяц назад. Никаких изъянов. Иногда это жутко раздражало Малфоя, но он старался не обращать на это внимания. Как только хозяин Драко появился в доме, к нему вышли несколько эльфов и предупредили, что родители давно ждут сына в столовой. Глубоко вздохнув и прогнав домовиков, он направился в столовую поместья. Нет, Люциус и Нарцисса очень любили своего сына и ждали его с замиранием сердца. Вот только… Только сам Малфой-младший сейчас не готов был к встрече с ними. Родители любили своего сына, но и против обычаев семьи идти не смели. Поэтому ещё летом встал вопрос о его помолвке. И о метке. Хотя нет: о принятие метки вопросов не становилось. Он должен был это сделать. Это был единственный момент, когда Малфой жалел, что он — аристократ и имеет «голубую кровь». — Сынок! — Нарцисса встала с кресла и с порога обняла сына. — Я так рада, что ты вернулся. Мерлин, как я скучала! — Я тоже рад, мам, — улыбнулся Драко и обнял мать за плечи. — Доброе утро, отец. — Здравствуй, — Люциус тоже поднялся со своего места и подал руку сыну. — Ты надолго домой? Выходные только начались. Мы будем рады, если ты задержишься на пару дней. — Я постараюсь. Он ещё раз улыбнулся. Далее следовал обед, за которым школьник делился своими успехами и выспрашивал у родителей, как они жили. В Малфой—мэноре всегда была благоприятная обстановка для его обитателей. Несмотря на весь холод, который этот род показывает, здесь всё было иначе. Малфой—мэнор — живой. Он сам подстраивает людей под себя. — Драко, всё ещё остро стоит вопрос о твоей помолвке. На мой взгляд, на роль твоей супруги идеально подходит Пэнси Паркинсон. Мы хорошо знакомы с её родителями, а сама девушка производит отличное впечатление в обществе, — начал отец, когда с расспросами было покончено. — Если у тебя есть другие кандидатки, то мы готовы выслушать. — Я не знаю, — честно ответил Драко, вздыхая. Он и правда не знал, какая жена ему нужна. Нет. С детства ему говорили, что она должна поддерживать мужа. Беречь. Подталкивать в любых начинаниях. Давать советы. Но и быть из почтительной семьи, и уметь держаться в обществе. Паркинсон была именно такой. Идеальна по меркам общества. Но не для него. Она была его другом детства или максимум любовницей, которая никак не могла стать невестой. Или женой! Это бессмыслица, которая не укладывалась в его голове. Нет! Нет? Нет! Но и перечить он не мог. Тем более, что никого другого на примете не было. — Думаю, что мы могли бы обсудить этот вопрос с Лордом. Думаю, что он будет не против того, что именно эта девушка должна стать твоей женой. Заткнитесь.

***

— Мисс Грейнджер. Гермиона подняла глаза на директора. Продолжая теребить мантию и закусывать губу. Это была дурная привычка, которая ей уже давно надоела. Но отделаться от неё она уже не могла. Наверное, каждый может узнать, что она волнуется, именно по этим признакам. И вот сейчас, сидя в кабинете директора, она сильно волновалась. Он дал ей просто немыслимое задание. Она не могла его выполнить, не могла. И Альбус прекрасно понимал причину, но всё равно настаивал. Она должна посетить Малфой-мэнор. Чёрт! Когда она услышала такое заявление, кажется, перестала дышать. Посетить логово Малфоев было худшее наказание. А она ничего и не сделала! Просто встала на роль старосты с ним. Какой дементор дёрнул Малфоя поехать домой, когда через неделю бал? Он же прекрасно понимал, что его присутствие на всех репетициях важно. Но даже несмотря на это, его отпустили. Подумав, что из-за пары пропусков ничего не случится. Если бы! Третий ведущий, Невилл, сломал ногу, поэтому им теперь придётся переписывать роли и вести всё выступление вдвоём. А это значит, что просто необходимы репетиции, чтобы всё заново выучить. — Мисс Грейнджер, — повторил директор. — Я не могу послать сову, потому что она будет лететь долго, а мистер Малфой нужен нам сейчас. Но и сам не могу наведаться. У меня очень много дел. Одна надежда на Вас. Он поднял глаза из-под очков на ученицу, которая глубоко вздохнула и кивнула. Она даже представить себе не могла, как отреагируют жители особняка на её появление. Грязнокро…вка. Мерзость! Не так ли, Малфой? Дамблдор разрешил Гермионе воспользоваться камином в его кабинете, чтобы переместиться в поместье и вернуться обратно. Чтобы не передумать, Гермиона потопталась пару секунд, а затем громко сказала «Гостиная Малфой-мэнора». Растворившись, Грейнджер молилась, чтобы всё прошло быстро и без проблем. Она боялась открыть глаза. Она боялась оглядеться вокруг, потому что мозг рисовал не самые приятные картины окружающей её атмосферы. Ей казалось, что если она откроет глаза, то попадёт в мир страданий и пыток. Девушка выдохнула и собиралась разлепить веки, но что-то её останавливало. В голове всё ярче рисовалась картина помещения, в котором она находится. Она представляла всё белым, отталкивающим, слизеринским, аристократичным. Чистым. Чистым, чёрт бы побрал этот дом! Но, несмотря на всё выше перечисленное, она боялась и другого. Она магглорождённая гриффиндорка в этом доме… доме Малфоя! Грейнджер, неужели ты думаешь, что он тут таких, как ты, убивает? Как не смешно, но именно так она и думала. — Гостья хочет, чтобы Джерри проводил её к хозяевам? Джерри не предупреждали, что кто-то придёт. Он должен сообщить хозяину Люциусу. Голос заставил Гермиону резко открыть глаза. Сначала взгляд затуманила чёрная плёнка. Но потом Грейнджер смогла спокойно оглядеться по сторонам. Почти все её фантазии оказались правдой. Только никакой виселицы не наблюдалось. Да, и вообще мысль о том, что тут пытают людей, сразу отошла на второй план. Вздор! Как ей такое вообще могло в голову придти?! Они же Малфои, а не преступники. Просто Малфои. — Мисс! — прикрикнул домовик, привлекая внимание. — Я должен проводить вас к хозяевам. — Что? — неуверенно спросила Гермиона, но, придя в себя, добавила: — Да, да! Конечно. Поместье оказалось большим и просторным. Много извилистых тёмных коридоров соединяли комнаты. На стенах весели картины, красота которых неописуема. Любой, даже самый чёрствый человек, залюбовался бы ими. Но Гермиона, которая была отнюдь не чёрствая, не могла остановиться. Не в её интересах. Джерри открыл двустворчатую дверь в столовую поместья. Комната была сделана в более тёмных тонах, в отличие от гостиной. В зелёных. Стены, шторы, висевшие на огромных окнах, скатерти, мебель! Всё было так по-слизерински. Разбивало эту картину только присутствие золотого и чёрного. Гриффиндорку передёрнуло от такого обилия цвета змеиного факультета. Ей явно больше понравилась обстановка светлой и белой гостиной. Или даже тёмных коридоров! Девушка набрала в лёгкие побольше воздуха, чтобы прямо сейчас не упасть в обморок. Ну, не съедят же они её, ей-богу. Но, стараясь выглядеть более уверенной, она гордо задрала подбородок и выпрямилась. — Джерри привёл мисс. Мисс прибыла через камин. Мисс ничего не объяснила Джерри. — Грейнджер?! — искренне удивился Драко, переводя взгляд с несчастного эльфа на Гермиону. — Что ты тут делаешь? Какое право ты вообще имеешь здесь появляться, гряз… — Рада тебя видеть, — фыркнула Гермиона, прерывая эту тираду. — Но давай перейдём сразу к делу, — девушка выдохнула и прочистила горло. — Ты срочно нужен в школе. Она старалась говорить более уверенно, но на последних словах голос дрогнул. Чёрт бы его побрал! Вот куда делась вся её уверенность? Твою мать! Проклятый директор. Проклятый пост. Проклятый Малфой. — Ну, и зачем же я там понадобился? Неужели ты одна не справляешься? — ехидно улыбнулся Малфой, растягивая слова. Мерлин, как же это пафосно. Аж тошнит. — Ну, так что? Малфой просто жаждал услышать от неё эти слова. Он хотел, чтобы лучшая ученица была зависима от него. Чтобы она просто физически не смогла справиться без его помощи. А ещё душу грело то, что она грязнокровка. Гриффиндорка. Но зависит от него. От какого-то его действия. От его соглашения. За все семь лет обучения он так хотел переплюнуть её. Даже на уроках его декана ей удавалось быть лучшей! А Снейп — как и Драко — ненавидел её. Ненавидел, но всё равно не мог не ставить ей честно заработанные баллы. И это злило Малфоя. Злило, твою мать. Раздражало. Выводило из равновесия. Его! Которого, блять, никто не смел вывести, заставить забыться в злости. И сейчас, так жаждущий услышать эти слова, он ехидно улыбался и был уверен в своей победе. — Нет, Малфой! Её презрительный голос, и внутри что-то падает. Нет, Малфой. Нет-твою-мать-Малфой. — Это директор считает, что мне нужна твоя помощь для завершения задания. Его взгляд почернел, а кулаки сжались. Сука. Она смотрит на него, гордо подняв голову. В тот момент, как он хочет свернуть всё и накричать на неё. Дура Грейнджер. — Драко, — начала Нарцисса, всё это время молчавшая, как и Люциус. — Может ты нам объяснишь, что происходит и кто эта девушка? — Да, может ты нам объяснишь?! — воскликнул Люциус. Гермиону передёрнуло от его тона. Если миссис Малфой была спокойна и всё это время разглядывала девушку, то Мистер Малфой просто прожигал её взглядом и не смог удержать свой пыл. Да что за семейка такая странная?! — Это Гермиона Грейнджер, — фыркнул Драко, переводя взгляд на родителей. — Вторая староста школы. — И зачем же вам Драко, Гермиона? — Нарцисса ещё раз улыбнулась, обращаясь к гостье. Сказать, что девушке не понравился её тон — значит, ничего не сказать. Он был каким-то размытым. Сладким. Наполненным ядом. Слишком уж она переигрывала и не смогла сдержать этого. А улыбка натянутая. Это даже противнее, чем придирки Малфоя и тон его отца! — Нам с… — она запнулась, думая как назвать коллегу, — Драко срочно нужно вернуться в школу. На носу концерт, а один из ведущих не сможет принимать в нём участие. Она тоже попыталась выдавить из себя улыбку, но та получилась не лучше, чем у хозяйки дома. — Но Драко не может уехать! Он только вернулся. — К сожалению, я не могу ничего поделать.