Не отдам никому...

Когда наступило утро, еще не отдохнувшие от событий вчерашней ночи, шаманы явно не хотели вставать. Но всё же, что было крайне удивительно, первым проснувшимся оказался младший Асакура. Немного поёрзав, по изрядно сбитому футону, парень открыл шоколадные глаза, вслушиваясь в звонкое пение утренних птиц. Немного повернув "светлую" головушку, Йо увидел спящего брата и судя по разбросанным рядом листам, кому-то явно не спалось сегодня ночью. Неохотно встав, близнец схватил первый попавшийся листочек с письменами, где и прочитал следующие строки: Если уйдёшь, меня просто не станет Будет лишь тело, но не душа И так же, как цветок, завянет Горькая лира, теперь навсегда Так быстро смерть тебя не украдёт, Твою чистую, светлейшую душу, Но как жаль, ведь она не уйдёт, Зная про то, как ты мне нужен... POV Йо Значит братик пишет стихи... Вот засранец, а мне никогда не говорил. Так мирно спит - на лице едва заметная улыбка. Длинные, густые реснички слегка подрагивают. Ровное дыхание, даже не слышно, а в мыслях такое... Дедушка всегда говорил мне, что обычно поэты пишут о чём думают, изливают душу в стихотворениях. Сейчас не могу сказать, что меня пугает, что брат думает о моей смерти, а может не моей? Он прав, каждый день, каждый час, каждую минуту, борцы за справедливость могут лишить нас жизни, но в итоге главное оружие против нас - мы сами, наши тёмные мысли способны заставить нас сдаться... Зная брата, он никогда не сдастся, будет идти к своей тысячелетней цели, не позволяя другим учиться на его ошибках. Но смогут ли те, кто его окружает принять это, вот в чём главный вопрос. *** - Хао. - Да. - У тебя бывали моменты, когда хочется всё бросить и убежать, далеко, далеко? - Каждый в своей жизни может с этим столкнуться и не однажды. - Значит мы расстанемся? - Мы как два магнита, Йо, вечно будем притягиваться друг к другу. Наши полярности не изменятся никогда, ведь мы две половинки одного целого, одна душа... - На двоих, - закончили оба близнеца. - Даже там? - Йо ткнул пальцем в синее небо с миллионами горящих звёздочек. Прямо над близнецами траву освещал сегодня огромный месяц, тихо "улыбаясь". - Даже там, - шёпотом ответил старший Асакура, блаженно прикрыв глаза. Конец POV Йо Ничего. Никого не существовало в мире и не могло помешать Хао дать клятву младшему близнецу. Огненный шаман проснулся, застав брата за прочтение своих стихов. Не то что бы ему это не нравилось, просто Хао был жутким собственником, не желавшим, что бы кто-то брал в руки его "творения" и познал все тайны где-то даже древней души. - Братик, я вижу ты во всю проснулся? Дай-ка обратно владельцу! - Неее, погоди, не дочитал ещё. - Йо, немедленно верни, а то хуже будет! - Что такого-то, не злись, почти всё. Не дожидаясь разрешения, Хао выхватил листочек прямо из под носа любопытного братика. И как-то ехидно улыбнувшись, повалил того на футон...месть - дело благородное. - Ау! Ты что делаешь??? - Скорчив обиженную рожицу, еле заметно возмутился Йо, но по-настоящему показывать недовольство он и не умел никогда. - Мщу! Тебе не говорили, что не хорошо трогать чужие вещи без разрешения? - Но кусаться-то зачем? Я же всё обратно сложил! Вредина... Давно пишешь? - немного поостыв спросил шаман. - Скажем так, давно не писал. Не хочу что бы кто-то знал, что творится у меня в душе. - И мне нельзя? - Нет, зачем? Так ты сделаешь больнее...себе. Опустив глаза, братья тихонько задумались об одном и том же. Что же ждёт их в ближайшем будущем? Да...не слишком лёгкие времена наступили ещё с начала турнира шаманов. Но, как ни странно, Йо верил, что они выберутся из любой, пусть и самой запутанной ситуации. А Хао просто думал сколько им осталось в этом мире и пытался сосредоточиться на предчувствие битвы. Он ведь не был пессимистом, скорее реалистом. В последнее время думать о чём-либо, кроме смерти как-то не получалось, а может великий шаман и сам не хотел? *** - Вы сделали всё, как я просил? - В тишине раздался громоподобный голос короля шаманов, что способен напугать любого. - Да, господин, - ответила за всех Железная дева, поклонившись перед повелителем всего мира шаманов. Сейчас Х-судьи находились в огромном храме короля шаманов. Повсюду стояли белоснежные колонны с ионическими ордерами. На полу, словно живые, были нарисованы четыре стихийных духа: всепоглощающий - огненный, лёгкий - воздушный, плавный - водный и могущественный дух земли. Дух огня, теперь принадлежавший Хао, команда борцов за справедливость никак не хотела узнавать, ведь он перешёл на сторону зла, а значит должен быть уничтожен, как и его владелец. Рисунки на стенах напоминали языческую культуру. На них люди поклонялись богам - шаманам и приносили им смертную дань во искупление собственных грехов. На необъятном потолке пятиконечная звезда, как знак перерождения души, сверкала алым цветом и буквально давила на шаманов, посмевших взглянуть на неё. Вся атмосфера была очень даже пугающей, но ведь здесь восседает тот, кого должны бояться, подчиняться и уважать. Странное напряжение вечно витало в воздухе и ничто не могло прогнать его, даже миролюбивый настрой его владельца. Но только не в этот раз. Король и так решил не убивать судей, куда уж благосклонней с его стороны? Теперь нужно было обдумывать план предстоящей битвы. Плох тот правитель, что позволяет напасть на ослабших соперников, поэтому решено было отпустить шаманов, дать настроится на смертельный бой. Величайшему позволено видеть будущее, он знал чем всё закончится... - Ровно три дня, ясно. Если вы нападёте раньше, ни у одного живого существа на этой планете не будет смерти более мучительной, чем ваша. Железная дева, вместе с судьями, услышав эти слова, лишь молча поклонилась и поспешила направиться к белым вратам, что ведут вон из храма. *** - Если мы хотим выжить, необходимо тренироваться, а не сидеть и сопли распускать! - Рен злился, что Асакуры ничего не предпринимали, а лишь тихонько сидели у костра и о чём-то, видимо очень важном, увлечённо задумались. Хао даже голову не повернул на китайца, услышав такие слова. Огненный шаман сидел рядом с братом, устремив свой взор на горящее пламя перед ними. Волосы легко развивались по ветру, а в глазах отображалась всепоглощающая печаль и некая отстранённость от мира сего. В памяти шамана всплыл отрывок из своего стихотворения, которое он посвятил любимой стихии. Искры яркие нещадно излучает, Согреть теплом своим разом готов, Но печали мрачный лик прилетает, Когда вижу гору тлеющих дров... Йо так же повторял эти строки, утром прочитав, шаман не мог их не запомнить. Впервые на душе у обоих было настолько печально, хотя понятно почему...