Show me where forever dies

День начинался прескверно. Сначала сообщение Бьякурана, затем спор с Занзасом. Собственно, весь ужас дня состоял как раз в этом споре. Голос в голове девушки долго орал о том, что еще не поздно отказаться и сказать, что она пошутила. Этот самый голос уже не раз удивил Габриэллу (откуда это в ее голове мужской голос?), но проигрывать этому самому "глюку" не хотелось, равно как и боссу Варии. Именно поэтому она сейчас стояла перед Занзасом, сжимая в руках пистолеты, и на ходу придумывала план действий. Парень ухмылялся, разглядывая задумчивое лицо Эллы и, кажется, не спеша нападать. — Начинай, — произнес он. Габриэлла поняла: он знает, что делает. И он уж точно не намерен проигрывать. В общем-то, девушка и сама не готова была оказаться побежденной. Поэтому, сдвинув брови, она решительно открыла огонь по противнику. Сначала одним пистолетом, намереваясь узнать о технике ведения боя Занзаса, чтобы оставить больше сил на использование сразу двух. Шатен же только старался целиться в те части тела, повреждение которых не будет стоить девушке жизни. Все-таки, то, что попала она в тело десятого Вонголы, чистая случайность, и сама Габриэлла к этому не причастна, так что можно ее и пожалеть. Пожалеть, но не дать победить. Наконец, почувствовав, что готова, девушка отскочила на приличное расстояние от Занзаса и зашла за одну из мишеней. Сердце учащенно билось, а внутренний голос настойчиво твердил, чтобы она поторапливалась: Занзас не будет долго ждать. Глубоко вдохнув, Змея сосредоточилась на оружии, выкидывая из головы посторонние мысли. Так, две руки, два пистолета, два направления пламени... Пистолеты охватило пламя, и в этот момент перед Габриэллой предстал босс Варии. Шатен довольно ухмылялся, радуясь, что загнал девушку в угол. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Элла выстрелила. Парень ловко увернулся от атаки и, молниеносно оказавшись рядом со Змеей, прижал ее к стене. Одной рукой он держал ее запястье, предварительно выбив из ее руки пистолет, другой же прижимал оружие к горлу. — Сдавайся, маленький босс, — медленно проговорил Занзас. В глазах его словно бегали маленькие дьяволята, уже предвкушающие место руководителя операции. — Ни за что, — прошипела Змея. В золотистых глазах сверкнула искорка, всего на одну секунду. Тогда Элла быстрым движением подняла свободную руку, в которой все еще сжимала оружие, и выстрелила в пистолет противника, приставленный к ее горлу. Пистолет выскочил из руки Занзаса, а сам шатен отпрянул назад, пораженный неожиданным действием девушки. Воспользовавшись его замешательством, Габриэлла навалилась на парня, повалив того на пол. Обезоружен. Упираясь коленом в живот противника, Элла приставила ему пистолет к горлу - как минуту назад это сделал он - и, победно улыбаясь, проговорила: — Ты проиграл, Занзас. Стоит тебе пошевелиться, и я прострелю тебе горло, — говоря это, девушка не опускала пистолет. — Теперь ты обязан подчиниться. — Я помню наш уговор, и я всегда выполняю свои обещания, — зло сверкнул глазами босс Варии. — А теперь слезь с меня и убирайся к черту! Довольно улыбаясь, Габриэлла поднялась и, подобрав второй пистолет, побрела к выходу. Тогда Занзас схватил оружие и направил дуло пистолета на девушку. Та, остановившись, но не оборачиваясь, сказала: — Стрелять в спину? Как низко, — последние слова она словно выплюнула. Занзас крепче сжал оружие, но все же опустил руку, тихо чертыхнувшись. Габриэлла, уже подойдя к двери, бросила: — Спасибо за тренировку, — и вышла. Прямо около двери ее поджидал Спаннер. Ничего не сказав, он схватил девушку за запястье и куда-то потащил: судя по направлению, в свободный зал. — Что случилось? — чуть не кричала Элла, пытаясь высвободить руку, но все же покорно шла вслед за механиком. Тот молча пихнул босса в дверной проем, после чего вошел сам и закрыл дверь. Девушка недовольно посмотрела на блондина. — У меня есть кое-что для тебя, — с этими словами Спаннер вытащил из большого кармана куртки коробочку с гербом Вонголы. Оценивая размеры небольшой коробки, Змея раздумывала, что может быть внутри. — Открывай, — блондин пихнул коробку в руки босса. Габриэлла покорно подняла крышку. Внутри ровным рядом лежали пули. Казалось бы, зачем нужно еще больше, если Спаннер снабдил достаточным запасом патронов? Девушка удивленно изогнула бровь. — Да-да, я в курсе, что у тебя уже целая куча пуль. Это немного другое. В общем, смотри. На них влияет положение пистолетов. Придется использовать сразу два (а я знаю, у тебя с этим сложности), но это того стоит. Мы не знаем силы Бьякурана, поэтому нужно быть готовым ко всему. Короче говоря, с помощью этих пуль ты сможешь поглощать пламя противника. Достаточно лишь скрестить пистолеты и выстрелить в своего врага. Должны выходить лишь светло-оранжевые лучи твоего пламени, которые затем перенимают цвет поглощаемого. При поглощении пули не тратятся, зато потом их можно использовать – уже с чужим пламенем. Тебе нужно будет это на ком-нибудь опробовать… — Спаннер не закончил, так как Элла его перебила: — То есть, ты еще не знаешь, подействуют ли они?! — воскликнула девушка. — А что, если пуля все-таки вылетит? Нам нельзя терять хранителей! — Не вылетит. Я все продумал. Объяснять это долго, но на чертежах все видно. Они могут не сработать, но уж точно останутся в магазине. Габриэлла удовлетворенно кивнула. Спаннер уже доказал, что среди механиков вряд ли найдутся равные ему. А если так, то ему можно доверять. — Попробуй поэкспериментировать с выстрелом из разных положений. Может, обнаружишь что-нибудь. После этого блондин удалился, оставив Эллу одну в огромном зале. — Что ж... Поэкспериментировать? — задала вопрос в пустоту девушка. Вставив новые пули в пистолеты, Элла встала в центре зала. Перед ней в ряд стояли мишени, но целиться в них она не спешила. Напротив, она направила оба пистолета вниз. Поставив ноги на ширину плеч, она постаралась принять как можно более удачное положение тела. Наконец, замерев, она воспроизвела в памяти кадры из фильма. Когда Спаннер сказал "поэкспериментировать с разными положениями", в голове девушки сразу нарисовался образ Тони Старка из "Железного человека". Поэтому сейчас, опустив руки с оружием вниз, она направила всю энергию в пистолеты и выстрелила. Габриэллу подбросило вверх, но она очень быстро "приземлилась" - если это можно назвать приземлением, конечно. Удобное положение тела тут мало чем помогло: девушку подняло вверх, но, как только пламя перестало выходить из дула пистолета, она сразу же упала на жесткий пол. Правда, теперь Змея знала, что, если направить оружие вниз, она "подлетит". Встав и решив исправить оплошность, девушка вновь встала поудобней и выстрелила. На этот раз она удерживала спусковой крючок, что, таким образом, не давало пламени вернуться обратно в пулю. Полет нельзя было назвать особо удачным (девушку кидало из стороны в сторону - кому такое понравится?), зато теперь Габриэлла опытным путем убедилась, что "функция полета" ей также доступна. Продолжая таким образом улучшать свою технику полета, девушка не заметила, как быстро пролетело время. Да и как заметить, если часов в зале нет? Ориентируясь лишь на природные часы (хотя, скорее, на усталость и урчащий желудок), Габриэлла решила подкрепиться. Убрав пистолеты, Змея вышла из тренировочного зала и пошла по направлению к кухне. Дойдя до пункта назначения, девушка мельком взглянула на окно и, заметив, что уже начинает темнеть, поспешила перевести взгляд на часы: половина десятого вечера. "Поздний ужин ни к чему хорошему не приведет", — быстро пролетела случайная мысль. Впрочем, Элла быстро ее отогнала: только сейчас девушка заметила, как сильно болит ее голова. Столько свалившихся на голову событий за один день... Тут кто угодно устанет! Приготовив легкий ужин, девушка отправилась в свою комнату. Жутко хотелось спать. Ноги ужасно болели, но Габриэлла старалась не обращать на это внимания - это лишь с непривычки к таким нагрузкам. Все же, ее старые тренировки сильно отличались от этих: раньше не нужно было распределять пламя на оба пистолета, нужно было лишь сконцентрироваться на своей цели и стрелять. Но это другой мир, а значит, другие возможности. Габриэлле хватило сил лишь упасть на кровать. Накинув на себя одеяло, девушка закрыла глаза. Рука нащупала телефон на прикроватной тумбе. Нажатие какой-то кнопки; яркий свет экрана больно ударил по глазам. 1:15. Сон никак не шел, хотя чувствовалась сильная усталость. Боль в ногах уже не так остро ощущалась, поэтому Габриэлла, вопреки своим запретам (или рекомендациям, как она их назвала), вылезла из постели и, нацепив первую попавшуюся под руку одежду, вышла из комнаты. Шаги эхом отдавались от стен коридора. Электрические лампы на потолке иногда мигали. Атмосфера создавалась немного пугающая, но именно это и было прелестным. Нарушение своего собственного запрета всегда было для Габриэллы непозволительным, но сейчас она понимала, что иногда можно позволить себе вольность, тем более тогда, когда никто этого не видит. В любом случае, сейчас она всерьез обдумывает важную проблему, решением которой она в скором времени должна поделиться с остальными. Мыслительный процесс нарушил тихий голос выступившего из-за поворота юноши: — Кажется, кто-то рекомендовал обойтись без полуночных прогулок, — усмехнулся Хибари, скрещивая руки на груди. — Я имею полное право упрекнуть тебя в том же самом, — отозвалась Элла, прислоняясь плечом к стене и разглядывая бодрого парня. — У меня бессонница, — спокойно объяснил причину своих ночных похождений Кея. — У меня тоже, — в том же тоне ответила девушка. На секунду повисло молчание, вновь нарушенное молодым человеком: — Ты боишься? Страх. Что это? Впервые за долгие годы кто-то спросил Змею, боится ли она. Спросили ту, кто добровольно вступил в частную организацию, где нет места страху. Либо ты перебарываешь свой страх, либо погибаешь. Остановишься хоть на секунду, и тебя уничтожат. Хотя нет. Спрашивали уже не Змею, а Габриэллу. Совсем юную девушку, что в душе все еще боится даже темноты. Вновь вспомнился страх перед смертью, перед чужой смертью. Тот самый, который ей пришлось преодолеть в том далеком году. Тот самый, что заставил ее рыдать в подушку несколько ночей подряд. Змея его преодолела, но Габриэлла... Забыла ли она его? И сейчас, стоя перед ожидающим ее ответа Хибари, она не знала, что говорить. Руки предательски дрожали, но ни Элла, ни Кея не обратили на это внимания. Они смотрели друг другу в глаза, и брюнет ясно видел все, что отражалось в зрачках его собеседницы. Не зря же говорят, что глаза - зеркало души. — Нет... Я не боюсь, — Габриэлла старалась казаться твердой. Голос сорвался на последнем слове, но парню и без того было понятно ее душевное состояние: она безумно боялась. — Что ж, похвально... — юноша сделал вид, будто ничего не заметил, но оба понимали: ничего не скроешь. — В любом случае, можешь не беспокоиться: уверен, малыш найдет способ вернуть тебя обратно, когда все это закончится, — равнодушно заметил брюнет. — А закончится ли это? — опустив голову, тихо проговорила девушка. Казалось, что все эти тренировки и подготовки к сражению вечны. — Все когда-нибудь кончается, — махнул рукой Хибари. — Тогда покажи мне, где кончается вечность, — подняла голову Элла, заглядывая собеседнику в глаза. Тот немного опешил, но виду не подал. Девушка вздохнула. — Ладно, Кея, иди спать. Завтра нам всем предстоит тяжелый день. С этими словами она развернулась и пошла по коридору в сторону своей комнаты. На этот раз Габриэлла была уверена: у нее получится заснуть. Будильник, неизвестно как оказавшийся заведенным, прозвенел ровно в семь утра. Трель недолго разносилась по спальне: высунув из-род одеяла руку, Габриэлла выключила назойливый предмет. Провалявшись в постели чуть больше минуты с закрытыми глазами, девушка решила, что пора вставать. Как бы то ни было, будильник прозвонил не зря, а значит, ее ждут "великие дела". Отведя себе на сборы сорок минут, девушка прошла в ванную. Освежившись под прохладными струями воды, из ванной комнаты Элла вышла уже готовой покорять все вершины. Одевшись и захватив с собой оружие, Змея вышла из комнаты и побрела к кухне. Завтрак выдался... веселым. И, пожалуй, запоминающимся. На кухне, когда туда вошла Габрилла, уже сидели Занзас, Леви-А-Тан, Фран, Бельфегор и Гокудера. А если в одной комнате собираются несколько членов из разных семей, жди беды. Начиналось все "невинными" шуточками: Фран лишь немного освежил принца, добавив тому в кофе перец. Эффект поразительный: до того находящийся в полусонном состоянии Бельфегор подскочил на стуле. После этого, правда, во Франа полетели стилеты и всевозможные столовые приборы, включая и чашку злополучного кофе. Думаете, этим все и закончилось? Когда одна из ложек случайно попала в Занзаса, началась настоящая битва. В основном это была битва между боссами семей: Занзасом и Габриэллой. Вчерашнее поражение еще не было забыто, и на фоне детских игр подчиненных разгоралось настоящее сражение. В ход пошли не только вилки и ложки, но и пистолеты. Впрочем, закончилось все довольно быстро: Элла, скрестив пистолеты и направив их вверх, положила конец сражению. Когда она выстрелила, вокруг нее образовался полупрозрачный шар из оранжевого пламени. Все хранители, увидев это, сразу успокоились: всем было интересно, что произошло. Собственно, это интересовало и саму обладательницу оружия. Как только она опустила пистолеты, щит исчез. Воодушевленная открытием, она, забыв о завтраке и о том, что хотела бы высказать варийцам, умчалась в тренировочный зал. Хранители, последовав ее примеру, оставили разгромленную кухню и ушли по своим делам.