Привлекателен

Англия Флер казалась мрачной и убогой. Совсем как тот человек в черной мантии. Кажется, он профессор зельеварения. Кажется, его фамилия Снейп. Флер морщилась — какая некрасивая фамилия! А потом улыбалась — ведь фамилия под стать обладателю. Флер нередко следила за ним во время еды — он даже ел со скорбью. Флер это забавляло, и она заливалась мелодичным смехом, когда мрачный профессор ловил на себе ее взгляд. Мрачный профессор тогда хмурился еще больше и смотрел лишь в свою тарелку, будто даже каша интересней сплетен мадам Стебель и профессора Флитвика, переговаривающихся прямо возле него. В коридорах, проходя мимо, Флер иногда подмигивала профессору Снейпу, а профессор Снейп делал вид, что не замечает ее. Однажды за завтраком Флер поймала себя на том, что все ее помыслы свелись к учителю зельеваренья. Ей даже показалось, что будь его волосы не такими грязными, он бы мог быть привлекательным. Флер покачала головой — даже думать об этом противно! Как этот урод мог показаться ей привлекательным? И все же, вслушиваясь в отрывистые спокойные фразы, Флер иногда хотела побыть его ученицей. Так, всего лишь на один урок. На час. Этого бы хватило, чтобы налюбоваться насмеяться над ним. День за днем образ мрачного зельевара, ассоциировавшегося у Флер с Англией, закреплялся в ее светлой головке все сильнее, и все чаще сам зельевар ловил ее взгляд на себе. Подруги спрашивали, все ли в порядке, и Флер пожимала плечами. Однажды вечером, не сдержавшись, Флер схватила свой шампунь, пахнущий чем-то приторно-сладким, и зашагала, гордо, как может лишь истинная шармбатонка, к ванной учителей. Нагло распахнула дверь и тихо проскользнула в жаркое помещение. Среди пара, как среди дыма, мало что было видно, но Флер сразу разглядела размытый силуэт. Подошла и обхватила сзади, кажется, знавшего о ее появлении профессора, прошептала сладко, особенно сладко от неизменного французского акцента: — Да помойте же вы их... — обильно поливая черные волосы шампунем. Почему профессор не послал ее к черту, Флер не знала. Флер знала лишь две вещи — купаться они теперь будут вместе, и его волосы будут блистать чистотой.