Детство

      Когда в комнату зашли, Иван не отводил взгляда от белоснежных туфелек, которые подходили всё ближе к его лицу. Она стояла совсем рядом с кроватью, и Россия зажмурился, стараясь ни о чем не думать. А если она его и найдет, то он больше никогда не заглянет ей в глаза, никогда, пускай убивает, но смотреть он на неё больше не будет. Несколько секунд напряженной тишины и хлопок двери решил всё.       Но даже после того, как его не нашли, Ваня пролежал под кроватью в одной позе очень долго и не отпускал уже горячую железку от себя. Это оказалась труба, которую он где-то видел, но даже задумываться не стал насчет этого. Успокаивало только то, что он сумел отвлечь гостя от Италии, и за такое время тот уже смог кого-то разбудить или спрятаться.       Мальчик вырубился через какое-то время, глаза устали смотреть в одну точку и сами слипались. Он ведь ночью так и не уснул, а после такого стресса и беготни был готов просто жить под этой кроватью, чувствуя себя в безопасности. Хотя внутренне он понимал, что она могла войти в комнату ещё раз.       Германия начал осматривать шестой этаж, исследуя все места, куда русский мог влезть. Через десять минут к нему на помощь пришёл Китай, который уже закончил со своим этажом и ничего не нашёл. Оставались ещё две комнаты, и Людвиг отдал одну азиату.       Россия резко проснулся от того, что за дверью очень громко ходили, а может и бегали. Он старался не думать, что это могла быть та девочка, отгонял от себя такие мысли. Не отрывая взгляда, он смотрел на дверь, боясь, что её вот-вот откроют.       Когда в помещение вошли, то мальчик видел лишь черные мужские ботинки, которые обошли кровать, и кто-то начал рыться в шкафах. Свет был включен, и становилось не так страшно, да и в комнату зашел явно взрослый человек. Мужчина уже хотел выйти из обысканной комнаты, но остановился у самой двери и повернул обратно. Иван затаил дыхание, когда ботинки оказались почти у самого его носа. Человек опустился на коленки и заглянул под кровать. Мальчик сразу узнал Германию, его он ни с кем не перепутает. Россия тут же поторопился вылезти из безопасного места.       — Россия! — с облегчением произнес Людвиг, который был рад видеть мальчика живым и здоровым, хотя и напуганным сильнее, чем Италия. В обеих руках он сжимал кран.       В этот момент вошел Китай и также облегченно выдохнул, наблюдая, как мальчик, шатаясь, но встает на ноги. Германия каждую секунду уже был готов поймать того, если он не удержится и упадет. Но мальчик не падал, опираясь на трубу.       — Италия? Он... — резко спросил Россия, но он не успел задать вопрос, который его терзал всю дорогу.       — С ним все хорошо, ару! Что вообще случилось? — Яо подошел поближе, но Россия не отвечал на вопрос. Он с задумчивым видом смотрел на пол. В голове вся ночь проигрывалась по кругу, как фильм, ужастик. Он мог стоять вечность, но вернулся в реальность, когда его взяли на руки.       — Ладно, это потом, сейчас надо сказать остальным, что мы нашли Россию, и уходить отсюда! — со злобой в голосе скомандовал Германия, выходя из помещения с русским на руках. Китай выбежал следом, по дороге отключая везде свет.       За окном уже светало, и скоро этот свет не понадобится. И они всё равно сейчас уедут отсюда, а уже в безопасном месте можно будет подумать, что делать дальше.       Они спустились на второй этаж, но, похоже, ненадолго. Все уже расслабились, и никто не заметил новой пропажи. И Франция явно не хотел говорить, но ему пришлось.       — Эм... У нас проблема... Италия... ну... он ушел, — пробубнил француз, стараясь вообще не показывать своего взгляда. Япония уже об этом знал, но также не мог найти слов, чтобы сообщить о пропаже.       — Чего?! Ты совсем, виносос, мы еле нашли одного, теперь второй?! Как ты мог его отпустить куда-то?! — Англия был и в шоке, и в бешенстве одновременно. Очень смешанные чувства.       — Я не виноват! Он смог успокоиться, но что-то спрашивать я у него не стал, он всё ещё был на грани! А потом меня позвал Япония на помощь, я отвернулся всего на минуту, а его уже не было! — Франциск явно понимал свою вину, но вот так просто признавать её он не хотел, особенно при англичанине.       — Чееерт, как так вообще можно было?! — Германия явно негодовал, он обязательно возьмет отпуск после такой встречи. Вот увидите, возьмет! А то он не на шутку будет срываться на окружающих.       Россия еще больше стал волноваться, услышав об Италии такое. Он не сможет успокоить свою фантазию, пока не увидит Италию живым и здоровым. Мальчика поставили на пол, пока Францию судили за его «преступление». Иван стал осматриваться, может, итальянец находился где-то здесь? Но ни в их комнате, ни на самом этаже его не было. Оставалось идти на другие этажи, но он боялся встретиться с девочкой.       Около лестничной площадки что-то мелькнуло, и Иван сразу встрепенулся, пытаясь приглядеться. Увидеть ему было сложно на таком далеком расстоянии, и мальчику пришлось подойти поближе. Он не успел дойти до предполагаемой точки и опять встретил тот равнодушный, совсем холодный взгляд. Он смотрел прямо на него, не моргая, и с таким же равнодушием посмотрел на взрослых за спиной России.       Тем временем страны решали, где искать второго "беглеца", а Англия продолжал издеваться и отчитывать Францию за его промах. Они просто не обращали внимания на окружающее их пространство.       Владелец голубых глаз вышел к свету, как будто давая себя рассмотреть. У мальчика были короткие темно-коричневые волосы, совсем бледная кожа и почти ничего не выражающее лицо. Всем своим видом он показывал, что ему всё равно. Без резких движений, чтобы не спугнуть русского, он левой рукой показал завиток на голове, где он был у Италии, потом ещё два раза повторил движения. А затем поднял руку наверх, показывая на следующие этажи.       Даже до такого перепуганного России дошла мимика мальчика, но подходить близко к лестнице он не собирался. Он как чувствовал, что труба также пройдет его насквозь. Но всего через пару секунд мальчик постепенно растворился в воздухе и холодный взгляд пропал. Русский какое-то время стоял на месте, вглядываясь, вдруг мальчик всё ещё там стоял? Но никого не было.       Подойдя совсем близко, он посмотрел наверх. На третьем этаже стоял он. Пристально наблюдал за движениями России, как будто ждал его. Беспокойство за итальянца пересилило страх, и Иван медленно двинулся наверх, несмотря на то, что он приближался к «страху». За секунду голубоглазый мальчик оказался выше ещё на один этаж и продолжал ждать Брагинского у входа в коридор.       Перестав мешкать, Россия быстрыми шагами добрался до четвертого этажа, а незнакомец стоял у какой-то двери, смотря на неё не отрываясь. Иван шагнул вперед, всё это время до боли сжимая трубу в руке. Тут, к его ногам подкатился фонарик — Иван сразу узнал его, он был у Америки, когда они смотрели третий этаж, а потом он перешел к Японии. Откуда он взялся на четвертом этаже, на полу?       Подобрав и рассмотрев его, проверяя его работоспособность, русский опять посмотрел в сторону незнакомца, но того уже не было на месте. Он подбежал к той комнате и уже решился зайти. Помедлил немного, прислушиваясь к шуму внизу. Страны было хорошо слышно, так что если что-то случиться, то ему стоило лишь крикнуть и все. Обрадовавшись хоть чему-то, мальчик приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Но в комнате было очень темно, так, что света из коридора не хватало, чтобы хорошенько оглядеться. Россия рискнул войти и попытался нащупать выключатель на стене, продвигаясь всё глубже в комнату. Дверь резко захлопнулась, оставляя мальчика в полной темноте.       Брагинский замер, прислушиваясь к звукам, но в комнате висела гробовая тишина. Вспомнив про фонарик в руке, русский включил его и медленно стал светить в разные места, чтобы определиться с обстановкой в этой комнате. На удивление всему, в помещении не было ни кровати, ни шкафов, ничего вообще. Потом он наткнулся на заколоченное окно, которое привело его в некое смятение. Посветив в угол, он увидел Феличиано, который, похоже, спал или его отрубили.       — Италия! — русский сразу подбежал к другу, не выключая фонарик. От такого крика мальчик сразу проснулся и пребывал в панике, не понимая, что происходит и где он вообще. За пару секунд он всё вспомнил и был очень счастлив, увидев Россию, целого и невредимого.       — Россия! Я испугался и решил тебя поискать, когда Франция меня отпустил, но я куда-то забрел и не нашел тебя... Прости, я... я заплакал и не смог объяснить что произошло, — итальянец уже готов был разрыдаться снова, но русский ему не дал, стараясь улыбаться как можно шире и увереннее.       — Не волнуйся. Главное, ты их разбудил и со мной всё в порядке, ни царапинки! Так что ты молодец, — Иван старался как только мог нахваливать Италию, чтобы тот больше не чувствовал себя виноватым. Тут совсем никто не виноват, так что это будет просто глупо, если Феличиано возьмет на себя ответственность.       — А где мы? — мальчик поменял тему разговора, оглядываясь, но ничего не видел, слишком темно, а свет фонарика ещё и отвлекал взгляд, не давая привыкнуть к темноте. Россия пожал плечами и посветил в другие части комнаты, но больше ничего не нашел.       Мальчики подошли к двери и попытались её открыть, но ничего. Дверь не поддавалась, и они оказались запертыми в этом помещении. До того, как они начали стучать в дверь и звать кого-нибудь, русский заметил знакомый взгляд. Он посветил в сторону дальней стены и попал светом фонарика прямо на незнакомца. Тот сидел на корточках, облокотившись на стену и обнимая коленки, смотрел на детей. Италия чуть не взвизгнул, увидев мальчика. Он сразу же поспешил спрятаться за вооруженным Россией.       — Я ничего не собираюсь делать, я просто хочу поговорить, — голос был таким же спокойным и вдумчивым, как и его внешний вид. Даже тяжело верилось, что это говорил ребенок почти такого же возраста, как и та девочка, только чуть постарше.       — Поговорить? — Россия недоверчиво смотрел на мальчика, выставив трубу немного вперед. А Италия так вообще ничего не хотел слушать и просто надеялся, что ничего не случится. Пискнуть или пошевелиться он боялся, хотя на помощь очень хотел позвать.       — Да. Например, рассказать, что ты тут делаешь и почему в таком виде. Не хочешь узнать? — незнакомец ненадолго взглянул на дрожащего итальянца, но потом опять посмотрел на Россию. Похоже, разговаривать он собирался только с ним.       Тем временем русский осмотрел себя со всех сторон, не понимая, к чему клонит мальчик на счет внешнего вида. Выглядел он точно так же, как и всегда, только без шапки. Но ведь это просто шапка, что тут такого? Иван решил немного уточнить задаваемый вопрос. Похоже, этот мальчик был спокойным и не собирался нападать или делать что-то подобное.       — В каком это смысле? Я выгляжу так же, как и всегда, а шапка осталось в комнате где-то, — русский говорил серьезно и также спокойно. Собеседник слегка удивился, даже не сразу поняв, о чем вообще идет речь.       — Ты... разве не помнишь, как сюда вообще пришел? И как стал настолько младше? — незнакомец смотрел с недоверием, пытаясь расценить это как шутку, но видел, что Иван не врал и не понимал очень многого.       — О чем ты? — Россия ещё и нахмурился, совсем растерявшись и продолжая ждать больше подробностей. Италия же стал прислушиваться к разговору, раз ничего опасного не было, хотя сама обстановка его не на шутку пугала и угнетала.       — Ну, раз вы всё забыли, то придется вам напомнить. Начнем с самого начала, меня зовут Эрик, — мальчик медленно начал вставать, без резких движений или чего-то подобного: — Вы и ваши друзья, которые стоят внизу, пришли в этот отель, и именно вы поднялись на пятый этаж. С какого момента вы помните? Вы ведь не можете вообще всё забыть...       — С того момента, когда выбежали из какой-то комнаты, — не решившись говорить подробности, сказал Иван, не сводя глаз с нового знакомого. Ему всё равно было немного страшно, но не так сильно, как ночью.       — М, так мало? Ну, я тоже не хочу влезать в подробности, скажу только, что вы кое-что нам пообещали. Помочь, одним словом. Но из-за этого стали, вот такими, — он вытянул руку, показывая на детей, как пример. — Если хорошенько попытаешься, напряжешься, то, может, что-нибудь вспомнишь.       — Обещали помочь? — русский перевел взгляд на Феличиано, который многое упустил из сказанного и вопросительно смотрел на Россию.       — Да. Понимаю, после встречи с Элисон ты немного в панике, да и не выспался. Подумай хорошенько над моими словами и приходи сюда в любое время, желательно один, — Эрик серьезно посмотрел на Италию, что того передернуло от слов и взгляда, но посмотрев на Россию он как автоматически подобрел.       Брагинскому такое поведение совсем не понравилось, Италии тот был совсем не рад, хотя он оказался тут ещё до него. Но, скорее всего, это была лишь приманка. Зато он смог узнать имя той незнакомой девочки, которая переворошила их комнату и до ужаса его напугала.       — Я подумаю... А теперь дашь нам выйти? — Ване совсем не хотелось сейчас говорить на такие темы, ему хотелось только успокоиться в безопасном месте и хорошенько поспать.       — Дверь открыта, — Эрик кивнул, закрыв глаза, как будто прислушиваясь. Италия сразу поспешил и открыл дверь, выходя из комнаты. Россия немного задержался, и уже собирался выходить, как его опять окликнул мальчик: — Я хочу тебе дать два совета. Лучше не покидать отель, пока вы не выполните обещание, и тебе лично лучше не встречаться с этой девочкой. Она тебя ненавидит так же, как и я твоего друга. Но терпеть она тебя не станет, она вспыльчивая.       Россия ничего не ответил, только вышел из комнаты, закрывая за собой дверь. К нему сразу бросился итальянец, постоянно извиняясь, что не смог толком помочь. Русский только улыбался, он так давно хотел иметь младшего братика и вот он у него появился. Это так грело душу, хотя по сестрам он всё равно скучал и скучал всё больше.       Но из головы не выходил тот мальчик. По идее, если не считать всего случившегося, он помогает. Но зачем, что ему нужно, что случилось в той комнате? Каждый раз, когда он пытался задуматься, было пусто, ничего. А еще показалось, что прошло совсем мало времени, все забеспокоились о пропаже России, когда дети уже спускались по лестнице.       — Италия! — Германия сразу бросился к мальчикам, очень обрадовавшись, что они вернулись вместе и сейчас всё хорошо.       За окном уже светило солнце, хорошая погода и такое же настроение просто лились во все окна отеля, и в памяти про прошедшую ночь почти не осталось следа. Хотя Россию всё же тревожили разные мысли, но он постарался отодвинуть их на второй план, когда заметил, что Феличиано смотрит на него очень обеспокоенно.       — Со мной все хорошо, Россия меня нашел! — Италия улыбался, показывая Людвигу, что он хорошо себя чувствует, и он уже успокоился. Иван был рад, что мальчик не стал рассказывать про случившееся, почему-то не хотелось каждому без разбору рассказывать обо всём.       — Ну, хорошо. Тогда можно вызывать машины, — немец слегка улыбнулся, а вот дети насторожились от такой новости. Англия уже начал набирать номер на телефоне, но Россия крикнул так громко и резко, что от испуга телефон чуть не вылетел из рук.       — Нет! Нам... нельзя уходить! Так... не правильно... — Брагинский сразу вспомнил про обещание помочь, а его всегда учили сдерживать любые обещания и помогать ближним. Хотя, ближними их не назовешь, но всё равно. А с трубой в руке он выглядел даже угрожающе. Никакая страна не нашла, что сказать на такие слова, а через какое-то время его подхватил Италия, стараясь поддержать.       — Давайте еще тут останемся. Пожалуйста, Германия. Так надо, — итальянец состроил грустное личико и смотрел в глаза немцу, пытаясь его уговорить таким способом. — Пожааалуйста, Германия~       Людвиг отвел взгляд в сторону, чтобы такой трюк не прошел. Но краем глаза он всё равно посматривал и не смог даже поспорить с Италией.       — Х... хорошо, но чтобы больше никуда не уходили сами! Черт, и зачем вам тут находиться? — последнее предложение Людвиг пробубнил для себя, чтобы никто его не услышал. Иван улыбнулся Италии, который был рад помочь другу, хотя оставаться тут на ночь им обоим было страшно.       А тем временем у стран нарастал новый спор, после того, как Германия сразу объявил, что они побудут тут вместе с детьми.       — Может, нам нужно успокоиться? Рассмотреть комнату, и Италия-кун с Россией-кун выглядят уставшими. Лучше не ругаться сейчас при них, — Япония старался успокоить ссорящихся, хотя не разделял желание детей остаться в этом отеле. Споры притихли, и было решено, что кто-то пойдет осматривать комнату, а кто-то пойдет готовить завтрак. Италия про все сразу забыл, когда услышал, что Франция решил приготовить пасту специально для него.       Поесть спустились все, никого не осталось возле комнаты, и решили проверить только после завтрака. Россия единственный, кто не ел и отказался от чая. Он гулял в своих мыслях, пытаясь вспомнить, или хотя бы представить как он, взрослый, приходит в этот отель. Но фантазия ничего не давала, и излишние мысли не принесли ничего нового. Русский невероятно нервничал и не мог расслабиться и забыть обо всем, это само лезло в голову. Италия очень переживал и не мог придумать, чем бы можно было занять друга.       В столовой, вместе с детьми, остались Германия, Франция и Америка, последних двух посчитали ненужными на втором этаже. Правда, так посчитал именно Англия, который первым направился наверх. Япония попросил посмотреть за мальчиками и также ушел на второй этаж. Китай же вышел незаметно, стараясь не попасться на глаза и заняться полезным делом.       — Ну вот, как обычно избавились от самых нужных персон, — пробубнил француз, садясь за стол. Америка также разделял его слова и настроение, Германия вообще из-за этого не беспокоился. Привычно было смотреть, как все спорят.       — Чем займемся? Будем всё это время сидеть в тишине? — Альфред развалился на столе, ему так хотелось показать себя, посмотреть, подвигаться, в конце концов, а его оставили сидеть тут. Что за несправедливость такая? Никто не собирался отвечать, кроме Италии, который обдумывал все возможные варианты.       — Может, порисуем? — обрадовавшись новой и стоящей идее, спросил итальянец. Если все начнут рисовать, то наверняка успокоятся и расслабятся. Это будет так здорово.       — Италия, я бы рад, но тут вряд ли найдутся альбомы и цветные карандаши, — хихикнул француз, горько улыбаясь. Рисование может занять какие-то часы времени, но тут правда ничего такого не могло быть, слишком старые вещи тут хранятся. Но Америка взбодрился и подхватил идею, вскакивая с места.       — Отличная мысль! Я неподалеку видел один магазин, где продавали такое. Я быстро, туда и обратно! — даже не понятно, с чего американец так обрадовался, но Феличиано был очень рад такому настрою. Он улыбнулся России, рассчитывая, что такое его заинтересует, но тот всё время смотрел либо в окно, либо оглядывал помещение. Выглядел он подавленно и разговаривать старался как можно меньше. Старался уйти в себя как можно глубже.       — Россия, а ты будешь рисовать? — Италия попытался привлечь его внимание, а мальчик не сразу понял смысл вопроса, он перевел удивленный взгляд на Германию, потом на Францию. Все на него смотрели вопросительно, вел он себя слишком замкнуто, как тот, настоящий Россия. Только не улыбался, это было единственное отличие.       — К-конечно! — весело согласился, кивнув итальянцу. На лице заиграла улыбка, и Италии стало сразу легче от такого. Но вот когда он отвернулся, начиная разговор со старшими, Россия опять отрешился от всего. Опять задумчивый взгляд, но теперь он старался хоть немного участвовать в беседе, сам понимая, что это слишком для его поведения, и Италия сильно беспокоится. Ему бы никогда не хотелось причинять неудобства или заставлять грустить близких людей, хотя где-то внутри он говорил сам себе, что это может скоро закончиться.