Великолепный век: альтернативная версия. Завершение эпохи

      В покои Хюррем Султан вошла Зейлан Калфа.       - Султанша, Мехмет Паша хочет видеть Вас.       - Дай Аллах, к добру? – удивилась Хасеки.       - Мне неизвестно, Султанша.       Хюррем Султан вздохнула.       - Необходимо срочно поговорить с Пашой.       Султанша вышла, Зейлан отправилась вслед за ней.

***

      Увидев Хасеки, Мехмед Паша поклонился.       - Султанша.       - В чём дело, Соколлу?       - Султанша, плохие вести. Рустем Паша погиб.       - Что ты сказал?

***

      Михримах вместе с Хюмашах, Мурадом и Мехметом гуляла в саду. К ней подошла Гюльбахар Калфа. Служанка была испугана.       - Султанша!       - Гюльбахар, что с тобой? – удивлённо спросила Михримах.       - Султанша, Рустем Паша…       - Отец… - выдохнула Хюмашах.       - Амрие, забери детей и отведи их во дворец, - приказала Султанша.       - Валиде.       - Это не обсуждается, Хюмашах.       Дети ушли. Михримах повернулась к Гюльбахар.       - Теперь говори мне, что с Пашой?       - Султанша, простите меня. Рустем Паша попал в коварную ловушку, подстроенную врагами.       - Нет… Только не это! Скажи что-нибудь Гюльбахар!       - Рустем Паша погиб, Султанша. Соболезную…       Калфа опустила глаза. Султанша же бессильно упала на землю. К ней подбежали слуги.       - Султанша, что с Вами? Вам плохо?       -Уйдите… Отойдите, оставьте меня!       Михримах поднялась и подошла к Гюльбахар.       - Где мой муж?       - Султанша, тело Паши ищут.       - Но откуда известно, что он мёртв?       - Султанша, никто не желает в это верить, но Зал Махмуд и Синан Паша были найдены мёртвыми, а ведь они были вместе с Рустемом Пашой. Вероятность того, что Паша жив – мала.       - Я не верю. Я не поверю до тех пор, пока не увижу. Идём, мы отправляемся в Топкапы.

***

      - Мехмед Паша, ты сам слышишь, что говоришь. Словно других бед мало, что за бред?       - Я очень сожалею, Султанша, но тела всех, кто был с Пашой в поездке, нашли. Нет лишь его тела.       - Значит, есть вероятность, что Паша жив, не так ли?       - Вероятность крайне мала.       - Кто-то уже знает об этом?       - Повелитель приказал известить всех. Сейчас идут поиски тела Паши.       - О Аллах, а Михримах? Моя дочь тоже знает.       - Султаншу должны были известить.       - Помоги нам Аллах!       - Сожалею, Султанша.       Маниса       Шехзаде Селим обедал вместе с Нурбану. В покои вошёл Озджан Ага.       - Шехзаде, Султанша.       - В чём дело, Озджан? Есть вести из столицы?       - Шехзаде, вести неутешительные: Рустем Паша погиб.       Нурбану в ужасе посмотрела на мужа, тот был шокирован.       - Как это возможно?       - Паше подстроили хитрую ловушку, шехзаде. К сожалению, он не понял этого.       - О Аллах, прими его душу в райском пристанище, - сказала Нурбану.       - Бедная Михримах!       Кютахья       В покои Семин вошла Джан Калфа.       - Султанша.       - Как обстоят дела, Джан?       - Пришли вести из Стамбула. Рустем Паша мёртв.       - Отлично. Всё готово, не так ли?       - Да, Султанша. Как Вы и желали, все подумают на Яхъю Бея.       - Наконец-то он перестанет путаться под ногами. Ташлыджалы непременно казнят, Джан, вот увидишь!

***

      В покои Султанши вошла Фахрие Хатун.       - Султанша, Михримах Султан прибыла.       - Немедленно пригласи.       Михримах вошла в покои и немедленно бросилась в объятия матери. Она была расстроена. Глаза Султанши покраснели от слёз, Луноликая выглядела настолько обессиленной и беспомощной, что у Хасеки сжалось сердце.       - Валиде, скажите мне, что это неправда.       - Михримах, моя Луноликая доченька… Мы все молимся, чтобы Рустема нашли живым и здоровым, но… необходимо готовиться к худшему.

***

      К дворцу Михримах Султан и Рустема Паши направлялись Хюма Шах Ханым Султан и Ферхат Мустафа Паша. Навстречу вышел ага.       - Султанша, Паша.       - Мы хотели навестить Михримах Султан, Рустема Пашу и детей, - сказала Хюма Шах.       - К сожалению, ни Султанши, ни Паши нет.       - Что-то произошло? – спросил Паша.       - Пришли вести из Главного Дворца. Говорят, Рустем Паша погиб.       - Ферхат, что он говорит такое?       - Ага, ты уверен?       - Никто не знает точно, но Михримах Султан отправилась в Топкапы.       - Султанша, я должен немедленно поговорить с Шемси Пашой. Простите.       - Конечно же, иди. Я останусь с Хюмашах и братьями.       Паша поклонился и отправился в путь.

***

      В покои султана вошёл Локман Ага.       - Повелитель.       - Говори. Рустема Пашу нашли? Он жив?       - Мы не нашли Пашу, повелитель, но поиски продолжаются. Шемси Паша вскоре предстанет перед Вами с подробным отчётом.       - Хорошо. Но поиски идут очень медленно, Локман. Необходимо найти Пашу и как можно скорее.       Ага поклонился и вышел из покоев.       Бурса       Махидевран Султан сидела у могилы сына. Позади стояла Нергизшах.       - Султанша.       Махидевран обернулась и увидела Михрюнису.       - Султанша, наш план сработал. Брат написал мне. Рустем Паша мёртв.       Махидевран Султан злорадно улыбнулась.       - Он заплатил за свои поступки, за то, что погубил моего шехзаде. Вот если бы Эдиз Паша решил вопрос и с ведьмой Хюррем…       - Всему своё время, Султанша.

***

      Михримах Султан сидела в своих покоях. Она бесчувственно смотрела в окно. Слёзы больше не текли по щекам – их просто не было. Не было сил рыдать. Султанше казалось, что она умирает. Могла ли подумать Михримах Султан, что спустя семнадцать лет после свадьбы будет скорбеть по собственному мужу? А ведь тогда, семнадцать лет назад, она бы не лила слёз, да и не печалилась бы особенно. Но это было бы тогда, не сейчас. Теперь всё было иначе.       В двери постучали.       - Войди.       В покои вошла Хюмашах. Она села возле матери. Михримах обняла дочь.       - Валиде, то, о чём говорят все… Это правда?       - Это не известно никому, Хюмашах. Да поможет Аллах, отец вернётся целым и невредимым.       - Аминь.       Маниса       Селимийе Султан вошла в свои покои. Коркут тихо спал в кроватке.       - Мой львёнок, мой шехзаде, - сказала Султанша и взяла сына на руки. Она с ужасом посмотрела на ребёнка, а затем весь гарем пронзил её страшный крик.       - Коркут! Нет! Нет! А-а-а-а-а-а!       На крик сбежались слуги.       - Куртез, она убила моего сына. О Аллах! – отчаянно кричала Селимийе. Слуги были перепуганы, кто-то пытался помочь шехзаде, но он был мёртв.       Вскоре пришли Селим и Нурбану.       - В чём дело?       Увидев Нурбану, Селимийе бросилась к ней.       - Ведьма! Я убью тебя! Клянусь Аллахом, сейчас же убью!       Селим встал перед женой, а Озджан оттянул Селимийе.       - Шехзаде, - тихо сказала Куртез Калфа. – Шехзаде Коркут…мёртв.       Селим оттолкнул калфу и подошёл к ребёнку.       - Коркут…Коркут…Кто это сделал?       - Известно, кто! – закричала Селимийе, вырываясь из рук Озджана. – Нурбану Султан!       Селим посмотрел на Нурбану. Султанша смотрела на Селимийе бесчувственно и холодно.       - Как ты смеешь обвинять меня? Могла ли я убить члена Династии?       - Не ври мне, ведьма!       - Достаточно! – сказал шехзаде. – Нурбану, немедленно отправляйся к детям. Селимийе, тебе нужно успокоиться. Куртез, Джанфеда отведите Султаншу в мои покои и позовите врача.       Служанки поклонились и увели Селимийе. Следом за ней вышла и Нурбану.       - Озджан, немедленно расследуй это дело. Немедленно выясни, кто осмелился сделать такое!       Бурса       Михрюниса спала в своих покоях. Ей снился сын. Маленький Мехмет звал её к себе.       - Валиде…Валиде…       Женщина проснулась в холодном поту. В кромешной темноте и полной тишине она сидела и рыдала.       - Мехмет…       Воспоминания тяжёлым грузом упали на её плечи. Михрюниса подошла к столу и достала из шкатулки яд, который годами раньше отобрала у Махидевран Султан. Не раздумывая, Султанша в мгновение ока опустошила пузырек. Бледная рука безвольно опустилась и выронила пузырёк, а в следующий миг Михрюниса упала на пол замертво.       Если это боль, зачем так больно,       И за что, спросить бы, но кого,       Я же не смогла сказать «довольно!»,       Не смогла я отпустить его.       Боль, что не измерить, но потеря       Каждого заставит обернуться,       Я же просто в это не поверю,       Что могу заснуть и не проснуться       Как же так? Не жизнь, лишь жизни тень,       Наводящая тоску и слезы,       И проходит день, за ним еще день       Это жизнь? Нет, это только грезы…