red.

Maroon 5 - Secret - У-ужас, - Анжольрас ставит бокал вина на барную стойку и опирается головой о стену. - Эй, не оскорбляй мое вино в моей квартире, дерзкий парень, - ухмыляется Грантер и допивает жидкость в своем бокале, наблюдая за исказившимся через стекло лицом Анжольраса. Оно слегка окрашивается бордовым из-за капель алкоголя, но даже так - идеально. - Зато музыка красивая, - блондин прикрывает глаза и беззвучно подпевает солисту, попутно немного оттягивая воротник своей невозможно красной рубашки, расстегивает пару пуговиц и чему-то своему улыбается. - Что смешного? - интересуется Грантер, пододвигая свой стул ближе и беря ладонь Анжольраса в свою. - Когда-то я думал, что скорее сброшусь с моста, чем буду пить с тобой. А теперь, - он кивает на бокалы на стойке. - И я вот совсем не жалею. - Это радует, - шепчет Грантер, приближая свое лицо к лицу блондина с намерением переместить вечер в спальню, как тому приходит странная и безумная, но в тот момент идеальная идея. - Погоди, - он целомудренно чмокает парня в губы и порывисто встает, правда, тут же об этом пожалев, потому что мир как-то странно покачивается, но блондин тут же берет себя в руки. Грантер пытается понять, что творит его парень, когда тот одним махом запрыгивает на стойку, протягивая руку к проигрывателю и делая музыку громче. Рубашка на нем уже расстегнута наполовину и к моменту, когда до затуманенного алкоголем и желанием мозга художника доходит, что именно собирается делать Анжольрас, ему становится и смешно, и страшно. И, черт бы все это побрал, интересно. Тонкие длинные пальцы медленно выпутывают каждую пуговицу из плена красной ткани, и Грантеру кажется, что он сойдет с ума раньше, чем Анжольрас дойдет до предпоследней. Но нет, он выдерживает и наблюдает, как блондин медленно стягивает рубашку с плеч, поворачиваясь к нему спиной, и брюнет хочет поцеловать каждый миллиметр идеальной золотистой кожи. Он хочет прикоснуться к ней и даже привстает, но Анжольрас поворачивается и прожигает его таким возбужденно-лукавым взглядом, что у Грантера появляется ощущение пригвожденности к этому чертовому стулу. Грантер сглатывает, когда Аполло снимает рубашку до конца и протягивает ему. Он цепляется за алую ткань, как за спасительный круг (и он почти уверен, что оставит эту рубашку у себя, иногда вдыхая запах и вспоминая эту ночь, чем бы она не закончилась. Он не сталкер, он влюблен). Его брюки спущены на бедра, и Грантер видит соблазнительно выпирающие тазовые косточки, идеальный торс и дорожку золотистых волос, спускающихся вниз. У него перехватывает дыхание, когда Анжольрас наклоняется и достает из пепельницы сигарету, чтобы вдохнуть ядовитый дым и выдохнуть его в потолок, а потом зажать сигарету кончиками губ, и, черт возьми, Грантер никогда раньше не замечал, что простая сигарета в простых губах может выглядеть так сексуально. Может, все потому, что губы не простые, а идеальные, божественные. Анжольрас медленно покачивался в такт музыке, то поднимая взгляд к потолку, прикрывая глаза, и тогда Грантер видел, как сквозь золотистые ресницы течет красноватый неоновый свет из окна, то опускал жгучий взгляд вниз, на медленно уплывающего в мир блаженства художника. Он дразнит, проводя языком по губам, поглаживает пальцами свое тело, и Грантер понимает, что Анжольрас - дьявол во плоти, и если ему нужно продать душу, что же, Грантеру она не особо и нужна. На лбу под растрепанными золотыми кудрями у блондина испарина, и по торсу катятся капельки пота. Грантер не выдерживает и в этот раз все-таки встает, чтобы приблизиться и прижаться губами к коже, исполнить-таки навязчивое желание и слизнуть солоноватую воду. Он опускает руки на бедра Анжольраса и чувствует, как сверху опускаются горячие ладони второго парня, чуть поглаживая и сжимая. Грантер поднимает взгляд и странно, что от выражения в глазах Анжольраса ему не сносит крышу. Он целует идеальный торс, выводит языком какие-то узоры и иногда бросает взгляды на блондина, что откинул голову назад. Когда Грантер проникает языком в его пупок, у Анжольраса подкашиваются колени и он приседает так, что оказывается почти на одном уровне с ухмыляющимся художником. Анжольрас опускает ноги и обхватывает ими тело Грантера, прижимая ближе и зарываясь пальцами в спутанные кудри, когда целует жестко, с желанием и привкусом алкоголя. - Люблю тебя, - стонет-выдыхает Анжольрас, заставляя сердце Грантера взорваться на мириады радужных кусочков. - Дико. Пуговицы его рубашки разлетаются с легким стуком о керамическую плитку, а ткань мягко спускается на пол. Руки Анжольраса блуждают по худощавому телу, и он не может насытиться этим ощущением близости желанного и любимого. Он оставляет следы на шее Эра, прикусывая кожу и целуя места укуса, а пальцы впиваются в плечи, оставляя синяки, но Грантер уверен, что ни разу не обвинит Анжи в этом, а лишь нежно проведет пальцами и будет мечтать о новых метках. Движения какие-то порывистые, дыхание сбитое, и все можно было бы списать на алкоголь, но слова страсти и нежности искренние, а взгляды полны чего-то, что только между ними и для них. Позже Грантер решит, что странная по началу идея устроить Анжольрасу дегустацию вина была, в общем-то, лучшей его идеей, а смазку лучше хранить еще и в баре. Так, на всякий случай. Точнее, на еще один случай.