Show me where forever dies

Сколько помню себя, с родителями отношения не складывались. Отец, поляк, всегда пил. Не проходило и дня, чтобы он не распластался на полу в коридоре или где-нибудь еще, при этом неся какую-то чушь. Мать наркоманкой была. Да еще и каждый день она приводила домой нового клиента, в то время как я сидела, запершись в своей комнате и закрыв уши руками. Единственным спасением от всего этого была бабушка. Часы, проведенные с ней, навечно врезались мне в память. Ее тихий, убаюкивающий голос, рассказывающий какие-то сказки. Ее мягкие, теплые руки... Она была тогда важней всех для меня. А потом, когда мне было лет десять, она умерла. Разрыв сердца. За пару лет до этого погиб отец - его сбил грузовик. Я осталась с матерью. В это время к нам в школу пришел новый ученик - Марко. Он мне сразу понравился. Добрый, внимательный, общительный... Он был единственным, кто понял меня с первой же минуты нашего общения. Он не сказал мне ни единого плохого слова, даже когда узнал о моей семье, хотя обычно это всех отталкивало. Он поддерживал меня и даже смог заменить мне бабушку. С ним я чувствовала себя так же уютно. Когда мне было 15, я попала в тайную организацию. До сих пор помню, как это произошло. На меня напала кучка хулиганов, когда я возвращалась из школы по темноте. Мне тогда пришлось отбиваться от пяти здоровенных парней, а никто из прохожих даже не услышал криков о помощи, хотя улицы были довольно оживленными... И когда я совсем потеряла надежду на спасение, когда мои силы были на исходе, появился синьор Манцо. Он тогда разогнал этих придурков, а меня взял с собой. Он привез меня к себе, обработал раны, а потом предложил вступить в его организацию. Сослался на то, что я внушаю доверие. Я обещала подумать, а через пару дней дала свое согласие. Организация занималась наемными убийствами. Меня обучили самообороне, стрельбе и еще куче полезных вещей. После нескольких убийств я получила кличку «Змея». Там я познакомилась с Данте, сыном одного из подручных синьора Манцо. Он был на пару лет старше меня, но мы очень сдружились. Данте оказался великолепным человеком, пусть и состоящим в преступной организации. В 17 лет на его счету было уже несколько убийств. Марко ужасно взбесился, когда узнал, что я вступила в преступную банду. Это был первый раз, когда он повысил на меня голос. Он еще долго обижался, что я ему ничего не сказала раньше, но потом успокоился. Скорее, свыкся с этой мыслью. А потом он нашел себе девушку. Прекрасную, просто идеальную девушку. Элиза была очень милой. Если честно, мне всегда хотелось быть похожей на нее. Она никогда не унывала, а на жизнь смотрела оптимистично, в отличие от меня. Когда я говорила ей об этом, она лишь улыбалась и отвечала, что каждый идеален по-своему. Убийства стали моей профессией. Заказов поступало все больше, и на общение с кем-либо времени катастрофически не хватало. Но Марко с Элизой меня не бросили. Наоборот, мы даже сблизились за все это время. С Данте отношения тоже налаживались. В общем-то, жизнь моя после переезда в штаб организации стала только лучше. Я не видела мать, да и не особо хотела ее видеть. Хотя в какой-то степени я благодарна ей за все эти годы. Если бы не она и отец, я бы не встретила этих людей и не нашла эту работу. И... Думаю, я бы не попала сюда. Я пока не знаю, стоит относить это "перемещение" к плюсам или к минусам моей жизни, но, уверена, однозначный ответ тут дать невозможно. В любую секунду все ведь может измениться, верно? Жизнь - непредсказуемая штука... Габриэлла закончила свой рассказ так же внезапно, как и начала. Все удивленно смотрели на нее, боясь произнести хоть слово. Эта скрытная девчонка неожиданно раскрылась перед Вонголой, хотя хранители уже и не надеялись услышать ее историю. Ямамото осторожно спросил: — А как ты попала сюда? Ты помнишь что-нибудь? Тсуна поднял голову. В глазах впервые за несколько дней мелькнули какие-то эмоции, и присутствующие словно бы смогли увидеть частичку души девушки. В карих глазах Савады читался страх Змеи и просьба о помощи. Ее душа кричала, но лицо оставалось непроницаемым. Лишь глаза нервно блестели. — Ничего. Я помню события, произошедшие за день, два до этого, но ничего, связанного с днем перемещения, — спустя несколько секунд отозвалась Габриэлла. — Почему ты рассказала нам все это? — поинтересовался Реборн. Девушка поняла, что малыш всегда искал причины поступков. Она пожала плечами. А действительно, почему? Ее ведь даже никто об этом не просил. Она просто взяла и выдала всю информацию, все эмоции, накопившиеся за несколько лет. Она не могла разговаривать об этом с друзьями. Она не хотела жалости. Впрочем, они все понимали и без слов. А как же выплеснуть все эмоции, если даже не можешь все рассказать? Наверное, эмоции просто взяли верх над разумом. Но теперь, благодаря этому минутному порыву, Вонгола и Габриэлла стали чуточку ближе. Может, теперь все пойдет лучше? Чуть позже этим же вечером Реборн заглянул в комнату Савады. Босс Вонголы лежал на кровати, прикрыв глаза рукой. Аркобалено примостился на кровати рядом с Габриэллой и проговорил: — Я знаю, что нам с тобой делать. Короткая фраза заставила девушку мгновенно подскочить на кровати, да так, что она чуть не столкнула малыша. Даже не извинившись, она затараторила: — Что? Ты придумал? Как? Ну же, не томи! Отметив про себя, что девушка стала более эмоциональной, Реборн продолжил: — Я отведу тебя к Верде, аркобалено грозы. Он должен знать, как тебе помочь. Змея устало улыбнулась. Возможно, этот Верде все же найдет способ помочь ей выбраться отсюда. Но почему на сердце так странно тяжело?.. Отправиться к аркобалено грозы было решено на следующий же день. А чего тянуть? Габриэлле не терпелось либо свалить отсюда, либо поскорей приступить к тренировкам. В приподнятом настроении она вошла в кухню, где уже расположились все хранители. Поприветствовав их, девушка приготовила себе завтрак и уселась за стол. — Я смотрю, ты сегодня в хорошем настроении, — язвительно заметил Гокудера. Судя по виду, ураган Вонголы явно не выспался. Тсуна ухмыльнулся. — А я смотрю, кто-то сегодня встал не с той ноги. Если хочешь, можешь остаться в штабе, потеря незначительная, — в том же тоне отозвалась Змея. Хаято закипал от злости. Казалось, еще чуть-чуть, и из его ушей повалит пар. — Реборн, почему мы все должны тащиться с вами?! — вскипел Гокудера. — Вы же и вдвоем можете справиться! — Не спорь, Гокудера. Если я сказал, что едут все, значит, так и будет, — спокойно ответил аркобалено. Хранитель урагана скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, стараясь проделать в столе дыру взглядом. Через некоторое время Вонгола двинулась в путь. В общем-то, добрались они быстро, так что перейдем сразу к делу. ...На самом деле, Верде сказал, что не может вернуть Габриэллу в ее тело. — Как так? Мы что, зря тащились сюда? Ну уж нет, я так просто отсюда не уйду! — упрямо заявила девушка. — Делайте, что хотите, но я останусь здесь, пока не дождусь хоть каких-нибудь результатов! — с этими словами Змея гордо села на стул в углу комнатки. Пока Реборн и Верде о чем-то беседовали, она принялась разглядывать помещение, куда аркобалено солнца их привел. Вдоль стен стояло какое-то оборудование. В электронике и тем более физике Габриэлла разбиралась плохо (точнее, в школе она скатывала физику у Марко), так что понять, для чего предназначался тот или иной прибор, она не могла. Зато с интересом рассматривала маленькие и большие экраны, что были приделаны ко всем этим приборам. Какие-то из них не горели, где-то были помехи, на некоторых был выведен различный пейзаж: то подводный мир, то лес, то еще что-то. От этого "интересного" занятия пришлось отвлечься, когда аркобалено грозы подозвал Тсуну к себе. Савада покорно подошел к малышу с зеленой пустышкой. — Юная леди, кажется, у меня есть кое-что для вас, — на этой фразе глаза Тсуны загорелись радостным огоньком. — Не спешите так радоваться! Я не смогу вернуться вас обратно, зато могу немного... хм, как бы так выразиться... ах, да! Немного изменить ваше тело, — Верде хитро улыбнулся, заметив замешательство Габриэллы. — Изменить тело? — удивилась девушка. — Это как? Верде сделал знак следовать за ним. Бросив недоверчивый взгляд на Реборна, Габриэлла прошла за аркобалено грозы в соседнюю комнатку, чуть меньше первой. Вдоль стены был ряд каких-то приборов самой разной величины, но в центре стояло огромное сооружение. Оно было похоже на капсулу, только рядом еще стояла приборная панель. — Проходи внутрь, — скомандовал малыш. С недоверием косясь на Верде, Змея вошла в капсулу. Внутри было безумно тесно, и Тсуне пришлось сжаться. — Расслабься. Постарайся ни о чем не думать. Лучше, если закроешь глаза, — Габриэлла прикрыла глаза, проклиная аркобалено и Вонголу. — Сейчас появится яркая вспышка, так что не открывай глаза, пока я не скажу. Может появиться неприятное ощущение, но это пройдет... со временем, — последняя фраза немного напугала девушку, но она постаралась все сделать так, как сказал маленький ученый. Закрыв глаза, Габриэлла постаралась выкинуть все мысли из головы. Только она успела расслабиться, как яркая вспышка света появилась из ниоткуда. Если бы глаза были открыты, Тсуна бы точно ослеп. Как и сказал Верде, в теле появилось какое-то неприятное ощущение. Появилось легкое покалывание во всем теле, будто миллионы маленьких иголочек разом воткнулись в кожу. Через несколько секунд яркий свет исчез, и раздался голос аркобалено: — Открывай глаза и выходи, только осторожно. Вторую половину фразы Габриэлла не поняла, пока не вышла из капсулы. Приборы вокруг закружились в бешеном танце, и Савада чуть было не упал, но кто-то вовремя его подхватил. А потом - сплошная темнота... Габриэлла очнулась в кровати Тсунаеши. В комнате царил мрак. Девушка с трудом повернула голову и взглянула на часы: 02:30. Вздохнув, Змея попыталась приподняться, но вновь обессиленно упала на постель. Казалось, та странная капсула выкачала из нее все силы. А еще жутко хотелось пить. Во рту была настоящая пустыня, не хватало только песка. Собрав остаток сил, Габриэлла снова попыталась встать. Опираясь на стену, девушка прошла к письменному столу, на котором стояла бутылка воды и стакан. Отбросив крышку, Змея принялась пить прямо из горла. Выпив не меньше половины, девушка, наконец, поставила бутылку на стол. Все тело ужасно болело. Не чувствуя ног, Савада подошел к шкафу и приоткрыл дверцу. Взглянув в зеркало на двери шкафа, Габриэлла ахнула. На нее глядела девушка. Миниатюрная, с взъерошенными после сна русыми волосами и большими бронзовыми глазами. Футболка Савады свободно болталась на хрупком тельце, как платье. — Что произошло?.. — спросила у пустоты девушка. До ее сознания медленно доходило произошедшее. Так вот что значили слова Верде о "небольших" изменениях тела! Вот почему все ужасно болит! Сердце Змеи учащенно билось. Она не знала, стоит ли верить своим глазам, или же все это - просто сон? С неподдельным удивлением на лице Габриэлла добралась до кровати и упала на подушку, сразу же отключившись. — Габриэлла, вставай, — Реборн ткнул в плечо девушки чем-то маленьким. Как оказалось потом, он просто легонько ударил ее ножкой. — Реборн, что происходит? — промычала Змея, не открывая глаз. — Встань и увидишь, — отозвался аркобалено, спрыгивая с кровати. Габриэлла, сонно потянувшись, сползла с кровати. Мельком глянув на часы, она заметила, что проспала до полудня. Подойдя к шкафу, она открыла дверцу и взглянула в зеркало, желая убедиться, что все произошедшее ночью не было сном. Не сон. В гладкой поверхности зеркала отражалась юная особа лет пятнадцати. Русые волосы неаккуратно лежали на плечах и опускались чуть ниже лопаток, а карие, отливающие бронзой глаза с удивлением глядели на Габриэллу. Чуть вздернутый маленький носик, розовые тонкие губы. — Верде хорошо справился со своей работой, — заметил Реборн, оглядывая новое тело Габриэллы. Девушка молча разглядывала себя, приоткрыв рот. Она даже ущипнула себя, чтобы окончательно поверить, что все это - не сон. С трудом оторвав взгляд от своего отражения, Габриэлла спросила: — Как он это сделал? — голос дрогнул. — Верде - ученый. Он и не на такое способен, — улыбнулся Реборн. — Одевайся и иди завтракать. Нужно бережно относиться к этому телу, тебе еще с Бьякураном сражаться, — с этими словами малыш вышел из комнаты. Змея осталась наедине со своими мыслями. Теперь нужно было найти подходящую одежду. Ничего женского, конечно, у Тсуны не было, поэтому пришлось надеть какую-то светлую футболку и джинсы, которые пришлось потуже затянуть ремнем. Быстро прикинув, где можно добыть женскую одежду, Габриэлла решила после завтрака отправиться к Хром - по телосложению хранитель тумана была более или менее похожа на женское подобие Савады. Вдохнув поглубже, девушка вышла из спальни и направилась на кухню. Только сейчас она поняла, как сильно проголодалась. Подгоняемая желанием хорошенько поесть, Габриэлла добралась до кухни быстрее обычного. Толкнула дверь, прошла внутрь и... увидела Вонголу в полном составе. Все взгляды сразу же устремились на девушку. — Обалдеть, — выдал после долгой паузы кто-то из хранителей. Судя по голосу, это Ямамото озвучил мысли всех присутствующих. — Так значит, у нас теперь босс - девушка? — недовольно отозвался Гокудера. Габриэлла проигнорировала слова хранителя урагана, предпочитая не начинать словесную перепалку. — Габриэлла-сан, вам, наверное, нужна женская одежда... — подала голос Хром. Змея сразу же повернулась к туману Вонголы. — Хром, одолжи Габриэлле что-нибудь свое, — попросил Реборн. Докуро кивнула. В последующие несколько минут Вонгола наблюдала, как их "новый" босс ест. Точнее, просто сметает еду с тарелки. — Не думал, что девушки едят ТАК много, — заметил Хаято, косясь на Змею. Та лишь злобно взглянула на него и продолжила уплетать свой завтрак. — Да ладно тебе, пусть ест, она столько всего пережила за эти два дня! — весело ответил Такеши, хлопая друга по плечу. Девушка улыбнулась. Веселый голос Ямамото вселил в нее надежду, что не все еще потеряно. Кажется, отношения между Змеей и Вонголой постепенно налаживаются. А значит, дальше все пойдет еще немного проще, и они на шаг приблизятся к победе. А то, что это будет именно победа, Габриэлла не сомневалась. Она вообще редко в чем-то сомневалась. Нужно идти до конца. До победного конца.