Сын Министра-2.

Драко с трудом просыпается утром, чувствуя противную слабость. Лечить такую серьезную травму глаза оказалось нелегко. Он кое-как принимает душ, вытирается и на дрожащих ногах возвращается в постель. С легким хлопкОм появляется Рамси с подносом, заставленным едой. - Молодой господин должен всё это скушать, - пищит домовик. – Так хозяин распорядился. - Я не хочу сейчас есть, - капризничает Драко. – Оставь поднос и сгинь отсюда. Я попозже поем. - Я иду за хозяином, - безапелляционно заявляет Рамси и исчезает. В дверь кто-то тихо скребется. Драко снимает с двери запирающее заклинание. В дверь просовывается настороженная рожица Гермионы. - А, Герми, - умирающим голосом говорит Драко. – Посиди со мной. - Профессор Снейп сказал, что ты должен хорошо питаться. - Я не хочу-у, - ноет Драко. - За папу, за маму, - девушка осторожно кормит его с ложечки овсянкой. – За профессора Снейпа, за меня. Слизеринский принц млеет и с нарастающим аппетитом ест. Дверь резко распахивается и появляется знакомая фигура в чёрном. - А, я вижу, ты в хороших руках, - усмехается зельевар. – Мисс Грейнджер, он должен съесть всё до капли. И соблюдать постельный режим. - Не беспокойтесь, профессор, - с достоинством кивает Гермиона. Они проводят вместе почти весь день, сначала играя в больного и сиделку, потом вместе готовясь к занятиям по трансфигурации и чарам, потом просто болтая обо всём. Гермиона и в обед продолжает кормить Драко из ложечки, и ему это чрезвычайно нравится. За всеми этими развлечениями они пропустили драматические события, развернувшиеся в Хогвартсе. Дамблдор выслушал рассказ Макгонагалл о ночном происшествии и объявил свой вердикт. Рона Уизли исключили из школы. Молли, которой было немедленно сообщено, забрала его прямо из кабинета директора. Вещи Рона были уже собраны хогвардскими домовиками. Молли уменьшила их в размерах, оставив только широкий кожаный ремень Рона. Им она и погнала сына к антиаппарационному барьеру на потеху всей школе. Над Гарри Дамблдор сжалился. Куда деваться мальчишке-сироте? Дурсли давно продали свой дом и переехали, не оставив адреса. Но Гарри приговорили к суровому наказанию – публичной порке. При некоторых очень серьёзных нарушениях Дамблдор отменял свой запрет на телесные наказания. Покушение на убийство кошки и попытка обвинить в этом сынка всесильного Министра Магии как раз и было таким проступком. Кроме того с Гриффиндора сняли все баллы. Наказание отложили на четыре дня, так как у Гарри остались на лице царапины от когтей кошки.. Драко все силы потратил на восстановление повреждённого глаза Поттера и лечение крупных царапин. Залечить мелкие царапины он уже не смог. Мадам Помфри смазывала их какой-то мазью. Всё это время Гарри держали взаперти в комнате старосты, благо Рона уже не было. Гарри много передумал за эти дни. Он и сам не понимал, как согласился на план Уизли. Это Рон, который как-то болезненно и исступлённо ненавидел всю семейку Малфоев, придумал поймать вредную кошку Филча, убить её и подкинуть в туалет, который только что вымыл Драко. Гарри действовал, как под Империусом. Да, очень обидно, что он побеждён Темным лордом. Но винить в этом надо самого себя, но никак не Драко Малфоя. Теперь, без постоянной оглушающей болтовни Рона, без его бредовых идей Гарри всерьёз задумался, правильно ли он себя вёл. И ведь они с Роном хихикали, что Слизеринского принца высекли розгами. А теперь, то же самое ждёт Гарри, только публично. Какой позор! Если бы можно было вернуться назад. Гарри спокойно бы окончил Хогвартс, благо Темный лорд позволил ему учиться. После окончания школы он нашёл бы себе какое-нибудь занятие по вкусу. Можно просто попутешествовать. Деньги у него есть. Победившие сторонники Темного лорда не стали ничего конфисковывать у проигравших. Гарри сильно подозревал, что если бы выиграл Орден Феникса, многих аристократов нищие и жадные сторонники Дамблдора попросту выкинули бы на улицу или отправили в Азкабан. Наконец во вторник в пять часов вечера в коридоре послышались цоканье каблуков, дверь распахнулась, на пороге стояла МакГонагалл. Гарри понял, что пришло время ответить за свои поступки. Декан Гриффиндора не сразу повела его в Большой зал. Сначала его привели в больничное крыло и приказали слушаться мадам Помфри. Колдомедик сухо велела юноше раздеться догола и лечь на левый бок на кушетку. - Зачем, мадам Помфри? – дрожа, спросил Гарри. - Перед публичной поркой положено делать клизму. Знайте на будущее. Ложитесь, хватит болтать. И теперь Гарри лежал, подтянув ноги к животу, и ждал унизительной процедуры. Мадам Помфри принесла подносик с шестью большими резиновыми грушами. Наконечники были обильно смазаны вазелином. Она надела резиновую перчатку и начала тщательно смазывать вазелином анус Гарри, глубоко залезая пальцем. Было очень стыдно. Гарри вздрагивал, сопел, у него на глаза навернулись слёзы. - Расслабьтесь, Поттер, - она быстро и глубоко ввела наконечник первой клизмы. Гарри почувствовал, как его желудок заполняет теплая вода и ощутил сильное неприятное жжение. - Ой, больно, - пожаловался он. - Не врите. Мыльная вода и должна жечь. Больно вам будет на скамье для порки. Поберегите стоны для неё. Так же небрежно она ввела ещё две клизмы. К жжению в животе добавились неприятные ощущения в анусе от введения и вынимания наконечников. Гарри терпел, стиснув зубы. Потом ему приказали лежать спокойно десять минут. Гарри крепко сжал ягодицы. Жутко хотелось в туалет. - Мадам Помфри, - взмолился он, - я не могу больше. Ещё чуть-чуть, и я прямо здесь… - Только попробуйте! Тогда клизму придётся повторить. Ладно, идите. После возвращения из туалета Гарри получил ещё три постыдные клизмы, уже с чистой водой. Потом Помфри приказала ему тщательно вымыться под душем, высушила его заклинаниями. Гарри одели в короткую больничную рубаху, с разрезом на спине. Сверху колдомедик разрешила накинуть мантию, на ноги надеть кроссовки Мадам Помфри вывела юношу к МакГонагалл, ожидавшей в помещении лазарета. Та крепко взяла Гарри за руку и повела в Большой зал. Ужин закончился, но студенты не торопились расходиться. Увидев Филча, стоящего возле широкой скамьи и держащего ведерко с розгами, Гарри малодушно расплакался. - Не ревите, Поттер. Сумели нахулиганить, сумейте ответить. Давайте ваши очки, а то разобьёте, - холодно заявила МакГонагалл и передала юношу Филчу. Дамблдор встал и ещё раз сообщил о преступлении Гарри Поттера и назначенном наказании в двадцать розог. - Кто не хочет присутствовать при наказании, может удалиться, - объявил директор. Драко Малфой быстро вскочил и выбежал из зала. Снейп понимал, что целитель не хочет ощущать боль от порки и против своей воли кидаться на помощь ненавистному гриффиндорцу. Филч сорвал с Гарри мантию и разложил его на лавке. Дамблдор махнул палочкой, руки и ноги гриффиндорца оказались крепко привязаны, под лобком появился валик. Голая попа оказалась беззащитно выпячена. Несколько минут Гарри просто лежал на лавке с голой задницей, чувствуя многочисленные взгляды и слыша насмешки. Гарри понял, что его специально подвергают дополнительному унижению. Наконец, Дамблдор кивнул головой. Филч достал из ведёрка розгу, отряхнул её от воды, размахнулся и ударил. Гарри глухо застонал. Он хотел терпеть, молча, но было так больно, что к четвёртому удару гриффиндорец плакал, кричал и извивался всем телом. Филч бил, не торопясь, делая паузы между ударами. Он прекрасно знал, что так намного больнее. После каждого пятого удара Филч доставал новую розгу. Что порка кончилась, Гарри не понял. Ягодицы горели огнём. Но руки и ноги оказались свободными. От неожиданности он чуть не свалился с лавки. Филч накинул на него мантию и помог подняться. - Гарри, я рекомендую тебе попросить прощения у мистера Филча, - раздался голос Дамблдора. - Ээ-э, мистер Филч, простите меня, - всхлипывал Гарри, размазывая сопли и слёзы по лицу. - Я очень сердит на вас, мистер Поттер. Сомневаюсь, что смогу вас простить. Но я рад, что вы получили заслуженное наказание, - проскрипел старый сквиб. МакГонагалл вернула Гарри очки, взяла юношу за руку и потащила его из зала. Внезапно их нагнал профессор Снейп. Он молча сунул Гарри чистый носовой платок и стремительно удалился. Макгонагалл опять отвела его в больничное крыло. Мадам Помфри внимательно осмотрела ягодицы с багровыми рубцами. - Ну, тут моя помощь не требуется, - заявила она. – Минерва, я бы высекла этого паршивца сильнее. Альбус слишком добренький. Забирайте вашу одежду, Поттер, и убирайтесь, чтобы я вас больше не видела. По правилам после порки тоже полагается клизма, но я не хочу с вами возиться. Гарри счел за лучшее поскорее одеться. МакГонагалл отвела его в гриффиндорскую гостиную, вернула палочку и приказала начинать заниматься, чтобы нагнать то, что он пропустил, когда сидел под арестом. Гриффиндорцы, бывшие в гостиной, с Гарри не разговаривали. Они только рассматривали его, не подходя близко. Вокруг Гарри образовалась полоса отчуждения. К нему подскочила Джинни Уизли. - Так тебе и надо, придурок! – она влепила ему пощечину и выскочила за дверь. Гарри было уже всё равно. Юноша ушёл в спальню, задернул шторы у своей кровати, лег на живот и постарался задремать. Но ягодицы терлись о материю штанов и жутко горели. - Здорово его выдрали, - раздался громкий голос Дениса Криви. – Как он вопил и плакал! - Тише, - деликатный Невилл показал на кровать с задернутыми шторами. - А, он уже здесь! И чего тише? До отбоя почти три часа. Подумаешь, Золотой мальчик изволит спать! - Как он нам в глаза завтра будет смотреть? - поддержал брата Колин. – Мы по его милости всех баллов лишились. Гарри не хотел больше ничего слышать. Он тихо достал из-под подушки мантию-невидимку, незаметно вылез из кровати и выскользнул в коридор. Какое счастье, что когда у них с Роном отняли палочки, Гарри одолжил палочку у первокурсника и починил мантию, разодранную кошкой, и свои разбитые очки. Он осторожно спустился на первый этаж. Кругом ещё было полно студентов, все обсуждали его наказание. Отдельной группой стояли слизеринцы. - Я бы так не орал, - высокомерно заявлял Блейз Забини. - Блейз, тебя хоть раз пороли? – вдруг спросил толстый Гойл, держащий в руках две булочки и поочередно откусывающий от обеих. - Нет, моя мамаша против телесных наказаний. - Вот и молчи, - поддержал приятеля Крэбб. – Поттер начал кричать только после четвёртой розги. Я, например, когда меня отец порет, начинаю орать после второй. Гарри брел, сам не зная куда. Он хотел спрятаться и не слышать всех этих разговоров. Вот бы заснуть на месяц, а потом проснуться и ничего не помнить: ни унизительных процедур в лазарете, ни позора публичной порки. Выручай-комнаты больше не существовало. Она была уничтожена во время последней битвы с Темным лордом. Внезапно, Гарри понял, что вокруг больше никого нет. Он очутился в Слизеринских подземельях. Слизеринцы не имели привычки толпиться в промозглых коридорах. Они с комфортом располагались в огромной теплой слизеринской гостиной, или в своих комнатах. Вдоль стен стояли какие-то статуи. За одной из статуй Гарри заметил нишу с невысоким выступом, на который можно было присесть. Он с трудом пролез в нишу, сел, опять потревожив больные ягодицы. Во-от… Если сидеть, не двигаясь, то не так больно. Ничего, что здесь холодно, главное, народу здесь нет. Гриффиндорец опустил голову на колени. Перед глазами опять замелькали унизительные картины. Гарри тихо заплакал. Он с утра ничего не ел, да ещё эти клизмы. Гарри чувствовал нарастающую слабость. * * * Драко возвращался к себе. Когда он сбежал, чтобы не видеть наказание Поттера, Гермиона кинулась за ним. Они уселись в безлюдной библиотеке и вволю наговорились. Им нравились одни и те же книги. Драко читал Гермионе сонеты своего любимого Шекспира. Обоим нравились рубаи Омара Хайяма. Потом Гермиона стала рассказывать об Интернете, о компьютерах. Слизеринцу захотелось самому посмотреть на все технические чудеса магловского мира, и Гермиона пригласила Драко к себе домой на каникулы. За полчаса до отбоя они попрощались у входа в библиотеку и разошлись, чтобы не вызывать нездоровый интерес у гриффиндорцев. Драко был уверен, что его слизеринцы, исповедующие принцип невмешательства в чужие дела, не будут возмущаться, что их староста вдруг подружился с грязнокровкой. Другую девчонку Драко давно бы затащил в постель. Но это же Гермиона Грейнджер, девушка, с которой можно обсуждать любые сложные вопросы, девушка, которая тебя понимает. Слизеринец почувствовал, что испытывает к ней нечто большее, чем просто влечение. Чрезвычайно довольный он быстро летел по полутемному подземелью. И вдруг заметил миссис Норрис. Кошка неподвижно стояла перед одной из статуй, только хвост у неё дергался из стороны в сторону, что говорило о чрезвычайном недовольстве. Драко тихо подкрался и прислушался. Тихое прерывистое дыхание слышалось из ниши за статуей. Но там никого не было. Целитель прислушался к своим ощущениям. Боль в ягодицах, как от порки, слабость такая, что можно потерять сознание. Это… Поттер в мантии-невидимке? Что он тут делает? Малфой был сейчас слишком счастлив после общения с Гермионой, чтобы оставить гриффиндорца без помощи. Драко шуганул кошку и полез за статую. - Мистер Малфой, что вы там потеряли? - раздался знакомый язвительный голос. – Или после общения с гриффиндоркой вы лишились последних мозгов и сами не знаете, что делаете? Драко не стал отвечать на колкости крестного. - Там Поттер, он почти без сознания, - объяснил он. - Мордред, куда Минерва смотрит? – зельевар заклинанием отодвинул статую, пошарил в нише и стянул с Гарри мантию-невидимку. Гарри был в каком-то забытьи. Он чувствовал, что его куда несут, чувствовал приятный запах сухой полыни, но ему было всё равно. Снейп уложил юношу спиной кверху на диван в своём кабинете. - Мне надо снять с него штаны, - попросил Драко. - Драко, он наказан, его не положено лечить. - Но ему же больно! - Драко, это же Поттер. Негодяй, который обвинял тебя в убийстве кошки. - Крёстный, ему больно, значит и мне тоже. - Ты должен научиться абстрагироваться от больного… - Ну, ладно, потом научусь. Ну, крёстный, ну помоги мне, - ныл Драко. - Ладно, - Снейп осторожно расстегнул и стянул с Поттера штаны. – Не трать свою силу. Я помогу ему заклинаниями.. - Не надо, не бейте больше, - вдруг пробормотал Гарри. Снейп внезапно ощутил жалость к этому запутавшемуся ребёнку. Его выпороли первый раз в жизни и сразу публично. Сначала он чуть не лишился одного глаза, и его заклятый враг спас ему зрение. Теперь его высекли, и тот же самый враг хочет помочь ему. У Снейпа, как шоры упали с глаз. Перед ним был не сынок мерзкого высокомерного Джеймса Поттера, а обычный мальчишка, которому очень больно. Да-а, Филч потрудился на славу. Ягодицы Гарри были распухшими, покрытыми багровыми рубцами.Кое-где кожа была рассечена, и выступила кровь. Почему же Минерва хоть чуть-чуть не помогла своему студенту? Иногда светлые маги бывают очень жестокими. Снейп повторял и повторял древнее заклинание снятия последствий порки. Постепенно рубцы стали затягиваться. Гарри перестал чувствовать боль и глубоко вздохнул. Зельевар натянул на него штаны и перевернул на спину. - Целитель, диагностируй, - попросил он Драко. Слизеринец положил руку на лоб Гарри и закрыл глаза. - У него начинается неслабая простуда. Он ничего не ел. И как бы он нервной горячкой не заболел. Нервы никуда не годятся. Кто бы сомневался. Сначала мальчишку превозносят до небес, называют Избранным, Золотым мальчиком, последней надеждой Светлых сил. А когда парень не оправдал их ожиданий, он сразу стал никому не нужен. А ведь на магической дуэли с Темным лордом, Поттер сражался довольно долго, пока Повелитель не победил его. У ребенка сильный магический потенциал. Учить его надо было лучше. Кстати, об учёбе… - Драко, мне не нравится, что ты растрачиваешь свой дар на пустяки. Во многих случаях можно прекрасно лечить целительскими заклинаниями или зельями. А ты ленишься изучать заклинания. Привык везде использовать свой дар, лентяй. Так вот, пока Люциуса нет, я займусь твоим воспитанием. Завтра после ужина зайдёшь ко мне. Ты должен за день найти одно целительское заклинание, посложнее Эпискеи. - Но, крёстный, где я его найду? - Где хочешь, - Снейп говорил очень строго. – Ищи в библиотеке, обратись к мадам Помфри, хоть сам выдумай. Не подготовишь завтра заклинание, выпорю тебя ремнем и лечить не буду. И марш спать, отбой был сорок минут назад. Спокойной ночи. - Ну, ты же сам знаешь много целительских заклинаний, научи меня, - канючил Драко. - Нет, мой дорогой. То, что ты изучаешь самостоятельно, затрачивая усилия, всегда запоминается лучше. Иди спать. - А как же Поттер?. - Я пригляжу за ним. Марш в свою комнату и не забудь про заклинание! - Спокойной ночи, профессор, - вздохнул Драко и поплёлся в свою комнату. Да, если декан начнёт воспитывать, мало не покажется. Драко вспомнил, как в семь лет его пригласили на детский бал в поместье Ноттов. Ему очень нравилась девятилетняя сестрёнка Теодора, и он воображал, как пригласит её на танец. Размечтавшись, он безнадёжно испортил зелье, которое варил на занятии с крестным. Снейп сурово отругал его за невнимательность, а потом наябедничал отцу. Люциус пригласил сына в кабинет и спокойно объяснил, что отплясывать на балах – это не главное. Главное - получить знания, которые пригодятся в жизни. И в наказание оставил дома, запретив мальчику ехать на бал. А взять Маркуса Флинта! Драко был на четвёртом курсе, а Маркус, капитан их квиддичной команды, на шестом. Кроме квиддича, Флинта не интересовало ничего. Учился он на одни двойки. Да, нет, он не учился, он с тоской просто отсиживал уроки, глядя в окно и мечтая, как помчится на тренировку. Снейп вызвал его к себе. Через десять минут они вышли из кабинета зельевара и направились в больничное крыло. Скоро Флинт возвратился. Он был красный, как рак, и категорически отказался отвечать на вопросы, зачем Снейп отвёл его к мадам Помфри. На следующий день Флинт подошёл к Драко и попросил помочь ему разобраться с зельеварением. С подобными же просьбами о помощи в остальных предметах он подходил ко всем слизеринским отличникам. Через три недели Маркус исправил все двойки на тройки, а по зельеварению Драко вытянул его на четверку. Маркус сумел окончить школу и сейчас играет в одной из квиддичных команд высшей лиги. Тайну, зачем Снейп водил его в лазарет, и почему после этого он взялся за ум, он не открыл никому. Надо найти какое-нибудь малоизвестное целительское заклинание, иначе Снейп рассердится. А разозлить Снейпа опаснее, чем пытаться погладить соплохвоста. Ладно, утро вечера мудренее. Драко падает на кровать и засыпает. Ему снится Гермиона. Снейп принес из лаборатории особо сильное перечное зелье и успокоительное. - Поттер, выпейте, - он приподнял голову мальчишки и осторожно напоил его. - Спасибо, профессор, - шепчет Гарри. Он несколько минут лежит, потом пытается встать, от головокружения его сильно шатает. Зельевар подхватывает его и садится вместе с ним на диван. - Поттер, вы сегодня ели? – интересуется Снейп - Я завтракал. Но потом перед этим… ну…. мне мадам Помфри… э-э-э, - Гарри жутко краснеет. А, ну да, старое правило, что перед публичной поркой наказываемому ставят клизмы. Специальное дополнительное унижение, чтобы не сопротивлялся экзекутору. Говорят, раньше перед поркой даже клизмы делали публично на потеху толпы. Снейп щелкает пальцами и просит появившегося домовика Рамси принести немного теплого куриного бульона и кусок куриного мяса. - Мне надо идти, - пытается встать упрямый мальчишка. – Ведь уже отбой был. - Сначала поешьте, Поттер. Нельзя целый день голодать, - мягко говорит зельевар. И в голосе ненавистного преподавателя столько заботы, что Гарри внезапно утыкается в его черную мантию, пахнущую сухой полынью, и горько плачет. «Да-а, раньше только Драко выплакивал у меня на груди последствия Люцева воспитания, а теперь еще и Поттер. Этак моя репутация Ужаса подземелий потерпит крах, меня и Лонгботтом бояться перестанет» - усмехается про себя Снейп, крепко прижимая к себе рыдающего ребенка и гладя его по голове. Рамси приносит поднос с чашкой бульона, с куском курицы на отдельной тарелочке с листьями салата и двумя кусками хлеба. Гарри сначала неохотно, потом с аппетитом ест, подбирая всё до последнего кусочка. После успокоительного зелья он вовсю зевает. Снейп приносит плед, подушку и стелет на диване. - Ложитесь и спокойно спите, - властно говорит он. – И поверьте, больше с вами не произойдёт ничего плохого. Поттер хочет спросить, почему, но у него сами собой закрываются глаза. Снейп говорит что-то ещё, но Гарри уже крепко спит. * * * Гарри просыпается рано утром. Снейп уже встал. Он что-то пишет за своим столом. - Доброе утро, профессор, - говорит гриффиндорец. - Как вы себя чувствуете? - Вроде, нормально, - пожимает плечами Гарри и тут же несколько раз чихает. - Простуда не прошла, - констатирует зельевар. – придется вызвать мадам Помфри. Безотказный Рамси, получив приказ, исчезает и через мгновение появляется вместе с колдомедиком. - Ну, что случилось, Северус? – зевая, спрашивает она. – Ещё только семь утра. - Вчера Драко нашёл в наших подземельях Гарри Поттера, лежащего без сознания. Я, конечно, дал ему успокоительное и перечное зелья, но мальчик болен. Ты не хочешь забрать его в лазарет? Помфри, не скрывая брезгливости, осматривает Гарри. - Он просто немного простужен. Я не собираюсь забирать его в лазарет. Сейчас в лазарете никого нет. Почему я должна возиться с одним Поттером? Могу дать ему освобождение от занятий до следующей недели. Пусть полежит в гриффиндорской спальне. Поттер, вставайте и идите лежать к себе. Вот, возьмите перечное зелье. Пить утром и вечером. Вставайте, Поттер, вы мешаете профессору. - Поппи, дай ему освобождение от занятий. А в гриффиндорскую спальню я отведу его сам. - Да, пожалуйста, - она взмахивает палочкой, и на стол ложится бланк с её печатью. Мадам Помфри удаляется через камин. Гарри хочет встать. - Гарри, ты можешь воспользоваться моими туалетом и ванной. Всё остальное время ты будешь лежать здесь и пить мои зелья, а не эту патентованную дрянь. Сейчас иди, прими душ, Рамси принес тебе чистое белье. И ложись. Рамси принесет тебе завтрак. - Профессор, почему вы это делаете? - А ты не замечаешь, как резко изменилось к тебе отношение окружающих? Ты не оправдал надежд Ордена Феникса, ты пытался обвинить сына Министра Магии во всех смертных грехах, а Дамблдору сейчас не с руки ссориться с противоположной стороной. Наконец, тебя высекли, значит, ты неудачник, а неудачников гриффиндорцы не любят. - Но зачем вам надо… - Во-первых, каждому оступившемуся надо дать второй шанс. Во-вторых, я хочу, чтобы ты присмотрелся к нашему факультету и увидел, что ничего ужасного в отпрысках старинных аристократических семейств нет. И Драко не такой злодей, как ты его себе представляешь, - очень серьезно говорит Снейп. А в-третьих, и это главное, Повелитель очень интересуется Гарри Поттером. Он утверждает, что в будущем Гарри станет на два порядка сильнее Дамблдора, и требует, чтобы Северус приручил мальчишку. Вот только говорить об этом самому Гарри пока не стоит. Парнишка похож на бездомного щенка, который пойдёт за любым, приласкавшим его. Надо этим воспользоваться. Хотя и сам Снейп начинает симпатизировать гриффиндорцу. В мальчишке кипит энергия. Он кидается в разные авантюры, совершает ошибки и искренне в них раскаивается. И ведь паршивец на редкость удачлив. Он играючи выбирается из любых передряг. На Тремудром турнире погиб Седрик, а на мальчишке ни царапины. И сейчас, кошка чуть не ослепила его, но рядом оказался целитель Драко. Он ослабел и потерял сознание после порки, если бы он умер, его бы не нашли. Но, как по заказу, мимо проходил всё тот же Драко, который поистине с гриффиндорским тупым благородством, кинулся на помощь. Все прежние друзья отвернулись от парня, но появился Снейп, который повинуясь приказу Темного лорда, начал опекать мальчишку. А ведь Повелитель хочет приблизить к себе Поттера не только из-за его магической силы, но и из-за его… врожденной удачливости? Зельевар покачал головой. Непростая задача, приручить мальчишку, который все годы ненавидел и боялся Снейпа. Надо подключить Драко. Со сверстником Гарри легче найдёт общий язык. * * * Драко проснулся за полчаса до завтрака с неприятным чувством, что он не сделал какое-то домашнее задание. Потом он вспомнил о Снейпе, о целительском заклинании, которое надо выучить и прибыть с ним после ужина к декану в кабинет. Мерлин, неужели придется обратиться к мадам Помфри? Как ярый последователь Ордена Феникса она терпеть не могла сына Министра Магии. А тут он вдруг заявится к ней и попросит чему-то научить. Драко передернул плечами. Нет, лучше поискать в библиотеке. Обычно внимательный, Драко был так погружен в свои мысли, что не заметил ни отсутствия Поттера за гриффиндорским столом, ни серьезного разговора, который за преподавательским столом Снейп вёл с МакГонагалл. - Минерва, вчера мы с Драко нашли твоего Поттера у нас в Подземельях. Он валялся без сознания. - Надеюсь, ты сообщил мадам Помфри? - Сначала я сам помог ему. Минерва, мальчишка только что перенёс публичную порку! - Он получил то, что заслужил! - Несомненно! Но ты могла бы хоть немного облегчить ему боль, присмотреть за ним? - Пусть скажет спасибо, что его не исключили из школы, - сухо сказала МакГонагалл. – Северус, я не хочу говорить об этом поганце. Ты помог ему, ну и ладно. - Он пока полежит в моем кабинете, я пою его своими зельями. Помфри дала ему освобождение от занятий. - Хочешь возиться с ним? Пожалуйста. Мне всё равно. - То есть Ордену Феникса он больше не нужен? - Он бесполезен. Дамблдор тоже так считает. И давай закончим этот бесплодный разговор. Снейп ещё раз поразился бессердечности светлых магов, которые относились к Поттеру, как к оружию, не видя в нем человека. * * * На истории магии, которая была первой парой, все беззастенчиво дремали, скучившись на задних партах, только Гермиона остервенело строчила пером на первой парте. Драко тихо пересел к ней. Профессор Бинс даже глазом не моргнул, вещая о гоблинских войнах. - Герми, ты знаешь какое-нибудь целительское заклинание? - Эпискеи… - Нет, надо что-нибудь более серьезное. - Зачем тебе? - Снейп дал мне задание, выучить какое-нибудь серьезное целительское заклинание сегодня к восьми вечера. Не подготовлюсь, он меня по стенке размажет. Он говорит, нельзя растрачивать дар целителя на пустяки. Простые заболевания надо лечить заклинаниями и зельями. - Он совершенно прав! - Но мне проще использовать свои способности, чем учить какие-то заклинания. А он сказал, что теперь начнёт меня воспитывать, - капризно жаловался Драко. - Вот и хорошо. Такой избалованный аристократ просто нуждается в суровом воспитателе, - она нежно улыбнулась слизеринцу. - А ты бы не хотела заняться моим воспитанием? – шептал Драко, придвигаясь поближе. - Ты мне нравишься с третьего курса, - застенчиво призналась Гермиона. - И ты столько времени молчала? Вместо этого только сплошные подколки, идиотские шутки и подставы от вашей Золотой троицы! – возмутился Драко. - Тс-с-с. Нет больше никакой троицы. Я теперь сама по себе, и ты мне нравишься. Они сидели совсем близко. Драко потянулся к ней и поцеловал. Она неумело, но страстно ответила. - Молодые люди, - раздался тихий шёпот профессора Бинса. – Этим не занимаются на уроках. Мордред! Бинс, который никогда ни на что не обращал внимания, смотрит на них и улыбается. Драко и Гермиона отодвигаются друг от друга, а привидение продолжает рассказывать о войне гоблинов. Через некоторое время Драко опять придвигается ближе. - Так ты знаешь какое-нибудь целительское заклинание? – шепчет он. - Знаю одно. Только… - Гермиона краснеет. – Оно против боли в критические дни. - Герми, научи, - умоляет Драко. - У тебя, что, болезненные критические дни? – ехидничает она. - У меня Снейп, - мрачно отвечает Драко. - Погоди-ка, ведь Гарри знает с десяток целительских заклинаний, - внезапно вспоминает Гермиона. – Когда мы занимались в Армии Дамблдора, он пошел к мадам Помфри и специально изучил часто употребляемые целительские заклинания. Мы сначала вечно калечились, когда начали изучать боевую магию. А где Гарри? - У него освобождение от уроков. Он простужен, - не вдаваясь в подробности, объясняет Малфой. - Откуда ты знаешь? И Драко, не выдержав, рассказывает ей все события вчерашнего вечера. - И крестный сказал, чтобы я сегодня приготовил заклинание, иначе… - вздохнул Драко - А почему ты не хочешь пойти к мадам Помфри? - Она меня терпеть не может, я же поддерживал Волдеморта. - Да-а, тогда к ней лучше не соваться. Остаётся Гарри. Слушай, ведь ты ему вылечил глаз, у него долг перед тобой. - А в библиотеке никаких книг по целительству нет? - Нет, я точно знаю. - Вот незадача. И в библиотеку Малфой-мэнора сейчас не попадешь, отец на время поездки заблокировал камин и поставил мощные охранные заклятья на дом. Решено было навестить Гарри сразу после третьей пары. Третьей парой было как раз зельеварение. Драко попросил Блейза Забини задержать Снейпа в классе после уроков. И Блейз начал дотошно выспрашивать профессора зельеварения о существующих эликсирах молодости. Его мать, мол, попросила разузнать, какой эликсир считается самым лучшим. Хотя Изабелла Забини, имевшая в роду знаменитую итальянскую отравительницу Теофанию ди Адам,или даму Тофану, сама могла прекрасно сварить любое зелье. Снейп довольно терпеливо начал перечислять имевшиеся в продаже эликсиры. Блейз тщательно конспектировал. Драко с Гермионой выскочили из класса и рванули к кабинету Снейпа. Слизеринский староста, имевший свободный доступ в кабинет декана, коснулся двери, и они проскользнули внутрь. Поттер сидел на диване и глотал укрепляющее зелье, которое Снейп приказал ему выпить ровно в три часа. При виде Драко и Гермионы он подавился и раскашлялся. - Ну-ну, Потти, спокойнее, - Драко осторожно похлопал Гарри по спине. – Не бойся, я тебя не съем. - Гарри, всё хорошо, - Гермиона села рядом на диван. - Малфой, ты это… э-э-э… Прости меня, - в глазах Поттера появились слёзы. Драко почувствовал, что сейчас его враг разрыдается, и разговора не получится. - Поттер, не сметь рыдать! – рявкнул он, копируя Снейпа. И уже спокойно продолжил. – Я ведь тебе тоже вечно всякие пакости строил. Так что мы в расчёте. - Гарри, пожалуйста, помоги Драко, - попросила Гермиона. И Драко, не мешкая, изложил свою просьбу. - Когда я учился у мадам Помфри, я всё конспектировал. Но тетрадка в моём сундуке в гриффиндорской спальне. Тебе ведь нужно пока только одно заклинание? Хочешь, заклинание от последствий Сектумсемпры? Драко поёжился, вспомнив шестой курс и сражение с Поттером в туалете, а потом решительно сказал: «Хочу!» - Герми, помнишь ту книжку «Собственность Принца-полукровки»? Я сначала спрятал её в Выручай-комнате, а потом забрал назад. А ты увидела и отобрала её у меня. - Помню, она лежит у меня. - Ну, так отдай её Малфою. Там через три страницы после Сектумсемпры расписано контрзаклинание и нарисовано, как его колдовать. - Пошли, Драко! Гарри, не говори Снейпу, что мы здесь были! – Гермиона схватила Малфоя за руку, и они выскочили за дверь. Гермиона притащила потрепанный учебник Принца полукровки, и они с Драко закрылись в его комнате старосты. Гермиона трансфигурировала из подушки отвратного вида крысозуба, и Драко начал учиться. К ужину Драко до тошноты натренировался и в Сектумсемпре и в контрзаклинании Вулнера санентур. Теперь он валялся на кровати и рассматривал странную книгу. Внезапно его осенило. - Великий Мерлин! Это же учебник крестного! - С чего ты взял? - Ну, смотри, ты разве не узнаёшь его почерк? Девушка присмотрелась. Теперь и она узнала четкий строгий почерк Снейпа. - Опять же, Принц-полукровка. Его мать была из старинного магического рода Принцев, но когда она вышла замуж за магла, родичи отказались от неё. Поэтому, Принц-полукровка, - возбуждённо тараторил Драко. - А Снейп не будет ругаться, что ты используешь его заклинания? - Слушай, он приказал выучить любое целительское заклинание, сложнее Эпискеи. Понимаешь? Лю-бо-е. Да, и наколдуй опять крысозуба из подушки, он у тебя получается такой восхитительно мерзкий. Я с ним после ужина к Снейпу пойду. У меня такого отвратительного создания никогда не получится, я же эстет. Возмущенная Гермиона лупила его подушкой, Драко с хохотом уворачивался. Потом они целовались, лёжа на кровати. Драко расстегнул её блузку, Гермиона начала гладить увеличивавшуюся выпуклость в его брюках. - Драко, иди ужинать, - раздался голос Гойла, и в дверь застучали. – Драко, ты дома? - Да чтоб вас всех! – завопил возмущенный слизеринский староста. - Тс-с-с! Драко, надо взять у Гарри мантию-невидимку, тогда я смогу приходить к тебе ночью, - страстно шептала Гермиона. - Отличная идея, - обрадовался Драко. После ужина Драко храбро отправился в кабинет декана. Поттера не было, на диване лежал сложенный плед. - А где Поттер? – забеспокоился Драко. - В лаборатории, - Снейп кивнул на закрытую дверь. – Учится варить те зелья, которые он пропустил, пока был под арестом. Ты подготовил заклинание? У Драко мелькнула хулиганская мысль. - Нет, я ничего не нашёл. - Тогда снимай штаны, - Снейп достал из стола широкий ремень. - Эй, крестный, я пошутил! Погоди. Драко мухой метнулся в свою комнату и принес крысозуба, наколдованного Гермионой. Животное было под Ступефаем. - Где ты взял такое чудище? – брезгливо скривился Снейи - Это Гермиона наколдовала. - У девчонки извращенная фантазия. Держись от неё подальше. - Она мне нравится! - Смотри, Люциус узнает, тебе не поздоровится. Ладно, показывай своё заклинание. Драко отменяет Ступефай, потом на визжащем крысозубе демонстрирует Сектумсемпру и лечит его Вулнера санентур. Снейп задумчиво молчит. - Я не буду спрашивать, откуда ты вычитал эти заклинания. Но мне очень хочется получить свой старый учебник обратно. Он мне дорог, как память,- как-то печально говорит он. – Ладно, считай, что получил зачёт. Завтра подготовишь новое заклинание. - Опять? – вопит слизеринец. - Драко, пять заклинаний ты найдёшь сам. Остальным я тебя обучу. Не надейся, я от тебя не отстану. Простые болезни ты будешь лечить заклинаниями и зельями. Можешь быть свободен. И забери своё чудище. Крысозуб, фыркая, доедал «Пророк», который валялся на полу. На другой день Гермиона подлизалась к мадам Помфри. Девушка рассказала жалостливую историю о своём дедушке, который мучается от боли в руках в холодную погоду. Колдомедик научила её целительскому заклинанию, согревающему суставы и помогающему при артрите. Ликующая Гермиона принесла это заклинание Драко. Вечером гордый Драко продемонстрировал его Снейпу. Зельевар кивнул головой и коротко сказал: «Годится. Осталось ещё три». В пятницу Гарри, пока все были на уроках, надел мантию-невидимку и проник в грффиндорскую спальню. Сначала он нашёл заветную тетрадь с целительскими заклинаниями, потом собрал все учебники и взял с собой. Гарри сильно отстал от школьной программы и за выходные хотел нагнать класс. Возвращаться к гриффиндорцам ему не хотелось, благо Снейп его не гнал из своего кабинета, и никто его не искал. Слизеринцы постепенно прознали про Гарри, но ничего не говорили, тем более, что их староста не проявлял никакого беспокойства. Гермиона, взяв у Гарри мантию-невидимку провела ночь у Драко. Сначала они изучали целительское заклинание из тетрадки Гарри, потом занялись тесным изучением друг друга. В субботу за завтраком у обоих были одинаковые круги под глазами, припухшие губы и счастливое выражение лица. Снейп только головой покачал. Когда Драко сдал Снейпу пять целительских заклинаний, профессор принялся обучать его древним забытым целительским знаниям. Учились по старинному огромному фолианту. Драко смутно помнил, что в библиотеке Малфой-мэнора он видел такой же. При переломах можно было пить костерост. Но можно было воспользоваться заклинаниями. Для каждого перелома было своё заклинание, которое действовало мгновенно. Вообще, для каждого случая было своё заклинание. Заклинание от насморка с температурой отличалось от заклинания просто от насморка. Драко за голову хватался от такого разнообразия. Но Снейп жестко вдалбливал в него знания, сурово выговаривая при малейшей ошибке. Зато ночи были восхитительны. Они с Гермионой не могли насытиться друг другом и часто засыпали только под утро, пропуская завтрак. Хорошо, что бдительный Рамси притаскивал им еду прямо в постель. Гарри постепенно начал появляться на людях. Правда, гриффиндорцы объявили ему бойкот. Но Гермиона разговаривала с ним, а на занятиях всегда садилась рядом. Как-то Гарри услышал, как Джинни злобно орёт на Гермиону: «Как ты можешь с ним общаться? Да из-за него Рона выгнали! Мы все объявили ему бойкот, а ты идёшь против воли коллектива!» - Рона выгнали не из-за Гарри, а из-за собственной глупости, - спокойно сказала Гермиона. – И я не хочу быть, как все. С кем я общаюсь, это не твоё дело. И не смей на меня орать, а то я наложу на тебя Силенцио и уйду. Так прошёл почти месяц. Драко погрузился в изучение целительских заклинаний, Гермиона светилась счастьем, с Гарри никто не разговаривал. Дамблдор и МакГонагалл демонстративно не обращали на него никакого внимания. Зато Гарри часто по вечерам приходил к профессору Снейпу. Постепенно он привык к язвительному тону зельевара, и беседы с ним стали доставлять ему истинное наслаждение. Очень аккуратно Снейп стал рассказывать ему об идеях Темного лорда, о важности чистоты крови, о желании лорда сделать Хогвартс элитной школой для сильных молодых волшебников. Каждый раз Снейп интересовался самочувствием Гарри, заботливо спрашивал, не нужна ли ему помощь в уроках. Иногда юноша даже просил его объяснить непонятные места в учебниках, и зельевар спокойно объяснял без своих обычных колкостей. «А ведь Дамблдор вел себя не так, - вспоминал Гарри.- Он наливал мне чаю, подсовывал под нос лимонные дольки и начинал вещать про Волдеморта и мою роль в победе над ним. А обычной человеческой заботы я от него не видел». Часто Снейп был занят в лаборатории, и Гарри дожидался его вместе с Драко. Постепенно неловкость между ними сгладилась, и ребята начали общаться. Хорёк оказался приятным собеседником с разносторонними интересами и хорошим чувством юмора. Не зря интеллектуалка Гермиона проявила к нему неподдельный интерес. Теперь, когда рядом не было Рона, исходящего ненавистью к Малфою и постоянно капающего на мозги, Гарри стал иначе смотреть на многое. Он восхищался, с какой настойчивостью каждый вечер Драко учился целительству, терпеливо выслушивая разносы сурового Снейпа. - Профессор, вы так много занимаетесь с Драко, что мне тоже захотелось чему-нибудь научиться, - как-то признался Гарри. - С тобой очень хочет пообщаться Темный лорд, - огорошил его Снейп, и, предотвращая возражения Гарри, продолжил. – Он утверждает, что ты будешь сильнейшим магом современной Британии. Подумай над этим. Повелитель берёт себе в ученики только самых магически одарённых молодых. За всё время у него было только четыре ученика: Барти Крауч, Беллатрикс Лестрейндж и мы с Люциусом Малфоем. Гарри всерьёз задумался. Снейп перечислил действительно сильных волшебников. В магической силе Снейпа и Министра Магии сомневаться не приходилось. Барти Крауч почти год проходил под оборотным зельем, изображая Аластора Хмури. Беллатрикс… Гарри вспомнил, как она с легкостью перенесла его Круциатос при битве в Министерстве за пророчество. Честно говоря, Гарри сильно обижался на резкое и такое демонстративное пренебрежение Ордена Феникса, который раньше превозносил его до небес и заморочил ему мозги, называя Избранным. Чтобы стать Избранным, надо много учиться. Такой наставник, как Темный лорд… - Я подумаю, - сказал он Снейпу. * * * Как-то утром в субботу в начале февраля зельевар проверял контрольные работы, ставя оценки и рассыпая язвительные замечания красными чернилами. Внезапно в камине, который всегда был открыт только для семейства Малфоев, зашуршало, и из камина выпрыгнул Министр Магии собственной персоной. Одет он был в теплый полушубок из собольих шкурок, на голове странная меховая шапка с пушистым хвостом, на ногах унты. Даже в этом варварском наряде Его Превосходительство выглядел очень элегантно. - Что ты знаешь о законе Монтегро? – возбуждённо спросил Люциус. - Да ты в этой России совсем одичал, Люц, - расхохотался Снейп. – Не здороваешься, весь шерстью оброс. - А, извини. Здравствуй, Сев, - Министр Магии расстегнул полушубок и снял шапку. – Там очень холодно, особенно в Сибири. Так, что ты знаешь о законе Монтегро? - Закон, по которому чистокровный магический род обязан в определенное время обновить кровь рода союзом с сильной грязнокровкой. Был сформулирован Жаном Монтегро в семнадцатом веке. От такого союза рождается очень сильный маг. Монтегро разработал и методику расчёта того момента, когда требуется обновление крови. А почему тебя это интересует? - Сев, у них в магической России закон Монтегро возведен в ранг государственной политики. Ты знаешь, какие там сильные маги? Они все колдуют без палочки и невербально. У нас только Повелитель так может, ну и мы с тобой. И они утверждают, что это потому, что все аристократические семьи соблюдают закон Монтегро и вовремя обновляют кровь. У них чётко отслеживается рождение сильных грязнокровок. Только их там называют инокровки, - тараторил Его Превосходительство. – И я предоставил их ученым данные нашего рода Малфоев. Так, вот, они рассчитали, что Драко надо женить на грязнокровке. - Ты хочешь сделать это немедленно? – поинтересовался Снейп. Министр Магии наконец успокоился, сбросил полушубок и приобрел свой обычный надменный вид. - По традиции Малфои женятся сразу после окончания школы, - заявил он. – Сев, где мне раздобыть грязнокровку за оставшиеся полгода? Снейп молча налил бокал коньяка и передал его Люциусу, который непринужденно развалился в кресле. - Интересно, у нас есть семьи, которым известен закон Монтегро? - Я знал одну такую семью, - признался Снейп. – Его род четко соблюдал закон Монтегро. Именно он должен был жениться на грязнокровке. И он выполнил это. Брак по расчету. После рождения ребенка, они стали вести независимую личную жизнь. Тогда мы с Лили постепенно возобновили наши отношения. Джеймс морщился, но не возражал. - Что? Джеймс и Лили Поттеры? И Гарри… - Да, Гарри – плод их союза. - Но ведь он довольно слабый маг. - Люц, семнадцатилетний мальчишка два часа продержался против Повелителя! Ты в его возрасте сумел бы так? Ты и часа бы не выдержал. Кстати, Милорд хочет взять его в ученики. Я сейчас веду осторожную обработку паршивца. - А Орден курицы возражать не будет? - Он им больше не нужен. Наш Светоч добра решил избавиться от сломанного оружия. И зельевар рассказал обо всех произошедших событиях. - Высекли публично. Вот бедняга, - задумчиво говорил Люцикс. – И мой Драко вылечил ему глаз? Иметь в семье такого сильного целителя очень неплохо. А эту рыжую семейку Уизли давно надо депортировать. Или предложить Артуру выгодное место в Австралии. Он немного помолчал, потом залпом допил коньяк и вскочил. - Сев, мне срочно нужна грязнокровка для Драко! - Да успокойся ты. Одевайся, я тебе кое-что покажу. Они вышли на улицу. Возле озера на бревне, окутанная паром от согревающих заклинаний, сидела парочка. Юноша резко выделялся своими белыми волосами. Он наклонился к девушке, и они слились в страстном поцелуе. - Драко! А кто это с ним лижется? – близоруко прищурился Министр Магии. - Гермиона Грейнджер. Самая способная ученица Хогвартса. И грязнокровка, как ты и хотел, - усмехнулся зельевар. – Не забудь на свадьбу пригласить. Они возвратились в теплый кабинет, и Малфой опять плюхнулся в кресло. Снейп достал коробку Люцевых любимых шоколадных конфет и пододвинул к нему. - Внука назову Скорпиусом, - размечтался Его Превосходительство, поедая конфеты одну за другой. – Он будет посильнее твоего Гарри. Я-то помню Лили, магическая сила у неё была средней. Наша Гермиона намного сильнее будет. Снейп сидел на диване. Ему было хорошо. Люц не стал возмущаться связью Драко с грязнокровкой, а наоборот обрадовался. Скоро Гарри согласится стать учеником Повелителя, значит, приказ Милорда будет выполнен. Вероятно, в следующем учебном году Альбуса заставят уйти на пенсию, Снейп станет директором Хогвартса и начнёт переделывать учебный план по своему вкусу. Теперь можно подумать и о личной жизни. Есть у него хорошая близкая знакомая…