Глаза оттенка крови

      Открыв утром глаза, я не поторопилась одеваться или делать что-то еще. Я просто лежала с открытыми глазами и смотрела в пол. До сих пор не верилось, что я больше не услышу нервные крики сестры о том, что она не успевает на работу...       Собрав свои силы, я перестала углубляться воспоминаниям и встала с кровати. Посмотрев на часы, я вскрикнула: — Твою мать! — но потом я вспомнила одну немаловажную вещь. — Господи, сегодня суббота.       С этой мыслью я свалилась обратно на подушки. Укутавшись в одеяло и пытаясь заснуть, я осознала, что сон мне все равно не светит.       Поэтому я сползла с постели и поплелась в направлении к ванной. Я почистила зубы, а потом выпила успокаивающее, чтобы хоть немного держать себя в нормальном состоянии.       Я вспомнила о Лесли, когда вышла из ванной комнаты и посмотрела на телефон, лежащий в углу. Интересно, где она сейчас? И если я ей позвоню, она не потеряет самоконтроль?       Быстро набрав её номер, долго еще были слышны гудки. От этого тревожные мысли лезли в голову, но спустя несколько секунд, я услышала знакомый сонный голос: — Да, алло. — еле слышно прошептала она. — Привет, Лесли. — я улыбнулась. — Может, прогуляемся? — Только через час, мне нужно собраться с силами и встать. Я приеду. — и вновь гудки.       Она вела себя так, будто ничего не случилось. Будто даже не помнила этого всего. Бывает ли у вампиров так, что они не помнят своих жертв?       Я оделась по погоде — джинсы и свитер, а на ноги обычные конверсы. За окном было прохладно, скорее всего, будет даже дождь.       Остальное время я потратила на уборку своей комнаты. Я давно не убиралась, поэтому решила, что это будет полезным, и заодно убью время. Но мне все еще было больно от тех фотографий, что я расставила на комоде. На них я и Молли улыбаемся, или едим мороженое, или маленькие стоим на пляже...       От воспоминаний меня отвлек стук в дверь, поэтому я поспешила её открыть. Лесли надела белое кружевное легкое платье, и поверх джинсовую недлинную куртку. Если бы не её нездорового цвета лицо, она бы выглядела идеально. — Куда идем? — спросила я, боясь, что моя подруга причинит мне вред. — Помнишь летнее кафе, в котором мы были семь лет назад? — с улыбкой спросила Лесли, и я моментально вспомнила это место, уютное и уже успевшее стать родным. — Серьезно? Его, кажется, уже снесли. — А вот мы и проверим.       Как будто ничего и не было, мы с Лесли все так же болтали о разных неважных вещах. Задевали каждую тему, кроме той самой, когда подруга потеряла самообладание. Кажется, она действительно этого не помнила.       Мы остановились перед тем самым кафе, явно не блещущим новизной. Под красно-белым козырьком был вход, и мы поспешили зайти внутрь. Я, конечно, не ожидала увидеть чего-то сверхнового, но хоть каких-то обновлений ждала.       Даже спустя семь лет здесь ничего не изменилось, кроме работников, все так же приветствующих посетителей с радостными улыбками. Помню, в детстве нас обслуживала девушка по имени Линда, и, к счастью, в тот день она все еще была там.       Она приняла наш заказ и ушла, предварительно записав, что я буду кофе и шоколадный кекс, а Лесли воду с лимоном. У неё больше не было чувства голода, человеческая еда была отныне не для неё.       Я знала об этом, но мне очень хотелось спросить её об этом саму. Лесли поймала мой интересующийся взгляд и её взгляд потемнел. — Я знаю, что ты хочешь об этом знать. И я готова тебе рассказать...