***
Конья Военный лагерь султана. Рустем Паша вошел отчитывался султану. - Повелитель, шехзаде Мустафа вблизи Коньи. Однако, как оказалось, к нему примкнули не все янычары. Большинство осталось на нашей стороне. - Предатель будет казнён, Рустем. При любых условиях.***
Маниса Нурбану разговаривала с Селимом. - На ум такое даже не могло прийти! Как брат Мустафа решился на такое? - Очевидно, что шехзаде показал своё истинное лицо, Селим. И это на руку нам, ведь после казни шехзаде наследником престола станешь ты. - Ты права, Нурбану. Шехзаде расплачивается за собственные ошибки, каких я не допущу. - Верно. Не стоит препятствовать судьбе, ибо сама судьба решила всё, - ответила Нурбану, довольно глядя на шехзаде.***
Конья Шехзаде Мустафа прибыл в военный лагерь. Он шёл мимо воинов прямо к шатру султана. У входа его встретил Рустем Паша. - Шехзаде. - Больше ни к чему скрывать, Рустем. Даже, если я умру, тебе не будет покоя, потому что найдётся тот, кто сможет одолеть тебя. - На всё воля Аллаха, шехзаде. Повелитель ждёт Вас. Мустафа посмотрел на Визиря и вошёл в шатёр. Он был разделён на две части полупрозрачным занавесом. За занавесом явно кто-то сидел. - Повелитель... Шехзаде сделал несколько шагов. Ответа не последовало. - Отец... Шехзаде был в нескольких шагах от занавеса, когда услышал шум за спиной. Но обернуться он не успел - шестеро палачей, накинув веревки на его шею, намертво затянули петли. - Отец... Султан сидел за занавесом и молчал. Он видел лишь тень. Тень его умирающего сына. - Отец... - хрипло взмолился Мустафа. Султан промолчал, а спустя мгновение увидел одинокую фигуру, падающую на землю. Шехзаде Мустафа в это время лицом к лицу встретился с Азраилем. Я - Мустафа. Шехзаде Мустафа, сын Султана Сулеймана и Махидевран Султан. Внук великого Селима Хана. Гордость Валиде Султан. Любимый шехзаде Хатидже Султан, Бейхан Султан, Шах Султан и Фатьмы Султан. Будущий Повелитель в глазах Ибрагима Паши. Брат шехзаде Мехмета, Селима, Баязида, Джихангира и Михримах Султан. Законный супруг Михрюнисы Султан. Отец шехзаде Мехмета и Нергизшах Султан. И...кровный враг Хюррем Султан. Борьбу за выживание начала моя мать. Махидевран Хатун, сделавшая всё, чтобы попасть в рай Повелителя. Она смогла добиться расположенности султана, родила шехзаде. Но любовь, как и власть - переменное чувство. Сегодня есть, завтра же улетучивается да так, что с огнём не сыщешь. И моя мать потеряла любовь, а вместе в ней влияние и власть. Её отняла Хюррем Султан. Я рано понял, что такое жизнь. Жизнь - не счастливый и полный радостных приключений путь от рождения до смерти. Жизнь - это вечная война, это нескончаемая борьба. Борьба с собой, с устоявшимися принципами и взглядами. Моя жизнь, будущая ранней тёплой и свежей весной, с приходом Хюррем Султан превратилась в нескончаемую зиму. Ещё до того, как стать взрослым шехзаде, я понял всю суть этой жизни. Она не описана в стихах, не спета в песнях, не рассказана в балладах. Жизнь выстрадана у могил родителей и детей, братьев и сестёр, мужей и жён. Жизнь отдана на поле битвы. Жизнь проиграна Азраилю. Я - Мустафа. Шехзаде Мустафа, верно служивший Династии, любивший братьев и сестру. Меня предали самые близкие люди. Задолго до моей смерти от меня отвернулись шехзаде Селим и Михримах Султан. Поддерживающие меня Баязид и Джихангир не могли защитить меня, ведь сами были частью системы их Валиде. Тогда я понял, что буду вести войну один. Но простив кого я воюю? Кто мой главный враг? Хюррем Султан ли? Рустем ли? Селим ли? Или же Михримах? Нет. Но победив врага, я смогу победить и себя, ведь мой враг - я же. Я разочаровался в этой жизни, когда был предан Повелителем. Когда понял, что его любовь превратилась в опасение за жизнь, когда не нашёл в его взгляде ни капли сочувствия и поддержки. Теперь я иду на Смерть. И вскоре меня заберёт Азраиль. И я отбуду в мир иной, но история не прекратится на этом. И война на этом не закончится. И когда-то, также приближаясь к своей кончине, Хюррем Султан поймёт, что моя казнь ничего не решила. Я уже не узнаю об этом. Я - Мустафа, и я умру на глазах отца, достойно, склонив голову перед его властью, не покушаясь на его жизнь, лишь подчинившись его воле. О чём шептала моя осень? Она знала, что мне больше не увидеть весны...