Лунный Ангел

       Читая большой старый фолиант и о чём-то тихонечко переговариваясь друг с другом, на поляне около Чёрного озера сидит пара молодых людей. Вдруг заинтересованно подняв голову, красивая девушка, сидящая в объятьях рыжеволосого юноши, внимательно прислушалась к диалогу двух слизеринцев, стоящих неподалёку. Резко вскочив, чем сильно удивила парня, она, не сказав ни слова, направилась в сторону шепчущихся между собой гриффиндорок, недавно вышедших из замка. Недоумённо проследив за ней взглядом, рыжий уловил обрывок разговора хаффлпаффцев с одним парнем из Равенкло, который, как и парочка одиноко сидел и читал книгу, наслаждаясь последними тёплыми лучами заходящего солнца. — Ты бы видел, что было в Большом зале во время ужина! — А что случилось? — Там Драко Малфой обозвал шлюхой Джинни Уизли с Гриффиндора и получил за это пощёчину от новенького… Джона Рудса, вроде… Но это ещё не всё! Он сам отказался от своего магического партнёра, которым и был Рудс, представляешь! А после этого он ещё и подрался с Поттером. Их еле разняли! Говорят, они места живого друг на друге не оставили… Стремительным шагом направляясь к взволнованной не хуже него Гермионе, Рон взял любимую за руку и крепко сжал её в своей ладони. Переглянувшись, они всё так же, не произнося ни слова, побежали в Больничное крыло.

***

       Драко слегка приподнял тяжёлые веки, отчего в глаза сразу же брызнул яркий золотистый свет, проникающий через открытое окно. Прошло несколько минут и светловолосый юноша, всё же привыкнув к лучам заходящего солнца, обратил внимание на белый потолок, покрытый тонкой сетью трещин. Очень знакомый такой потолок.        «Да, Малфой, до чего ты докатился… Скоро совсем Поттером станешь, если так и дальше будешь продолжать просыпаться в Больничном крыле. Хотя какой Поттер? К нему, вон, друзья ходили, а я тут один лежу, совсем никому не нужный…» — от таких мыслей у блондина внутри всё неприятно сжалось от чувства обиды и собственного ничтожества. До слуха донеслись тихое шипение и сдавленные ругательства. Парень осторожно повернул голову и увидел объект своих мыслей, сидящий на больничной койке и втирающего пальцами какую-то очередную лечебную гадость в царапины и синяки, находящиеся практически на всём его теле. Тёмные густые волосы как и всегда торчат во все стороны. Между нахмуренных бровей прорезает кожу небольшая морщинка. Зелёные глаза поблёскивают изумрудами сквозь криво-сидящие на носу круглые очки. На левой щеке виднеется небольшой порез, блестящий целебной мазью, а на скуле — огромный лиловый синяк. Белые зубы то и дело прикусывают припухшие алые губы. Глядя на эти действия, хотелось встать, подойти и неуловимо притронуться к ним самому, раздразнить и, чтобы больше не мучить, яростно искусать их до солёного привкуса, оседающий на языке ржаво-стальной плёнкой.        «ЧТО?!» — зрачки резко расширились, заполнив почти всю радужку и оставив лишь тонкую стальную обводку, — «О, чём я вообще думаю?!» — «О том, как поцеловать Поттера, если ты не заметил,» — ехидно пропел внутренний слизеринец и в голове сам собой всплыл странный образ наклонившегося над ним брюнета больно, чертовски больно, прокусывающего ему нижнюю губу. — О, Малфой. Ты как? Давно очнулся? — спросил слегка хриплым голосом Гарри, обративший внимание на широко распахнутые чёрно-серые глаза, смотрящие на него. Хотя, нет. Создавалось ощущение, что его взгляд проходил насквозь, будто он был привидением или пустым местом. Вопрос Поттера заставил Драко вынырнуть из внезапно нахлынувшего воспоминания. — Со мной всё в порядке… — «Хотя не уверен, что это вообще может быть в моей ситуации.» — А очнулся я примерно минуту назад, — всё ещё потерянно ответил светловолосый юноша, неуловимо касаясь кончиками пальцев пострадавшей губы. На ней красовались две маленький ранки, оставленные зубами гриффиндорца. Щёки Поттера покрылись лёгким румянцем, когда он заметил этот жест. — Почему ты укусил меня? — даже и не замечая смущения рядом сидящего парня, спросил блондин. — Эм-м-м... — Малфой удивлённо и немного заинтересованно посмотрел на красного Гарри, опустившего взгляд на свои руки, испещрённые царапинами и перепачканные полупрозрачной мазью. — Просто я вспомнил, как ты помог мне тогда в Больничном крыле. Я... — брюнет глубоко вздохнул, успокаиваясь и продолжил. — Знаешь, это было ужасно. Всё тело горело и в добавок к этому в голове постоянно звучал голос, — снова глубокий вдох и выдох — Шептал мне что-то вроде: «Умри. Ты не достоин жизни. Умри. Убей себя. Ты погубил множество душ, которые когда-то имели право на счастье. Ты лишил их этого. Никто не хочет, чтобы ты жил. Ты никому не нужен. Умри...» — всё это было произнесено пренебрежительным тоном, словно ему совершенно плевать на какой-то там шёпот, но на самом деле каждое слово, будто въелось в память, причиняя боль. — Конечно я понимал, что он прав, но я хочу жить… — он помотал головой. — Я знал, что ещё чуть-чуть и я больше не смогу сдерживать это , засевшее где-то глубоко внутри, что скоро оно завладеет мной. Я звал на помощь... — глаза, успевшие уже принять свой обычный серый оттенок, медленно почернели, а их обладатель глупо и совсем не аристократично приоткрыл рот. «Так что же это получается?.. Тогда он звал меня ПОМОЧЬ ему? Меня?!» — Правда, уже точно не помню кого именно… — «А-а-а-а… Ну тогда поня-я-я-тно… Да ничего как раз-таки не понятно! Наоборот всё запуталось ещё больше!» — Но оказывается это было лишь затишье перед бурей, — темноволосый юноша горько усмехнулся. — Оно начало пожирать меня изнутри, полностью завладев моим телом. И, как потом оказалось, — он поднял глаза на светловолосого юношу, — хотело вырвать мне сердце, — его лицо озарила теплая улыбка. — Спасибо. Если бы не ты, не знаю, что бы со мной тогда было. И... — побледневшие щёки снова окрасил румянец, — И тогда я подумал, что раз на мне подействовало, то ты тоже сможешь очнуться. — Только я тебя никуда не кусал, — насмешливо протянул слизеринец, в глубине души очень взволнованный рассказом Поттера. И где-то рядом с волнением поселилась радость, всё-таки не каждому встречному выворачивают душу наизнанку. Они же теперь друзья. Хотя к этому ещё надо привыкнуть.        «Ага. Только друзья не хотят подойти и искусать другу губы» — ядовито обратился к Драко внутренний Снейп и засмеялся.        «Заткнись, — прорычал парень, — Я же не виноват, что у него такие сексуальные губы и мне…» — но конец фразы потонул в хохоте.        «Чёрт! — блондин тряхнул головой, — Ничего мне не хочется его целовать! Ясно тебе?» — но Северус молчал, только хмыкнул и затаился. — Я сначала хотел позвать тебя, как и ты меня, но разозлился. Поэтому даже не подумал и… — Да, ладно тебе, Потти, я всё прекрасно понимаю. Было бы странно, если бы ты сначала подумал, а потом только сделал. Даже страшно представить, что тогда стало бы со мной. — Рон, давай быстрее! Что ты плетёшься, как слизняк! Тебя совсем не волнует, что случилось с нашим другом? — оба парня и вместе с ними ещё несколько учеников синхронно повернули головы на раздавшийся крик. К ним, а точнее к брюнету, бежала красивая девушка с взволнованным выражением лица. За её плечами развивалась копна каштановых волос, а следом шёл высокий рыжий парень, что-то ворчащий себе под нос. Его лицо было осыпано веснушками, что, кстати, совсем его не портили. — Гарри! Как ты себя чувствуешь? С тобой всё в порядке? Мы как узнали, сразу к тебе направились. Что произошло? — добравшись наконец-то до Поттера, она окинула его внимательным взглядом. Не обнаружив ничего угрожающее жизни, Гермиона облегчённо вздохнула и крепко обняла парня.        «А Грейнджер похорошела. Даже не узнал её сначала.» Взгляд серых глаз метнулся на парня, вполне прилично одетого. «Да и Уизли больше не похож на тупого нищеброда, как раньше.» Темноволосый юноша неожиданно расхохотался, удивив этим не только Малфоя, но и своих старых друзей. — Гермиона... — хохот постепенно стал сходить на нет, — Фу-у-ух... — Гарри вытер выступившие слёзы, — Я-то думал ты отреагируешь по-другому, но похоже, что ты никогда не изменишься. До этого недоумённо стоявший Рон, непонимающе моргнул, но затем тоже рассмеялся. — Это точно, — сквозь смех произнёс рыжий, получивший весьма ощутимый тычок в бок от подруги. — Ай! Да, ладно тебе! — парень приобнял её за талию, — Ты всё равно нравишься мне именно такой. Хотя ты ещё та зануда, когда говоришь о своих книжках… Ай! Ладно-ладно, я пошутил! Но… — весёлое выражение исчезло, хотя в голубых глазах всё равно были заметны смешинки, — Если ты только попробуешь как-то измениться… — трагическая пауза, — ...то я возьму и уйду от тебя! Даже, если будешь умолять остаться, вот так! Вид у Рона был настолько нелепо серьёзный, что Грейнджер не удержалась и рассмеялась. После чего легонько чмокнула в веснушчатую щёку своего мило обиженного парня. Но потом она словно опомнилось, ее лицо стремительно начало приобретать строгие очертания. — Гарри, ты так и не объяснил, как ты оказался в Больничном крыле. Мы слышали уже множество версий произошедшего. И все разные, а некоторые так вообще ужасные. Например: «Гарри Поттер набросился на какого-то слизеринца и чуть его не убил. Этот человек был тайным любовником Драко Малфоя… — на этих словах блондин поперхнулся водой, которую с наслаждением пил из принесённого мадам Помфри стакана, но Гермиона будто не заметив, продолжала свой рассказ дальше. — ...поэтому он разозлился, из-за чего все стёкла в Большом зале разлетелись на мелкие осколки. А потом они с Поттером стали драться.» Или вот ещё: «Гарри Поттер бросил Драко Малфоя ради Джинни Уизли, но оказалось, что Малфой ждёт ребёнка…» — Что за бред?! — не выдержал светловолосый юноша, гневно сверкнув глазами в сторону девушки. — А что не так? — удивлённо подняла тонкие брови Гермиона, пытаясь сдержать ухмылку, которая так и просилась выползти на губы. — Ты свою голову в библиотеке забыла, Грейнджер? Я не могу забеременеть, и уж тем более не сплю с этим шрамолобым придурком! — со стороны растрёпанной темноволосой макушки послышалось фырканье и смешок, но Драко всё это гордо проигнорировал. — Так что там дальше, Грейнд… Гермиона? — последовал вопрос, последняя часть которого ввела Золотое Трио в состояние легкого шока, а Малфой довольно улыбнулся. «Раз мы с Поттером перешли в статус друзей, то и с его Уизелом и заучкой придется мириться, эх.» — Поттер рвёт отношения с Уизли, а я… Что бы такое придумать? — задумчиво постучал ногтем по стеклянному боку стакана, поболтав оставшейся на дне водой, — Наверное, я из ревности убил бедного Потти, рыдая у него на груди и пообещав, что всегда буду заботиться о нашем сыночке… — притворно смахнув слезу, слизеринец тяжело вздохнул. Несколько мгновений стояла тишина, но потом её разорвал смех гриффиндорцев. На их странную компанию недоумённо обернулись больные ученики, которых к счастью было мало, и колдомедик. Улыбнувшись результату своих трудов, парень поставил пустой стакан на прикроватный столик и наткнулся на внимательный взгляд девушки.        «Чёрт, она что-то знает…» — пробежала в голове паническая мысль и он успел уловить: — …что же произошло, а то у меня от всех этих сплетен уже голова кругом идёт, — произнёс голос Рона, который повернулся к блондину. — Скоро действительно начну верить в беременность Малфоя и вашего будущего сына. Улыбка на губах брюнета потускнела, и он, метнув в Драко быстрый взгляд, вздохнул. Всё это не укрылось от внимательной Гермионы. Она тоже повернула голову и посмотрела на светловолосого юношу. Глаза в глаза. Пронзительные светло-карие словно заглядывают в душу серых, пытаясь найти ответ на какой-то интересующий их вопрос. Парень не выдержал и отвернулся. — Чего уставилась, Грейнджер?        «Это не к добру…» — шепнул Снейп, как всегда предчувствующий беду раньше своего хозяина. — Может расскажешь? — Драко понял, что его опасения поттвердились.        «Чертова любопытная Грейнджер.» Злость набирала обороты. То, каким тоном девушка произнесла вопрос, помогло Малфою осознать, что она все знает. И о его наследии, и о магическом партнере.        «А я что говорил?..» — тихо, едва уловимо прошелестел голос Северуса и невесело усмехнулся. — Да, какое тебе дело? — глаза парня стали стремительно покрываться чёрной паутиной, — Чего ты вообще лезешь в мою личную жизнь, грязнокровка?! — скулы заострились, ногти удлинились и заблестели тёмной сталью. Драко зарычал, показывая острые белые зубы и начал медленно, плавными хищными движениями подниматься с больничной койки. Он слышал, как испуганно забилось сердце Грейнджер и стоящего рядом с ней рыжего. Но не смотря на страх, Рон вытащил волшебную палочку, направляя её на парня и завёл за свою спину любимую. Гарри, увидевший изменения своего нового друга, устало вздохнул и подошёл к слизеринцу, сейчас больше всего напоминающего разозлённое животное. Немного с ним поборовшись, ловко уходя из-под острых зубов и когтей, проносящихся в опасной близости от лица и рук, он привычным уже движением наконец-то схватил его за запястья. — Малфой, прекрати, — голос Поттера был спокойным и тихим, — Ты же не хочешь устроить здесь то, что натворил в Большом зале? Чёрные глаза, пылающие гневом и ненавистью, приобрели более осмысленное выражение и, вот, уже через несколько мгновений блондин смотрит на грифиндорца непонимающим взглядом. Вдох. Выдох. Вдох… Дыхание стало ровным, сердце больше не колотится, как сумасшедшее, когти втянулись и их место заняли аккуратные ухоженные ногти, скулы слегка смягчились, а бледные щёки окрасил едва заметный живой румянец. — Можешь уже отпустить, — взглядом указав на руки, произнёс Драко, — Я успокоился. Гарри кивнул и выпустил тонкие запястья. Наступила напряжённая тишина, нарушаемая лишь отдалёнными разговорами других больных учеников и суетливой мадам Помфри.        «Повезло, что ничего не заметили. Иначе было бы очень много проблем у всех нас» — подумал брюнет, глядя на них. Послышался звон колокола, сообщающий об отбое. — Думаю нам пора, — выразительно глядя на свою девушку, произнёс рыжеволосый юноша и поднялся с койки друга, на которой сидел. — Да, ты прав, — Гермиона тоже встала, на прощание обнимая Поттера, — Выздоравливай и не скучай, — она улыбнулась ему и он подарил ей ответную улыбку. Уже подходя к выходу из Больничного крыла, Грейнджер обернулась и направив взгляд на Гарри, но Драко понял, что она обращается и к нему тоже, произнесла: — Ты мне всё расскажешь, — и шутливо добавила, — Или буду пытать, — но Малфою это больше показалось угрозой, а не шуткой. О чём–то друг с другом переговариваясь, грифиндорцы наконец-то ушли. — А меня не просветишь о своей личной жизни? — брюнет с насмешливой улыбкой обратился к парню и поймал брошенный на него злой взгляд. — Всё, ладно-ладно. Больше не спрашиваю, — Гарри горестно вздохнул, но в его зелёных глазах плясали черти, — А почему не расскажешь?        «Да, он издевается!» — блондин уже было открыл рот чтобы ответить что-нибудь ядовитое, но резко вставший с койки Поттер, заставил закрыть рот, а следующие после этого действия просто привели его в лёгкий ступор. Он подошёл и взял его за запястье, наматывая на него тонкий коричневый шнурок, а затем аккуратно вложив в холодную ладонь что-то серебристое, зажал тонкие пальцы Драко в кулак и немного отошёл. Удивлённо глянув на него, Малфой осторожно раскрыл руку и долго пялился на стальной коготь, всколыхнувший старые воспоминания. — Откуда?.. — Ты обронил в порыве ярости, когда мы дрались на ужине, — Гарри усмехнулся. Неуверенно кивнув и пробурчав какие-то благодарности, Драко уже ничего не замечая вокруг себя, с головой погрузился в детство.        Лето. На залитой солнцем поляне стоит могучий старый дуб. Своими толстыми ветками и пышной зелёной листвой он укрывает, сидящего под ним маленького светловолосого мальчика лет девяти, одетого в грязные серые штанишки с зелёными пятнами травы на коленях и порванную в нескольких местах чёрную футболку. Он сидит, сжавшись в маленький жалкий комочек и подтянув колени к лицу. По его бледным щекам, прочерчивая мокрые дорожки, текут слёзы. Словно пытаясь его успокоить, к нему подлетает маленькая бабочка и неуловимо касается своими нежными крыльями его худенького белого плеча. Подняв голову, мальчик по имени Драко посмотрел на неё и потирая ладонью красные глаза, произнёс: — Я не должен плакать… — глубокий вздох и выдох, — Я, ведь, сильный… — всхлип, — Не плакса… — но даже не смотря на эти слова слёзы продолжали литься, не помогала и ярость, с которой мальчик пытался вытереть мокрые щёки. Солнце, словно свеча, догорало на небосводе, закатываясь за горизонт и окрашивая всё вокруг в самые необычные цвета. Оно совершало немыслимое волшебство, разливая по голубой ткани Неба светло-жёлтую, сверкающую золотую, ярко-апельсиновую, глубокую зелёную, нежно-фиолетовую и багряно-алую акварель, с лёгкостью смешивая всё новые и новые оттенки. Именно закат был для мальчика самым красивым волшебством. И не какие заклинания не могли сравниться с этим древним ритуалом. Солнце радовалось, что наконец-то сможет встретиться со своей возлюбленной Луной и вся его радость была подарена Небу, которое после горячих обжигающих лучей и пыли облаков с благодарностью принимало такой восхитительный наряд. И пусть свидания двух влюблённых были недолгими, но только попрощавшись, они уже с нетерпением ждали нового заката. У них впереди ещё целая вечность с бесконечностью встреч и ради этого стоит подождать несколько часов разлуки. Сумерки начинали густеть, превращая светло-синее небо с отпечатками розоватых оттенков в глубокий фиолетовый и чёрные цвета. Зажигались первые звёзды. Освещая всё вокруг бледным светом, они тихо шептались между собой. А Ночная Хозяйка, как называл Луну маленький Драко, разливая серебряный блеск, рассказывала своему другу Небу, как прошла сегодня встреча с Солнцем…        В кустах послышался шорох, треск ломающихся веток и сдавленные ругательства, произнесённые мужскими голосами. Сердце мальчика быстро забилось, распространяя в низ живота острые иголочки ужаса. Недолго думая, Драко вскочил и побежал. Не зная куда, он бежал и бежал, спотыкаясь, падая и пачкаясь ещё больше. Но всё равно с каждым разом быстро вставал, бежал и бежал, не обращая внимание на бьющие его по лицу и рукам ветки, на боль в боку, тяжёлое дыхание, обжигающие горло, и на то, что никто его не преследует. Совсем наоборот: трое уставших мужчин, вышедших из леса и облепленные с ног до головы репейником и листочками самых разнообразных растений, изумлённо смотрели вслед убегающему мальчишке. Переглянувшись, они пожали плечами и начали располагаться на полянке, снимая с плеч огромные рюкзаки. Но Драко этого, как уже стало ясно, не видел. Он гонимый внутренним страхом, бежал всё дальше, и разумеется, даже не заметил толстый выпирающий из земли корень, тотчас же споткнувшись о него. Пролетев пару метров, стерев о твёрдую землю щёку и исцарапав живот, ладони и коленки, он поднявшись на дрожащих руках, прислонился спиной к стволу близстоящего дерева. Послышался всхлип. По грязной вперемешку с кровью щеке снова побежала слеза. — Да, хватит ныть! — вдруг грубо крикнул Драко, пугая стайку маленьких птиц, спящих в кустах неподалеку. Так он и сидел. Один в холодном не приветливом лесу. Глаза то и дело наполнялись влагой из-за боли в теле и обиды на отца.        «Почему же он так строг со мной? Неужели он действительно меня не любит и скоро выгонит из рода?» Снова посмотрев на небо, мальчик внезапно понял, что уже очень поздно.        «Надо идти домой. Мама будет волноваться и… а папа нет» — резко подобралась страшная мысль и накрыла своим чёрным плащом. Маленький, весь в грязной одежде со спутанными серыми волосами мальчик медленно шёл по лесной тропинке, возвращаясь домой. Только почему-то всё расплывалось вокруг. Драко всё-таки не смог сдержать слёзы. Они незаметно для него бежали по грязному лицу, капая с подбородка куда-то на землю. Также и не замечал неприятного чувства, кольцом обхватившего грудь. Боль не давала нормально дышать, запуская воздух в лёгкие только с тяжёлыми хрипами. А в голове крутилось, лишь: «Я ему не нужен. Я ведь недостойный наследник и плохой сын… »        — Что это?.. — удивлённо выдохнул мальчик, не отрывая восхищённого взгляда от светящегося серебристым светом когтя, словно впитавшего блеск Луны. Осторожно взяв его в ладонь, Драко заворожённо глядя на свою находку, сломя голову бросился бежать в направлении дома. — Мама, смотри, что я нашёл! — закричал он, забегая в Большую Гостиную. Увидев его, Нарцисса, вытирающая белым кружевным платочком заплаканные глаза, вскочила с кресла, на котором сидела, и крепко обняла своего сына. — Ну и как вы это объясните, молодой человек? — раздался холодный мужской голос. — Люциус… — начала было женщина, но Драко внезапно вырвавшись из её объятий и зло взглянув на отца, громко и жёстко, словно пощёчина, бросил ему прямо в лицо всего лишь несколько слов. Но эти слова обжигающим клинком полоснули по сердцу, заставляя пошатнуться. — Я ненавижу тебя! Ненавижу! Непроницаемая маска треснула. Постепенно покрывающие её маленькие трещинки дали ей рассыпаться, падая на пол осколками льда, царапающими кожу острыми краями. Падая на узорчатый мраморный пол, они превращались в серый пепел, который стелился глубокой тенью у ног. Растворившись окончательно, маска наконец-таки обнажила скрывавшиеся под ней чувства и слишком бледное, даже для аристократа, лицо, кривящую тонкие губы усмешку и боль в от чего-то почерневших глазах. Повернувшись спиной, мужчина сделал несколько шагов на почему-то непослушных ногах и хриплым, каким-то странно-надорванным, потерявшим свои стальные нотки голосом тихо, очень тихо произнёс: — Прости, Драко… — после чего вышел из Гостиной.        Светловолосый юноша открыл глаза. Всё сразу же расплылось.        «Чёрт! Не хватало ещё перед Поттером сопли разводить!» — подумал блондин, гневно вытирая ладонью выступившие слёзы. В тот день что-то в их с отцом отношениях изменилось. Совсем немного, но и этого сдвига хватило, чтобы потом из маленькой трещины стать огромной пустой дырой, из которой постоянно веяло холодом, чем-то острым и злым. Но в данный момент это напомнило ещё кое что.        «Дракон меня спали, я же совсем забыл про слова Люциуса о матери!» Резко вскочив, о чём сразу же пожалел и чуть не упав обратно от прошившей голову и спину боли, парень пошатываясь, подошёл к открытому окну и вздохнул свежего воздуха.        «Я сейчас немножко постою и сразу же...» — но из раздумий его вывел наполненный нотками страха голос Поттера: — Малфой? Удивлённо повернув голову, Драко увидел застывший на лице брюнета ужас и поднял светлую бровь. Он уже было открыл рот, чтобы спросить, что случилось, но проследив за взглядом Гарри, застыл и побледнел. На белых слегка скомканных простынях виднелись большие тёмно-багряные пятна крови. Его кровь на его простынях. — У тебя вся спина разворочена, — хриплый голос заставил оторвать взгляд от койки и встретиться глазами с его обладателем. — Надо позвать мадам Помфри, — отведя взгляд в сторону, произнёс темноволосый юноша и заметив утвердительный кивок, окликнул колдомедика.        Хоть на улице и стояла ночь, Гарри всё никак не мог заснуть. Мысли путались и сосредоточиться на чём-то одном было трудно. Устало вздохнув, он потёр переносицу. — Что, не спиться, Поттер? — Тебе, как я слышу, тоже, — раздражённо бросил в слабо разбавленную светом свеч темноту брюнет. Но ответом ему послужила тишина. — Малфой, ты что там уже уснул? — Из-за твоих глупых вопросов у меня это как раз-таки и не получается, — послышался со стороны светлой макушки тихий ответ. — Ну, простите, Ваше Хорёчество, — насмешливо протянул Гарри и услышав презрительное фырканье, усмехнулся. — Поверь, ты даже не заслуживаешь… — раздался было ядовитый шёпот, но внезапно прервался на середине фразы. — Что ты там хотел сказать? — поинтересовался темноволосый парень, удивлённый такой резкой паузой. — Не важно. Действительно! И как я раньше не догадался? Как какое-то животное, вроде меня, может перечить самому Победителю Тёмного Лорда? — Прекрати, Малфой, — поморщился Герой. — Простите меня грешного, Великий Гарри Поттер, что не могу упасть вам в ваши светлы ноженьки, расцеловать колени и… — Прекрати, сейчас же! — взорвался Гарри, поднимаясь с койки и решительно направился к блондину, который и не собирался молчать. Он лишь расхохотался. Гриффиндорец одним грубым движением поднял Драко на ноги, отчего он зашипел от боли, запутался в ногах и вцепившись пальцами в его рубашку, покачнулся. Раздался грохот двух упавших тел, разбудивший спящих учеников. — Соплохвоста тебе в зад, Поттер… Моя спина… — глухо простонал светловолосый юноша, придавленный совсем нелёгким телом. — Прости. Я же просил тебя, не нести всю эту чушь. — Когда такое было? — Не говорил? Подожди, но… Да, какая разница! Просто больше не напоминай мне о том, что вызывает во мне отвращение. Пожалуйста… — Хорошо, — тихо выдохнул светловолосый юноша куда-то брюнету в плечо. — Ты ведь не расскажешь? — О чём? — О том, что произошло в Большом зале. — Можно подумать, ты сам не знаешь… — начал было Малфой, но кашель, который внезапно сотряс грудь, придавившего его Гарри, заставил его замолчать и глубоко вздохнуть, — Хорошо, я подумаю. А теперь, будь добр, Потти, слезь с меня.