Глаза оттенка крови

      На утро я не услышала никаких аппаратов. Врачи, которые обычно ходили мимо моей палаты, куда-то исчезли. Через стекло в коридор я увидела Дилана. Он прошел мимо палаты. Причем, так быстро и напряженно, что я почти не успела это понять. Странный. Мое любопытство взяло верх надо мной, и я, встав с койки на холодный пол, открыла дверь из палаты. Я высунула голову и увидела Дилана. Но он был не один. Он стоял с девушкой, и... Отчитывался перед ней. Я смогла уловить кое-какие его слова: — Прости меня. — он выглядел отчаянным, хватался за свои волосы и трогал плечи незнакомки. — Я всегда срываюсь на близких мне людей. Мне плевать на эту Даллас, мне нравишься ты.       После сказанного, брюнетка улыбнулась и прильнула к его губам, обнимая за спину. Я быстро закрыла дверь и легла в кровать. Лицом я уткнулась в подушку. Через минуту она уже пропиталась слезами.       Почему он врал, что испытывает ко мне что-то? Почему он не сказал сразу, что я не нужна ему? Парням обязательно надо поиграть с сердцами девушек, прежде чем разбить их? Я не понимаю, чем я это заслужила...       Всхлипы прекратились, когда я услышала, что кто-то открыл дверь. Я быстро смахнула слезы рукой и перевернулась на бок, к окну. Сзади послышались медленные шаги. Блондин сел на краю койки и начал поглаживать мою ногу. — Почему ты плакала? — спросил он обескураженно. — Уйди. — холодно отрезала я и убрала ноги от его рук.       Дилан вздохнул и встал с койки. Обойдя ее, он подошел к моему лицу и присел на колени, рассматривая мое лицо. Ладонью он вытер оставшиеся слезы. Я закрыла глаза и по щеке вновь покатилась слеза. Дилан все еще сидел рядом. Он уже убрал ладонь, но не переставал смотреть. Минут пять он просто смотрел на меня, а я не в силах была выдавить из себя и слова. Тишина начала давить на мозг. — Ты плакала потому, что услышала этот разговор? — он убрал локон волос с моего лица.       Да. — Нет, — отвечала я, как можно спокойнее. — Хотя, знаешь... — я поднялась с кровати, стараясь не терять самообладание и не плакать еще больше. — Да, именно. Ты сказал, что я тебе нравлюсь, а потом целовал ее. Я не хочу общаться с тобой. Даже если я все еще испытываю к тебе что-то, хоть и знакомы мы слишком мало, но я не хочу это продолжать. Не хочу больше знать тебя и твои лживые слова. Уходи.       Дилан сидел с ошарашенным и опечаленным одновременно лицом. Он опустил глаза в пол и встал с коленей. Подойдя к двери, он кинул мне взгляд, а потом тихо сказал: — Не делай глупостей, Даллас.       Дверь закрылась. Я упала на подушку и смотрела в потолок. Поток слез не прекращался, и голова уже начала трещать.       Я хочу уйти отсюда, чтобы ничто не напоминало мне об этом ужасном месте.