Лежащие под кустом

      Утро второго дня было хмурым и зябким. Но домик прогрелся, и находиться в нем стало уютнее. Катя впервые вышла в город, где купила на рынке, что находился в двух кварталах от дома, кусок говядины, картошку, масло... Вернувшись, девушка поставила вариться бульон и уже принялась читать книгу, как услышала, что в дальней комнате, куда она сложила все свои вещи, что-то упало.       Но, пройдя в комнату, она ничего не обнаружила, только лежащий в центре раскрытый анатомический атлас. Видимо, он упал со стола. Катя нагнулась и подняла книгу, с интересом рассматривая яркую схематично нарисованную картинку беременной женщины, в разрезе. "35 неделя." - гласила надпись под иллюстрацией. Девушка пролистала атлас, но, не обнаружив ничего интересного, вскоре положила его на стол и вернулась на кухню. К своему удивлению, Катя обнаружила, что плита, на которой варился бульон, выключена. Пожав плечами, девушка вновь включила газ и, достав компьютер, полезла в интернет искать себе работу.       Бульон тихонько закипал, однако вместо привычного запаха по дому стала витать вонь протухшего вареного мяса. Тряхнув головой, Катя отложила компьютер и, проклиная свою невнимательность, из-за которой купила испорченный продукт, подошла к плите. Крышечка тряслась, и из-под нее брызгал недоваренный говяжий бульон. Взяв в руку прихватку, девушка приподняла дребезжащую крышку, попутно выключая газ на плите.       Дальше раздался вздох ужаса.       Даже не крик. Катя не могла издать ни звука. В кастрюле, где еще пару минут назад варилась говяжья косточка, плавали маленькие ручки и ножки...       Разрубленный младенец.       Катя смотрела, раскрыв рот, застыв, пока со дна кастрюли не поднялась маленькая человеческая голова. Крышка, которую девушка держала в руке, со звоном упала на пол, разбив оцепенение. - Боже!.. - Наконец, обретя возможность шевелиться, Катя с визгом кинулась в комнату, где, прыгнув на диван и обняв подушку, уткнулась в угол, всхлипывая и дрожа. Девушка выла на одной ноте, боясь пошевелиться. Немой ужас заставлял сердце стучать, как колокол, и ныть от боли. - Господи, о Господи... Помоги, Господи...       Сколько времени Катя так пролежала, она и сама не поняла. За окном стало темнеть когда, наконец, преодолев ужас и робость, девушка поднялась и, пошатываясь, вернулась на кухню. Она минут пять смотрела на плиту, боясь даже подойти к этому месту. На полу так и лежала упавшая крышка. Как младенец мог оказаться в кастрюле? Как он туда попал?       Девушка сделала шаг, закрыв себе рот ладонью. Дрожь усиливалась. Преодолевая ледяной ужас, Катя заглянула в кастрюлю. Младенца там не было. Только говяжья косточка. Показалось...       Девушка с трудом опустилась на табурет, безразлично глядя перед собой. Как она могла перепутать? Это же невозможно. Да и как можно было не догадаться, что за те пять минут, пока она находилась в комнате, никто бы не успел подменить содержимое в кастрюле? Так что это было? Галлюцинация? Катя подняла крышку и водрузила ее обратно. Больше сил ни на что не было. Уже оказавшись под одеялом, девушка заметила, что тошнотворный запах полностью исчез, хотя она так и не успела проветрить помещение.