Двуликий

Звон будильника привычно рассекает мои сны. Вытянув руку из под одеяла, я выключаю его и меня тут же утягивают обратно руки Ланса. Знакомое поглаживание груди и живота, крепкие объятия, легкий поцелуй за ушком. – Доброе утро, Джо. – шепчет за спиной муж. – Доброе. – сонно отзываюсь я. – Тебе сегодня на учебу? – Да. – Тогда вставай. – Не хочу. Ты вставай на работу. – Пока ты лежишь, мне вставать совсем не хочется. – И как мне встать, если ты меня держишь? Объятия ослабли и я смог перевернуться на спину, потерев глаза. Мой муж мягко поцеловал меня в губы и встал, потянувшись. Делать нечего и я сел, пытаясь проснуться и наблюдая, как мой любимый скрывается в ванной, после чего упал обратно на кровать. Мы уже целый год женаты. Не сказать, что мне это не нравится или что я не люблю Ланса, но каждый день у нас похож на предыдущий, как две капли воды. Сейчас он выйдет из душа и будет бродить по кухне, готовить завтрак. В ванную пойду я и когда выйду, он уже накроет на стол. Мы позавтракаем, оденемся, он отвезет меня на учебу и уедет на работу. Так как я первый возвращаюсь домой, то с меня покупка продуктов и готовка ужина. А когда он придет, то мы поужинаем, посмотрим какую-нибудь чушь и, возможно, займемся сексом. Лансу нравится за мной ухаживать и романтика в нем не убить. Но если я ему намекаю на то, что хочу разнообразия, то получаю в ответ романтический ужин при свечах, нежный секс и теплые объятия, пока буду засыпать. Мне кажется, он никогда не изменится и все будет одинаковым до тех пор, пока мы не состаримся. Я уже скучаю по тем временам, когда мы не были женаты, учились и только встречались. У нас не было своей крыши над головой и жили мы в разных общежитиях, занимаясь сексом там, где вздумается. Но тот адреналин, когда нас в любой момент могли застукать, когда он буквально вжимал меня в стену и мы безумно трахались в клубном туалете, давно прошел. С тех пор, как мы оформили наши отношения, он только и делает, что оберегает меня. А я хочу снова видеть с его стороны принуждение, силу, которой никогда не мог и не хотел противиться. Протерев рукой запотевшее зеркало в ванной, я посмотрел на себя и задумался. Может Ланс видит во мне девушку, но по каким-то своим причинам сделал предложение парню? Может он попросту спутал меня? А что, я уже давно не стриг волосы и ничуть не похож на нормального парня. В наше время таких называют либо андрогинами, либо трансвеститами. И те и другие имеют женскую внешность, но я не крашусь и никак не подчеркиваю это. Я просто женственный парень, женившийся на мужчине, которого люблю. – Ланс? – Что, малыш? – Ты видишь во мне жену-домохозяйку? – Ну что ты, Джо. Ты же знаешь, что я люблю тебя и сам возьмусь за веник, если ты решишь делать карьеру. «И станешь еще нежнее.» чуть не вырвалось у меня. – Я знаю. Просто я вспомнил те времена, когда мы занимались сексом, где придется. Когда помимо страсти присутствовал адреналин от того, что нас в любой момент могли увидеть. – Не волнуйся. Все это давно в прошлом. Мы женаты и теперь я ни за что не позволю тебе голодать или нуждаться в чем-то. А когда меня повысят – мы купим собственный дом. Я больше не допущу того, чтобы нам пришлось где-то укрываться, чтобы заняться сексом. Мой муж обнял меня со спины, поцеловав в мокрую макушку. Судя по всему, я не так выразился и он подумал, что я боюсь снова опуститься на дно жизни. А я бы хотел. Чтобы его хоть раз на работе постигла такая неудача, чтобы он, придя с работы, заставил меня подчиняться. Чтобы вселил страх и трахал столько, сколько ему вздумается. Заставил меня ощутить свое превосходство… – Малыш, ты о чем таком думаешь? – услышал я над ухом. – О тебе. – улыбнулся я, понимая, что слишком сильно размечтался. – Мы можем опоздать. – Ну и пусть. Как я и ожидал, он присел у моих ног и развязал полотенце на моих бедрах. Я слишком сильно размечтался о том, чтобы он грубо меня взял. Но он, как будто издеваясь начал делать мне нежный минет. Не сказать, что меня не заводит умелое движение его губ по моему члену. Но я знаю, что если я попрошу, то он остановится и даст мне делать все, что мне захочется. Но только вот он явно не поймет, если я попрошу его изнасиловать меня. Со стоном выгнувшись в оргазме, я невольно вцепился руками в его волосы. Он покорно замер, проглатывая мою сперму и отстраняясь только после того, как я ослабил хватку. Мягко поцеловав меня в щеку, он убедился, что я не свалюсь на пол и ушел переодеваться. Снова он обращается со мной, как с фарфоровой куклой. Не знаю, почему, но если мне нужно в течении дня хоть куда-то выйти из дома, то на утренний секс я могу даже не рассчитывать. Минет – запросто, но не секс с утра пораньше. Иногда такое чувство, как будто при каждом сексе он меня девственности лишает и боится сделать больно. Отойдя и снова ополоснувшись под душем, я позавтракал, оделся и мы поехали. При доставке в университет я получил прощальный поцелуй и он снова уехал, а я снова отправился на занятия. Ничего не изменилось, только скрасилось утренним минетом. Неужели проблема в разнице возрастов? Мне почти 20, а Лансу уже 24. Через 4 года я стану таким же? Или помру от скуки из-за его нежности и жажды оберегать меня? – Доброе утро. Извините за опоздание. – безразлично произнес я, заходя в аудиторию. – Фамилия? – вырвал меня из своих мыслей незнакомый голос. Я вдруг заметил, что вместо пожилой миссис Роджерс за преподавательским столом стоит незнакомый мужчина. – Солдерс. Джо Солдерс. А вы еще кто? – буркнул я. – Я Адам МакТоренс, новый преподаватель. И вам, юная леди, я советую больше не опаздывать на мои занятия. По кабинету прошелся привычный смешок, но я не обратил внимания и сел подальше. Однако от нового препода это не осталось незамеченным. – Я сказал что-то смешное? – поинтересовался он у группы. – Джо парень. – хохотнули неподалеку от меня. Взгляд нового преподавателя тут же обратился в мою сторону. Я нахмурился, ничего хорошего этот взгляд мне не сулил. – Парни не носят волосы такой длины. – Я выгляжу так, как мне хочется. – Не в моей аудитории. Либо обстригайся и одевайся, как нормальный парень, либо убирайся и больше не приходи на мои занятия. – Да это дискриминация! – возмутился я, подскакивая с места. – Это правила внешнего вида, одинаковые для всех, кто хочет получить у меня зачет. Или ты считаешь себя лучше всех, кто пока ты гулял избавился от пирсингов и ушел из моей аудитории из-за слишком откровенной одежды? – Да мы директору на вас пожалуемся! – Директор вскоре примет порекомендованные мной правила. Психанув, я стремительно покинул кабинет. Но пока я шел по коридору, я увидел, как дежурные вешают какое-то объявление и подошел. Едва я начал читать, как мне стоило больших трудов не сорвать объявления и не разорвать на мелкие кусочки. Этот МакТоренс явно собирался превратить наш университет в тюрьму, когда устраивался на работу. На стене вывешивали обязательный внешний вид студентов и запреты. Пирсинг, татуировки, яркий макияж, распущенные волосы у девушек и длинные волосы у парней оказывались под запретом. Из-за какой-то сволочи мне придется либо сильно поменять свой внешний вид, либо остаться без профессии! Я не пошел ни на остальные лекции, ни за продуктами. Вместо этого я купил сигарет, вернулся домой и засел за компьютером. Не найдя в интернете управы на проклятого преподавателя, я стал искать другие университеты, в которых есть нужная мне профессия и нет идиотских правил. Через некоторое время я встал и отправился на кухню. Выудив из заначки сигареты и закурив, я подумал о том, что все в этом мире начало оборачиваться против меня. Чем сильнее я хочу, чтобы мой муж проявил хоть немного грубости в нашей сексуальной жизни, тем нежнее он становится. Я видел его в работе и знаю, что он умеет проявить характер, но со мной он этого делать не хочет. Но я-то хочу! Но не могу ему об этом сказать, ведь он так и наслаждается тем, что холит и лелеет меня. Еще и этот препод, который при первом же своем появлении в университете превращает его в тюрьму! Я не могу попросту плюнуть на то, к чему привык и потерять индивидуальность только для продолжения учебы! Но и без профессии я не смогу стать самостоятельным, а значит и не смогу доказать Лансу, что я сам могу за себя постоять и надо мной не надо так трястись! Черт! Как все сложно! Почему все сегодня так и настроено против меня?! – Джо? Я вдруг отвлекся от своих мыслей. В дверях кухни стоял Ланс с пакетами в руках. Переведя взгляд на часы, я понял, что должен быть еще на учебе, а он – на работе. – Почему ты не на работе? – Отпросился. Ты же бросил курить? Что-то случилось? – Нет. Ланс поставил пакеты на стол и подошел ко мне, обняв и положив голову на плечо. – Джо, я же вижу, что что-то случилось. Почему ты не на учебе? – Меня выгнали с лекции. – Они свихнулись? Ты же отлично учишься. – Больше не учусь. – Джо. – он развернул меня к себе лицом. – Зачем ты отпросился с работы? Что ты собирался делать тут в мое отсутствие? – меня вдруг одолела ревность. На обозленный разум вдруг стали наседать мысли о том, что ко всему произошедшему мне еще не хватало только узнать об измене мужа. – Джо, успокойся. Что на тебя нашло? – Ничего! Что ты собирался делать один в квартире?! Или ты кого-то ждешь?! – Никого я не жду. Мы год назад женились, я хотел сделать тебе сюрприз и… – Ужин при свечах? – Да. – А потом просмотр кино и секс перед сном? – Ну да… – Ланс! Мне это все надоело! – Джо, да что случилось? – Ничего! Из-за нового препода, которому не понравилась моя внешность, я забираю документы из института! – Подожди, он не имеет права… – Имеет! Директор уже правила по всем коридорам развешивает! Из-за этой скотины наш институт превращают в тюрьму! – Найдем другой. Ты только из-за этого взбесился? – Нет! Мне надоела твоя нежность! С тех пор, как мы поженились, от тебя только нежность и прет! – Подожди, разве тебе это не нравится? – Нет! Раньше ты был другим! Я и шагу не мог ступить, чтобы ты не управлял мной! Вот тогда я чувствовал в тебе мужа больше, чем сейчас! Тогда, когда ты забрался ко мне в общагу и трахал, не смотря на мои протесты и моего соседа, который нас застукал! Я испугался, но ты не дал мне тогда сбежать, а продолжил трахать меня у него на глазах, не смотря на мои протесты! Тогда я чувствовал в тебе лидера! А сейчас ты оберегаешь меня как фарфоровую куклу! А я хочу видеть тебя не прислугой, а доминантом! Нежность прекрасна для супружеской жизни, но не в постели, когда ты меня по полтора часа растягиваешь, как будто девственности лишаешь! Хоть бы раз ударил, скрутил или попросту изнасиловал! В тебе исчезла та искра, которая поддавала жару в нашу сексуальную жизнь! Ты даже наручниками нашу сексуальную жизнь не разнообразишь! Я хоть иногда хочу от тебя грубости! А ты… ты… ты… ты… – я не нашелся, что еще из правды прокричать ему в лицо. Сначала мне казалось, что до него, как и утром, ничего не дошло. Мне стало безумно обидно, что все это нас не только поссорит, но и впустую. Но едва я начал успокаиваться, как понял, что настолько шокировал своего мужа, что тот даже не знает, что мне сказать. Мало того, что я забыл про годовщину нашей свадьбы, испортил его сюрприз, попусту приревновал, так еще и опустил тем, что буквально обвинил в том, что он перестал быть мужчиной. Не сумев выдерживать его взгляд, я выбросил окурок в окно и покинул кухню. На душе было так паршиво, что хотелось на стену лезть. Жизнь рушилась на глазах и выхода не было видно. Я разделся и лег под одеяло, отвернувшись от двери и собираясь притвориться спящим, если зайдет Ланс. Я боялся, что он зайдет и предложит мне развестись. Что бы я не орал только что на кухне, я не хотел его терять. Я собирался тонко намекнуть ему на разнообразие и постепенно попытаться привести к тому, чего от него хотел. Но я испортил первую годовщину нашей свадьбы и теперь не удивлюсь, если он решит, что мы не пара. В груди все неприятно сдавило. Я не хотел терять Ланса. И как извиниться я не знал. Я хотел вернуть прежнего Ланса, но сейчас был серьезный риск развода. Насчет стандартных разводных разборок и разделок имущества я не думал. Я просто знал, что если он предложит развестись, то я попросту спрыгну откуда-нибудь или вены порежу. От подобных мыслей мне уже хотелось повернуть время вспять, чтобы я не кричал на Ланса. Ну и пусть бы все крутилось одним и тем же днем. Зато мы бы разговаривали, я не лежал бы один и не мучился бы на тему того, что может еще обрушиться в моей жизни. – Ланс? – позвал я, когда услышал звук открываемой двери. Пока я лежал в своей депрессии, за окнами уже давно стемнело. Ланс мне не ответил, а через некоторое время вышел. Мои страхи снова стали меня глодать. Сев и развернувшись, я завернулся в одеяло, надеясь, что он снова зайдет. Но его не было. Через некоторое время я встал, обернувшись одеялом, и вышел из комнаты. В квартире было темно и тихо, но я слышал ровное дыхание спящего мужа на диване в гостиной. Немного простояв в сомнениях и страхах, я забрался к нему под одеяло и прижался к родному теплу. – Ланс, прости меня. Я не хотел. Просто меня вывели из себя и я сорвался. Не бросай меня, ты один остался в моей жизни. – тихо попытался я вымолить прощения. Но вместо привычных объятий Ланс приподнял меня и ссадил на пол, отвернувшись к спинке. Я попросту не знал, как перед ним извиниться. Что такого ему сказать, чтобы он смог меня простить. Я сел, завернувшись в одеяло и прислонился щекой к его спине. Страх развода и потери любимого обуревал с новой силой. Мы ни разу до этого так серьезно не ссорились. А если и были мелкие ссоры, то виноватому достаточно было извиниться и он был прощен. А сейчас мой Ланс явно не собирался меня прощать. На душе было так погано и страшно, что я просто обессилено сидел, терзаемый собственными демонами. Как мне удалось заснуть, я не знаю. Проснулся я в одиночестве, лежа возле дивана. От гордости не осталось и следа, но мне было все равно. Хотелось выть от боли и ощущения того, что Ланс вот-вот принесет бумаги на развод. Теперь я понимал, что несмотря на то, что Ланс никогда не был со мной грубым, как мне хотелось, я жил просто прекрасно. От каждого его действия и слова так и веяло нежностью. А сейчас он был холоден и безразличен ко мне. Казалось, что моя жизнь закончена. В депрессии я просидел несколько дней. Ланс со мной не разговаривал, но и развестись не предлагал. От того, что он меня игнорировал, я с каждым днем все больше чувствовал себя предметом интерьера, а не его мужем. – Ланс, я скучаю. Ты здесь, но я как будто совсем один. Пожалуйста, поговори со мной? Я столько обидной чуши тебе наговорил, но если ты меня бросишь, то мне незачем жить. – тихо взмолился я в очередной раз, сидя за его спиной. Он так и не возвращался в нашу спальню, предпочитая спать на диване. А я так и не выходил из дома, наплевав на институт. Я что только не пытался делать. Завтраки готовил, пытался забраться к нему под одеяло или в ванную, встречал его нагим. В итоге я стал думать, что он нашел другого и изменяет мне, начав тщательно осматривать и обнюхивать его вещи, просматривать чеки и следить за счетами, но ничего хоть немного подозрительного не было. Как-то раз открыв дверь и надеясь увидеть там Ланса, я обнаружил курьера. – Джозеф Солдерс, муж Ланса Солдерса? – поинтересовался он. Я кивнул и расписался, получив коробку и конверт. Думая о том, что там какие-то доказательства измены Ланса, призванные добить меня и облегчить ему с новым парнем жизнь или документы на развод, я не сразу открыл посылку. Сначала немного помучив самого себя неизвестностью, я набрался смелости и открыл конверт. Но из него выпало приглашение и открытка. «С Днем Рождения, Джо! Одевайся и приезжай ко мне по приглашению. С Любовью, Ланс.» гласила открытка. Я едва на месте не подскочил от счастья, что наконец-то прощен. Развода не будет, обиды закончились и теперь я буду рад даже одинаковой рутине, которая была до нашей ссоры. Но мой муж сюрпризы на этом не закончил. Приглашение было не куда-нибудь, а в закрытый клуб, где пары снимают комнаты для различных утех нетрадиционного плана. Я едва не разрыдался от счастья – мой Ланс не только простил меня, но и пытается осчастливить. Меня даже не волновало тот малоприятный факт, что в коробке была женская одежда моего размера и маска, в которых нужно было явиться. Ради своего любимого мужа я бы и не на такое пошел.