Гарри Поттер и поиски Святого Грааля

Дойдя до ближайшего пустого коридора, Гарри накинул на себя мантию-невидимку и побрел к Гриффиндорской башне. От осознания случившегося (он целовался с Малфоем! С Драко Малфоем!) хотелось побиться головой о стену. Это ж надо было?! «А ОН первый тебя поцеловал»,— ехидно вылезло наружу его слизеринское «я». «А он сам, получается, решил благородно, с достоинством, в общем, чисто по-гриффиндорски, не обижать бедного Драко отказом?» — не менее ехидно выплыло гриффиндорское. «Заткнитесь оба», — подумал уже сам Гарри, подходя к портрету Полной Дамы и скидывая мантию-невидимку. — «Гриффиндор — форева, Слизерин — маст дай!» — произнес Поттер новый пароль, придуманный Роном в порыве непонятного вдохновения. — Верно, милый, — Полная Дама, зевнув, открыла проход в гостиную. Гарри поднялся в спальню, разделся, лег, задернув полог кровати, и закрыл глаза. Он целовался с Драко… Это был самый лучший и, наверное, самый желанный поцелуй в его жизни. Губы Малфоя отдавали ванилью и были такими нежными, такими мягкими … Так мучительно хотелось попробовать его на вкус везде — за нежным маленьким ушком, на тонких ключицах, на фарфоровой коже шеи… Но продолжения не вышло. Драко, наверное, было просто интересно, каково это поцеловать Гарри Поттера, своего извечного врага, а потом посмотреть, что из этого выйдет. Гарри сам не заметил, как уснул, и его персональный демон — светловолосый юноша с серыми глазами — терзал его всю ночь. * * * На завтрак Драко шел со смешанными чувствами. Вчера они с Гарри целовались, и он же знал, он, черт побери, чувствовал, что Поттер хочет его, да и слизеринец хотел его не меньше. Но тем не менее этот чертов Мальчик-Который-Давно-Сводит-С-Ума-Драко-Малфоя просто-напросто взял и ушел, ничего не объяснив. Юный наследник Малфоев только с утра два раза принимал холодный душ. Еще бы! Такие сны ночью снились! Сев за слизеринский стол, он кинул взгляд на стол напротив. Золотого Трио еще не было, и Драко слегка расслабился. Сидящие рядом с ним Крэбб и Гойл бурно обсуждали последний саммит магического ООН и, на взгляд самого Драко, их идеи и предложения были гораздо лучше и перспективнее. Блейз, нехотя ковыряясь в тарелке, поглядывал на гриффиндорский стол. «А ты ему скажи», — вклинился «услужливый» внутренний голос, — «чем вчера с Поттером на Астрономической башне занимался». Не ожидав такой наглости от своего второго «я», Драко поперхнулся тыквенным соком. «Это еще зачем?!» — взвыл Драко, прокашлявшись. «Ну, глядишь, парень оживет душой, воспрянет духом!» — хихикнул голос. «Ага», — мысленно продолжил Драко, — «надевая тарелку с овсянкой мне на голову». Гарри Поттер на завтраке так и не появился. И Драко, с мрачными мыслями и с не менее мрачным Блейзом Забини, отправился на урок Зелий… Третьим уроком у них была сдвоенная Защита вместе с Гриффиндором. Профессор Вертинский стремительным шагом вошел в класс и одарил присутствующих странной ухмылкой. — Я проверил ваши работы. Самой приличной оказалась работа мистера Поттера — он набрал девяносто два балла из возможных ста. Драко искоса взглянул на Гарри — тот сидел, как линейку проглотив, и смотрел прямо перед собой. — Девяносто и восемьдесят девять баллов набрали мисс Грейнджер и мистер Малфой соответственно, — услышав собственную фамилию, Драко оторвал взгляд от Гарри и изумленно посмотрел на профессора. Такого результата он и сам от себя не ожидал. — Все остальные, к моему сожалению, набрали менее семидесяти баллов — не очень хорошо, но и не смертельно, — к всеобщему удивлению, профессор Вертинский улыбнулся. — Так что будем решать проблемы по мере их поступления. Но приступим к уроку. Сегодня мы будем проходить заклятие Рикошета, Стойкие Щитовые чары и заклинание Обратного Действия. Кто-нибудь может мне о них рассказать? Мисс Грейнджер? — Заклятие Рикошета заставляет любое летящее в тебя заклинание, кроме Непростительного, отлететь в любую другую сторону, — отрапортовала Гермиона. — Пять баллов Гриффиндору. А чем это заклятие неудобно в широком бою? Мистер Малфой? — Тем, что отлететь отрикошетившее заклинание может куда угодно, в том числе и в союзника, — лениво проговорил Драко. — Пять баллов Слизерину. Верно. Стойкие Щитовые чары вам должны быть известны, — продолжал Вертинский. — Это намного более усиленный вариант обычного Протего и это самые сильные чары защиты. Вы что-то хотите сказать, мистер Поттер? — Да профессор. То есть заклинание Стены даже не входит в список самых сильных Щитовых? — поинтересовался Гарри невинным голосом. Драко с удивлением уставился на него. Да и не он один. «Даже Герм… ну это уж слишком… Грейнджер обалдела». — О…о…откуда Вам известно об этом заклинании, мистер Поттер? — у профессора Вертинского даже голос прервался. — Много читаю, профессор, — все тем же невинным голосом ответил Гарри. — Ладно, обсудим это после урока, мистер Поттер, — учитель взял себя в руки. — Лично с Вами. Но вернемся к уроку. Кто мне расскажет про заклинание Обратного Действия? Никто? Я так и дум… Мистер Поттер?! Гарри, как заметил Драко, смотрел прямо в глаза изумленному профессору. — Заклинание Обратного Действия отражает, пущенные в волшебника заклинания, даже, — подчеркнул Гарри, — Непростительные. И отлетят они именно в того, кто это заклинание запустил. — Десять баллов Гриффиндору, — тихим голосом произнес преподаватель. — Может, Вы нам скажете, какие минусы у этого заклинания? — Самый главный и, пожалуй, единственный, — его можно изучать лишь в теории, потому как вторую часть этого заклинания не знает никто. — Еще пять баллов, — профессор Вертинский каким-то странным взглядом посмотрел на Гарри и вдруг улыбнулся. — А теперь приступим к более подробному рассмотрению темы урока. Записывайте. * * * Оставшуюся часть урока по ЗОТС Гарри просидел, как на иголках : он прямо-таки спиной чувствовал взгляд жемчужно-серых глаз, но стоически делал вид, что не замечает этого. Зазвонил колокол, и ученики, получив огромное домашнее задание, умчались из класса. — Итак, мистер Поттер, — профессор Вертинский весело смотрел на стоящего перед ним ученика, — откуда же Вам известны заклинание Непроницаемой Стены и заклинание Обратного Действия? — Нашел в одной старинной книге, сэр, — Гарри решил быть честным. — Из библиотеки поместья Блэков, полагаю? — улыбаясь, спросил учитель. — Как вы узнали?! — изумлению Поттера не было предела. — Догадался. Видите ли, единственная книга, где упоминается заклинание Обратного Действия, хранится в поместье Блэков. И, — усмехнулся Вертинский, — именно там я о нем и узнал. — Вы бывали в поместье Блэков? — О да, Гарри, — профессор вдруг назвал его по имени, — бывал. На правах официального бойфренда Сириуса Блэка. С ужасающим грохотом Гарри сел на пол, промахнувшись мимо стула. * * * Драко Люциус Малфой сидел за обеденным столом в Большом Зале и тихо умирал. Умирал от чего-то странного, больше всего смахивающего на ревность. Поттера все не было. «Даже Герм… Грейнджер, Драко, ГРЕЙНДЖЕР, если уж даже мысленно не способен назвать ее грязнокровкой». Так вот, даже Грейнджер периодически посматривала на вход в Большой Зал, то и дело отвлекаясь от разговора с рыжим. «Что, черт подери, он там так долго делает?» — мысленно злился Драко. «По-твоему, они мило поговорили о заклинаниях, поделились богатым опытом и поняли, что нашли друг друга? Так, что ли?» — тут же влез внутренний голос. «Ну, не так», — нехотя согласился блондин, — «но может быть он и есть тот парень, который нравится Гарри, тот, о котором он пел». «Ага, и теперь Поттер его усиленно соблазняет в кабинете по ЗОТС»,— не успокаивался внутренний голос, — «другого времени и места он, конечно, не нашел». Не в силах больше препираться с самим собой (по крайней мере, в шумном Большом Зале), Малфой встал из-за стола, прихватив сумку, вышел из Зала… и замер. Неподалеку от входа в Большой Зал стояли и весело смеялись профессор Вертинский и … Гарри Поттер. Драко стоял, не в силах сдвинуться с места. Вертинский наклонился и что-то шепнул на ухо Гарри, а тот, покраснев, произнес: — Святослав, прекрати… давай об этом потом поговорим. — Хорошо-хорошо, — улыбнулся профессор по ЗОТС и, похлопав Гарри по плечу, ушел в направлении подземелий. «Он для него уже Святослав!» Староста Слизерина сделал вид, что только что вывернул из-за угла, и, конечно же, нос к носу столкнулся с Поттером. «Все, теперь Поттер, и только Поттер. Больше никаких «Гарри». — О, привет, Драко, — Поттер покраснел еще сильней. — И тебе не болеть, Потти, — Драко обогнул гриффиндорца, направляясь к выходу из замка. * * * … — Бойфренд?! — ошалело уточнил Гарри, когда наконец-то сел на стул. — Тебя это удивляет или, может, тебе противно? — приподнял бровь профессор. — Нет-нет, что Вы, — торопливо произнес гриффиндорец, — я и сам… неважно… — Тебе нравятся парни, — просто констатировал Вертинский. — Точнее, один конкретный парень, — пробормотал себе под нос дико покрасневший Гарри, но учитель его услышал. — Мистер Драко Малфой, полагаю, — усмехнулся профессор. — Как?... Откуда Вы знаете?! — Он весь урок кидал на тебя заинтересованные взгляды, а ты так старательно делал вид, что не замечаешь этого, и краснел, — Вертинский широко улыбался. — Профессор Вертинский, а где Вы познакомились с Сириусом? — Поттер сделал вид, что не услышал последней реплики учителя. — Прошу тебя, Гарри, когда мы вдвоем, ты не мог бы называть меня Святославом и на «ты», ладно? — Да, конечно. — А с Сириусом мы познакомились, когда я приехал сюда по обмену. Влюбились друг в друга почти сразу же, старались не расставаться ни на минуту. Если б не Азкабан, — тут Святослав помрачнел, — мы бы, наверное, поженились. Так что, в поместье Блэков я бывал почти что в качестве жениха. Он мне, кстати, часто фотографии твои показывал — ты смешной такой на них был, — Вертинский умолк. — А почему Вы, ой, то есть ты приехал сюда в этом году? — спросил Гарри. — Я никогда не верил, что Сириус виновен. Ну не мог, не мог он предать Джеймса и Лили! Поэтому, когда его посадили в Азкабан, я вернулся в Россию и поступил на службу в МФСБ. Спецагенты профессиональнее авроров, возможностей и связей гораздо больше, — Святослав вздохнул. — Я пытался вытащить его. Три года назад я узнал, что Сириус сбежал из Азкбана и пытался найти его. Летом этого года в МФСБ пришло сообщение, что Сириус Блэк оправдан… посмертно, — слезы набежали на глаза Святослава, и он вытер их рукавом мантии. — Но почему ты решил вернуться в Англию? — в отличие от Вертинского Гарри не вытирал слез. — Расскажу потом. Ты мне будешь очень нужен. А теперь, — профессор решительно поднялся, — я провожу тебя. Может, ты еще успеешь на обед, а я зайду к профессору Снейпу. По дороге Святослав рассказал несколько историй о проделках Мародеров. Когда они остановились неподалеку от дверей Большого Зала и все еще смеялись, Вертинский вдруг наклонился к самому уху Гарри и тихо спросил: «Как насчет пары советов? Могу дать точные рекомендации по соблазнению Малфоя-младшего». — Святослав, прекрати… давай об этом потом поговорим, — брюнет почувствовал, что краснеет. — Хорошо-хорошо, — улыбнулся Святослав и ушел в направлении подземелий. Гарри повернулся и натолкнулся на Драко Малфоя, выходящего из-за угла. Некстати вспомнив поцелуй, брюнет покраснел еще сильнее. — О, привет, Драко. — И тебе не болеть, Потти, — Драко обогнул него и направился к выходу из замка. — Что с тобой? — гриффиндорец не понял резкую смену в настроении слизеринца. — Со мной все в порядке, Поттер, а вот тебе следует поторопиться на Зелья. Хотя, если ты опоздаешь, ТВОЙ ЛЮБИМЫЙ учитель по ЗОТС тебя непременно «отмажет», — прошипел Малфой и решительным шагом вышел из зала. Гарри добрых две минуты стоял в оцепенении, открыв рот. — И что это было? — вслух спросил он. Неизвестно откуда возникшая Панси Паркинсон сказала: — Поздравляю, Поттер! И в ответ на недоуменный взгляд гриффиндорца пояснила : — Ты только что мог наблюдать прекрасную сцену ревности в исполнении Драко Малфоя, — посмотрев на Мальчика-Который-Наконец-То-Понял, девушка фыркнула, после чего отправилась вслед за лучшим другом на Травологию.