Дохлятина.

- Это обязательно? – Совершенно убитый голос донесся из-под подушки. - Не вынуждай меня повторять одно и то же по нескольку раз. – Застегнув пряжку ремня, Хибари достал со шкафа чистую рубашку. - А я могу поехать с тобой? – Обнадеженный взгляд и Хаято садится на кровати, протягивая руки к пуговицам на белоснежных манжетах. - Исключено. – Недостаточно холодно отвечает Кея, опуская на шею галстук и давая Гокудере завязать его. - Но почему? – Тонкие пальцы сжимаются на черной ткани удавки, но тут же ослабляют хватку и выполняют заученные с малолетства действия. Ведь Хибари так любит выглядеть безупречно, как же он, с помятым-то галстуком. Дождавшись, пока он закончит, Кея обхватывает ладонями лицо Гокудеры, вплетая пальцы в светлые, совсем растрепавшиеся за ночь волосы и мягко смотря в глаза. - Ты уже не маленький мальчик, Хаято. У тебя, так же, как и у меня, есть обязанности. Никоим, замечу, боком не пересекающиеся с моими. Ты - правая рука того травоядного, мой же профиль - шпионаж и грубая сила. Почему я должен объяснять тебе это? Меня ждет самолет. Легкий поцелуй в лоб и тихий шорох, с которым пиджак лег на плечи Кеи: Хаято снова остался один. Пообещав себе хорошенько потаскать Хибари, если тот опять проведет уйму времени черт-знает-где, Гокудера несколько приободрился и начал торопливо приглаживать волосы и искать чистую одежду: он уже больше суток не видел Джудайме и это несколько напрягало. Одевшись, он бегом отправился в другой конец базы, чтобы узнать, что Вонгола Дечимо был в упор застрелен на важных переговорах. *** - Вы звали меня, Босс? - Мутно-зеленые глаза уставились в пол, пальцы в нерешительности мяли рукав пиджака. Кажется, его заяц остался у того Кёи. - Твою информацию прове-ерили. Хитаки Кёя, хранитель атрибута Тумана семьи Ками. Семья слабая, отдаленно связанная с Кокуе и Кавалоне… Зефирку? – Сладкая улыбка Бьякурана грозила кариесом. Дейзи покачал головой. – Ну как хочешь… - Я могу общаться с ним? Кокуе и Кавалоне – семьи, потенциально опасные как те, которые примут союз с Вонголой при военном положении дел. - Ну, они ведь не знают о нас, верно? К тому же, с самой Вонголой клан никак не связан. - Вы даете добро, Босс? - Угум-с. – С зефиром за щеками, Бьякуран был очень похож на большого белого хомяка. *** - Прости, я, кажется, опоздал. – Дейзи несмело улыбнулся Кёе, прижимая к груди обернутую синей праздничной бумагой коробку и несколько глупо стоя в распахнутых дверях прихожей. - Пустяк. – Кёя мягко улыбается и с шутливым поклоном приглашает зеленоволосого пройти в комнату, закрывая за ним двери. - Это тебе. – Легкая прямоугольная коробка перекочевала в руки Хибари. Пока Дейзи раздумывал над тем, как люди должны вести себя в ситуациях, подобных этой, Кёя сам обнял его, ослепительно-довольно улыбаясь. - А…еще никого нет? – Не без удивления спрашивает Дейзи, отстраняясь и оглядываясь. - Никого и не будет. – Хмыкает брюнет, проходя в спальню и пальцем маня Дейзи за собой. – Кажется, я забыл сказать тебе. Ты – единственный, кого я знаю в Токио. Мне больше некого пригласить. - Несколько неприятно. – Дейзи задумчиво прошел в комнату, бегло оглядывая низкий столик с расставленными на нем блюдами с суши, онигири, пловом с кусочками мяса, около десятка соусниц. - Да уж. – Пару секунд возни и Хибари разлил саке в две пиалы, незаметно подковырнув камень на кольце Тумана и высыпав из него белый порошок, быстро растворившийся в одной из пиал. – Итак, давай выпьем за моё двадцативосьмилетие, и я пойду, прослежу за пирогом, он может перестоять в духовке. С некой опаской взяв протянутую ему пиалу, Дейзи удивленно расширил рыбьи глаза: - Ты сам приготовил все это? - Ну конечно. – Кёя мягко улыбнулся. – Длительных отношений у меня ни с кем никогда не было, а мама давно умерла уже. Поскольку я люблю хорошо поесть, мне пришлось учиться хорошо готовить. - С днём рождения, Кёя. – Искренняя улыбка на мгновение сделала отвратительное лицо чуть более привлекательным, и Дейзи пригубил вызывающий у него опаску напиток. - До дна. – Подмигнул Хибари, одним глотком выпивая свое саке.