Мой гувернер

Прошло полгода. Сегодня мне исполняется восемнадцать лет. На мое совершеннолетие отец устроил званный вечер. Половину гостей я даже не знаю, я не понимаю, зачем отец их вообще пригласил, но я не стал ему препятствовать. Наоборот, я ему помогал и мы вместе занимались приготовлениями. Удивительно, но мои отношения с родителями сильно изменились. Теперь мы часто проводим время вместе. Совсем недавно ездили на пикник на озеро. Щенка, которого мне подарили, я назвал Филлом, в честь своего прошлого и любимого пса. Но нового Филла я люблю ничуть не меньше старого. Он был вместе с нами на озере, и мы вчетвером весело играли в мяч. Отец и мать все же пропадают целыми днями на работе, но теперь в их выходные мы весело проводим время вместе, как очень дружная и счастливая семья. Дядя Бен стал еще чаще гостить у нас, но это потому, что все это время он помогал мне найти Джонсона. Полгода я, не унимаясь, вел активные поиски, а дядюшка мне помогал. Я даже нашел старичка, который когда-то обучал Эрика. Он оказался очень добрым, хотя довольно строгим старцем. К сожалению, его здоровье сильно хромало, когда я к нему приезжал, и через неделю он скончался. Но у него мне не удалось узнать, где может скрываться Джонсон. Все мои поиски были безрезультатны, но я не отчаивался. Даже сейчас я продолжаю надеяться, что скоро найду его. Но сегодня мой день рождения, поэтому я остановил поиски. Веселье было в самом разгаре. Играла легкая музыка, а мой отец, стоя в центре огромного зала, произносил очередную речь. Он изрядно випил, поэтому стал очень разговорчив. Я уже потерял счет его речам, но его пьяные слова хорошо веселили публику. Мне приятно было видеть его таким веселым. При мне он всегда был строг и сдержан, но последнее время он очень изменился. Пусть он и остался сдержанным и строгим, но теперь он был более внимателен ко мне. Хотя сложно заставить его веселиться без капли алкоголя, но дядя Бен всегда помогал мне. Мы часто выводили моего отца из себя, в эти моменты он громко кричит на нас, но потом мы все вместе еще громче смеемся. Пока мой отец в очередной раз расхваливал меня, ко мне подошел Ломан со своей дочкой Эльзой. Честно говоря, я был не прав, когда считал ее бездарной. Эта юная особа сумела добиться успеха гораздо быстрее чем я. Теперь мне приходиться соперничать с ее безупречным вокалом не менее безупречной игрой на скрипке. Не смотря на наши разногласия в прошлом, мы обдумываем записать совместное выступление. Хотя сейчас я больше не стремлюсь выступать на сцене, иногда меня приглашают выступать на концертах, но сольных концертов я не устраиваю. За полгода мне удалось выступить на двух концертах, но этого мне было достаточно. Я понял, что не обязательно быть популярным и выступать на сцене, чтобы радовать людей своей музыкой. Мне достаточно радовать ею близких мне людей. Мне нравится видеть гордость за своего сына в глазах отца. -Привет! – воскликнула Эльза, крепко обнимая меня, - С днем рождения, милашка! Сегодня она была как всегда безупречна, высокие каблуки и роскошное платье цвета розового рассвета. Когда я лучше узнал ее, то понял, что Эльза весьма умная и веселая девушка. С ней весело проводить время, более того, она умеет веселиться. Хотя она очень капризна и может быть жутко вредной и надоедливой. Но мне в ней это даже стало нравиться. -Я тоже рад тебя видеть, - прохрипел я, освобождаясь от удушающих объятий. -Поздравляю тебя, Кевин, - сдержанно произнес Ломан. После того, что было между нами, мы перестали быть друзьями, но все равно поддерживаем общение. Ломан иногда помогает мне с концертами, наверное потому, что его чувства ко мне все еще остались прежними. Но я не решался с ним об этом говорить. Мы вообще ограничили свое общение чисто деловым разговором. Я все еще не мог простить Ломана за его глупость, да и он не торопился просить прощения. Видимо, менеджер решил, что, попросив прощения у меня в больнице, искупил свою вину, но он глубоко ошибается. Этого недостаточно. Но сейчас это уже не важно, я все равно не смогу доверять ему так, как прежде. Наш контракт разорван, а Ломан стал серьезно продюсировать свою дочь, с которой я иногда провожу свободное время. -Спасибо, - вежливо отозвался я. Менеджер слегка потупил взгляд, как бы думая, стоит ли что-то еще говорить. Пока он сомневался, ко мне буквально подлетел дядюшка. Бен, ловко просачиваясь сквозь толпу, сильно схватил меня за локоть. Он был очень взволнован. Более того, он явно торопился мне что-то сообщить, ибо бежал ко мне. Бен был немного взъерошен, но это ничуть его не портило. Совсем недавно он перекрасил свои волосы в ярко-рыжий, что сильно молодило его. Отец долго отсчитывал своего братца, говоря, что Бен ведет себя некорректно, но дядя совершенно не хочет ничего слушать. Он всегда делал то, что хотел, и это часто шло в разрез с мнением моего отца. -Нам надо поговорить! – прохрипел Бен, тяжело дыша. -Что-то случилось? – удивился я. -Есть новости по поводу нашего поиска… Этих слов было достаточно, чтобы дядюшка легко увел меня из центра внимания, подальше от глаз. Мы спрятались в углу. Хотя нас было видно, нас никто не мог слышать. -Выкладывай, - деловито произнес я. -Он наконец-то объявился, - воодушевленно сообщил мне Бен, - Пару дней назад его видели в нашем городе! -Как?! Почему ты раньше мне об этом не сказал?! -Мне нужно было убедиться, что это не ложь. Разве я мог сообщать тебе ложную информацию?! – весело улыбался дядя. -Ты прав, - согласился я. Даже если и он снова объявился в нашем городе, еще не факт, что я смогу увидеть его в скором времени, нужно набраться терпения, - А где его видели? -В гостинице, в которой вы жили вместе какое-то время… Мои глаза тут же заблестели надеждой и радостью. Я наконец-то смогу увидеть своего гувернера и поговорить с ним. Поэтому я, не теряя зря времени, быстро развернулся и направился в сторону выхода. Я быстро спешил покинуть праздник в свою честь. Я настолько стремился увидеть Джонсона, что готов был бросить сейчас любые дела и поехать в гостиницу. Надежда огромной бомбой взорвалась в моем сердце и сладким теплом стала разливаться по всему телу, воодушевляя меня на подвиги. Но так быстро уйти мне не дали. Дядюшка Бен схватил меня за локоть и резко развернул к себе лицом, останавливая. -Не торопись покидать эту вечеринку, - сердито сказал он, - Еще рано… -Как может быть рано?! – возмутился я, - Мы так долго искали его! Я полгода с нетерпением ждал этого момента, а ты меня останавливаешь? Бен, я думал, что ты мне помогаешь. -Так и есть, поэтому остановил. Мне кажется, что пока не стоит бежать на встречу. -Почему же? – удивился я. -Ты помнишь Уолтера? Ты помнишь все то, что он сделал? – напомнил мне дядя, а я в ответ молча кивнул, - Думаю, он охотится за Джонсоном и внимательно следит за ним. Поэтому нельзя действовать так рискованно. Этот человек способен на ужасные вещи, и Эрик это понимает. Думаю, нам надо подождать… -Но тогда мы снова потеряем Эрика! -Не потеряем. -Почему ты в этом так уверен? -Не просто же так он вдруг объявился в городе…, - шепнул Бен, словно рассказывает мне какую-то тайну, - Думаю, скоро он сам тебя найдет… -Этого не может быть, - грустно сказал я, - Наверное, он все еще злится на меня. -В любом случае нам нельзя рисковать… -О каком риске идет речь? – к нам подошел выпивший отец, поэтому нам пришлось замолчать, - Какую пакость вы опять задумали? -Не переживай, братишка, сегодняшний вечер пройдет идеально, - довольно убедительно сообщил Бен. Между братьями завязалась совсем неинтересная для меня беседа, поэтому я тихо ускользнул от них. Мне до сих пор не верилось, что Джонсон наконец-то нашелся. Он зачем-то объявился в моем городе, и это меня настораживало. Но я постарался отогнать от себя хмурые мысли и по-настоящему порадоваться такой новостью. Смакуя, я прикрыл глаза, и передо мной появился образ гувернера. Его серые глаза так манили меня, что сложно было устоять. Он протягивал ко мне свои руки с большими ладонями и слегка усмехался надо мной, как в первые дни нашего знакомства. Я вспомнил, как мне хотелось поскорее от него избавиться, как сильно злился на него, и на моих губах появилась легкая улыбка. В скором времени я смогу по-настоящему взглянуть в серые глаза своего бывшего гувернера… Поглощенный воспоминаниями, я направился на второй этаж дома. Я медленно прошелся по коридорам, вспоминая, как крался, пытаясь выкрасть документы. Я вспомнил, как впервые оказался в комнате гувернера и как наглым образом был заперт в шкафу. От этих воспоминаний по моему лицу расползалась лучезарная улыбка с каплей грусти в уголках губ. Мне было немного грустно, что эти моменты моей жизни я больше никогда не переживу вновь, мне остается только вспоминать их. Я подошел к двери, у которой несколько раз стоял, прислушиваясь, чтобы распознать, находиться ли Джонсон за этой дверью. Я, воображая, что вернулся в прошлое, приложил ухо к дереву, пытаясь услышать что-либо. Но меня приветствовала лишь тишина. Конечно, в глубине души я надеялся, что за дверью окажется он, но этого никак не могло быть, поэтому я отворил дверь и вошел в комнату, в которой раньше жил Джонсон. Кровать уже шесть месяцев пустела, стол был идеально чист, а шкаф пуст. После того разговора с КУ я вернулся домой. Не говоря ничего родным, я просто заперся в этой комнате и долгое время тут сидел, не выходя. Я лежал на кровати и бесконечно смотрел на потолок. Так длилось несколько дней. Я не выходил даже чтоб поесть. Еду мне приносила Маргарет в комнату, но я к ней не притрагивался. Мне хватало всего лишь чая. Это длилось достаточно долго, чтобы мои родители сильно взволновались. Они ломились ко мне, но я их не пускал. А когда они решили выломать дверь и вызвать психолога, я все же вышел. В тот день я лег не на кровать, а на пол и заметил, что под кроватью что-то есть. Когда я вытащил этот предмет, то понял, что это картина, та самая, которую купил гувернер. Он оставил ее здесь, и мне показалось, что Джонсон сделал это не случайно. Стерев с нее пыль, я повесил ее на стену и стал каждый день любоваться ей. Тогда-то я решил, что не стану сдаваться и найду Эрика… Я снова встал напротив картины и принялся ее разглядывать. Она была все та же, но теперь я смотрел на нее новыми глазами. Раньше мне казалось, что мужчина, изображенный на ней, хочет причинить вред скованному цепями парню, но теперь я видел даже некоторую нежность и теплоту в силуэт мужчины. Он заботливо, словно своего питомца, держал в цепях парня, защищая его от чего-то. Он темной тенью навис над юношей, причиняя ему боль и лишая его свободы, но сейчас мне казалось, что парню это даже нравиться. Хоть лица не было видно, я уверен, что юноша довольно улыбается, радуясь, что он в плену прекрасного укротителя. Теперь картина не казалась мне настолько темной и ужасной. Она всегда завораживала и пленила меня, но это я понял только, когда нашел ее под кроватью. Она была в пыли, но была такой прекрасной, что я несколько минут смотрел на нее, не отрывая глаз. Мне показалось, что за парнем затаилась фигура Джонсона. Тогда я был готов поверить в то, что мой гувернер сбежал от меня и спрятался в картине… Я настолько был увлечен разглядыванием картины, что не заметил, что в комнату кто-то вошел. Этот кто-то тихо вошел, подошел ко мне со спины и властно произнес: -Я же говорил, что эта картина тебе нравиться. Я резко обернулся на знакомый голос и не смог поверить глазам. Передо мной стоял Джонсон, и это была не иллюзия. Я настолько был удивлен и одновременно счастлив, что не мог пошевелиться. Все слова тут же испарились из моей головы, хотя я так долго обдумывал, что именно скажу при встрече с ним, но теперь не мог сказать ни слова. -Жестокая страсть, не правда ли? – ухмыльнулся гувернер, не выдержав моего молчания. -Я рад, что ты заглянул в гости, - сдержанно произнес я вместо того, чтобы броситься на шею, как хотелось мне. -Я не мог не прийти на день рождения своего ученика, - улыбнулся Джонсон. -Я больше не твой ученик, - я старался произнести это холодно и равнодушно, но все же через слова просочилась печаль и разочарование. -А это уже не имеет значения. -Как ты сюда попал? Я думал, в дом пускают только по приглашениям… -Я проник сюда через окно твоей комнаты, - усмехнулся Эрик, - Я надеялся застать тебя там, но нашел тебя в еще более лучшем месте. Джонсон медленно приблизился ко мне. Он встал вплотную так, что через одежду я мог чувствовать тепло его тела. Гувернер смотрел на меня сверху вниз, и в его серых глазах читался все тот же интерес и любопытство, как в первый день знакомства. -Тебе не следовало здесь появляться, - с каплей волнения сказал я. -Но я появился. -Если тебя заметят, то будет жуткий скандал, - пытался трезво мыслить я. -Когда это тебя останавливало? – снова знакомая ухмылка коснулась его губ, - Раньше ты делал все, чтобы насолить отцу. -Это было раньше. Теперь у нас с отцом другие отношения. -Значит, я все же сумел за столь короткий период достойно воспитать тебя? – продолжал усмехаться Эрик. -Нет, - теперь усмехнулся и я, - Я остался тем же проказником, но теперь умело скрываю это. -Сейчас мы это проверим, - сказал Джонсон, толкая меня к кровати. Не сопротивляясь, я легко позволил себе рухнуть на мягкую кровать, на которой когда-то был изнасилован. Вспоминания об это зажгли во мне желание, которое тугим комом собралось внизу живота. Смотря в серые глаза, я мог увидеть в них точно такие же чувства. Эрик хотел меня, а я хотел ему отдаться – и это для меня было самым лучшим подарком на день рождения. Властно и быстро Джонсон сорвал с меня одежду, потом так же ловко освободился от своей. Лежа на кровати, я мог бесконечно любоваться безупречным телом гувернера, но сейчас я не хотел этим ограничиваться. Пальцем я развратно поманил к себе Эрика, подмигивая ему, в ответ он недовольно рыкнул: -Не веди себя так развратно, тебе это не идет. Пусть он был недоволен, по по голосу было видно, как его это сильно возбуждает. Поэтому гувернер не стал медлить. Не одарив мое тело ласками, которое буквально сгорало от желания, Эрик резко перевернул меня к себе спиной и поставил на колени. Руками я уперся в спинку кровати, крепко схватив ее. Резкая боль пронзила мое тело, когда возбужденная плоть вошла в меня без подготовки. После полгода воздержания это было вдвойне больно, как в первый раз, поэтому я вскрикнул. -Тише. Никто не должен нас услышать, - прошептал Эрик у самого моего уха, даря моему телу море мурашек наслаждения. Я покорно сжал зубы и губы, заверив себя, что не пророню ни звука, хотя понимал, что это будет сложно сделать. Эрик стал двигаться во мне, и я отважно сдерживал в себе стоны наслаждения смешанные с болью. Как бы я не старался сосредоточится на приятных ощущениях, я чувствовал боль в своем теле. Джонсон двигался слишком резко и сильно, причиняя боль, но я не думал его останавливать. В место этого я прикусил свою губу до крови, сдерживая себя от стонов. Раз гувернер не подарил моему телу ласки, я решил сделать это сам. Одной рукой я дотянулся до своего сока и немного сдавил его, потом немного покрутил. Это было приятно, но мне хотелось ощущать большие ладони Эрика на своем теле. Вместо этого я чувствовал, как пульсирует его член внутри меня, но этого было достаточно, чтобы боль наконец-то стала приятной. Она разлилась по всему моему телу, превращаясь жидкое желание. Мне хотелось стонать и кричать от безграничного удовольствия. Я чувствовал, что Эрик хочет меня, и благодаря этому был счастлив сейчас. Все проблемы ушли куда-то далеко. Сейчас для меня существовали только я и он, и мы слились в жестокой страсти, даря друг другу наслаждение. От соска моя рука переместилась на мой возбужденный член и, повинуясь заданному гувернером ритму, я стал двигать рукой, лаская сам себя. Заметив это, Эрик недовольно рыкнул и резко потянул меня за волосы, заставляя меня прижаться к нему спиной. На это раз я не смог сдержаться и громко застонал. Я был на пике наслаждения, чувствуя спиной его горячее тело. Мне хотелось, чтобы это длилось вечно, но я почувствовал, как тугой ком сжался еще сильнее, готовый взорваться от наслаждения у меня в животе. Это наслаждение стало настолько невыносимо-приятным, что я снова громко вскрикнул, изливаясь в свою руку. Я кончил, и следом за мной последовал Эрик. Его горячая жидкость медленно потекла по моим ногам, немного щекоча. -Я рад тебя видеть, - довольно улыбнулся я, все еще прижимаясь спиной у гувернеру. -И я рад тебя видеть, но это не на долго. -Почему? Ты снова меня бросишь? – возмутился я, отодвигаясь от гувернера. Я развернулся к нему спиной и сел напротив него. -Пока я не могу быть рядом с тобой, Кевин, прости, - с сожалением произнес Эрик, - Но я обещаю, что мы будем вместе, когда я все улажу… -Ты никогда ничего не уладишь! – недовольно вскрикнул я, - Ты будешь продолжать скрываться от Уолтера, а я тебе буду ждать, но так и не дождусь! Я искал тебя полгода, но ты пропал без вести… -Прости, я вынужден был, - серые глаза виновато посмотрели в сторону. -Нет, меня это не устраивает! – злился я, - Скажи, кто я для тебя? -Я люблю тебя. -А я тебя нет! Мои слова сильно ранили Эрика. Я видел, как его серые глаза потускнели и наполнились болью. -Ты дорог мне, - продолжи я, - но не на столько, чтобы постоянно ждать тебя. Я устал искать тебя. -И ты говоришь мне это после того, как спал за славу и деньги с менеджером? – со злобой напомнил Эрик. Это было сильным словесным ударом мне в лицо. Похоже, я сильно разозлил Джонсона, раз он решил мне это припомнить. Оскорбленный, я встал с постели и поспешил одеться. Я не смотрел на человека, которого столько времени желал увидеть. Наверное, я вел себя глупо, но я был раздосадован тем, что не могу удержать Эрика возле себя. Я злился скорее сам на себя, потому что был слаб в данной ситуации. -Ты прекрасно знаешь, что меня заставили, - недовольно пробурчал я, застегивая рубашку. Джонсон последовал моему и примеру и тоже поспешил одеться. -У тебя был выход, ты мог все рассказать мне. - И что бы ты сделал? – шипел я, - Тогда я мечтал выступать на сцене и не мог так легко отступиться от своей мечты. А тебе я не доверял, в прочем так же как сейчас. -А еще ты ненавидишь меня, - усмехнулся Джонсон, - но продолжаешь отдаваться мне с большим желанием. -Уходи, здесь ты незваный гость, - прорычал я в ответ. Вместо того, чтобы уйти, Эрик резко схватил меня и заключил в свои объятья так, что я просто не мог выбраться. Я сопротивлялся, подгоняемый раздражением, но все это лишь забавляло Эрика. Он довольно усмехался, глядя в мои глаза, а потом не выдержал и, не смотря на все мои протесты, страстно поцеловал меня. Этот поцелуй заставил меня замереть. Эти ненасытные губы снова разжигали во мне желание, а властный язык сообщал о том, что в любом случае я всегда буду подчиняться Эрику. Я буду делать вид, что не жду его, буду убеждаьб себя в равнодушии, но когда гувернер снова появиться на горизонте, побегу к нему, радостно виляя хвостом. В глубине души я всегда буду ждать его и любить, несмотря ни на что.