Один день изменил все

Неделя пролетела незаметно. Вроде, еще вчера был понедельник, а сегодня уже пятница. Всю неделю Гарри пытался уговорить Луи поехать с ним в детдом. Луи так-то уже сам собрался поехать, но Стайлсу не говорит об этом. Да и все это так его достало, что как-то на перемене, пока кудрявый сидел на скамейке под лестницей и повторял материал к контрольной по истории, Луи вылил на него ведро воды. Гарри спокойно отреагировал на это. Спокойно встал, выкинул свою тетрадку в мусорку, потому что она уже ни на что негодна, а все записи размыло из-за большого количества воды, которое вылилось на нее. Все парни, которые были в это время в холле, смеялись над ним. Поднявшись на второй этаж, он на долю секунды остановился, задержав взгляд на Томлинсоне, а потом спокойно прошел в свою комнату. Луи показалось странным, что Гарри был такой спокойный, но тут из комнаты Стайлса донесся какой-то грохот. Луи с Зейном переглянулись, пожали плечами и пошли на урок. Зейну абсолютно плевать, что там происходит в комнате, однако Лу несколько раз обернулся. У последнего даже возникло желание зайти и проверить все ли в порядке с кудрявым, но он подавил в себе его. На следующий день Луи вылил на стул Гарри клей. Конечно, Стайлс не смотрит, куда садится, поэтому после урока кусок его штанов остался на стуле. И снова Гарри стал посмешищем благодаря Луи. И снова Стайлс, посмотрев Луи в глаза, ушел в свою комнату. Томлинсону это все определенно не нравилось. Когда Гарри отвечал ему и грубил было лучше, а теперь что-то изменилось, только Томмо не может понять что. Сегодня же пятница, Луи с Зейном пришли в столовую раньше и заняли места. Зейн аж вздохнул спокойно. Ему не придется сидеть с этой троицей. Радость, счастье! Луи был не очень-то доволен такой перспективой, сам не зная почему. Он как-то уже привык сидеть с ними. - Он странно себя ведет, - знаменитая парочка обсуждала Стайлса, который в последнее время никак не реагирует на розыгрыши. Все точно вернулось на круги своя. Все происходит также, как было в последние несколько , пока Гарри учится с ними. Только раньше Гарри даже не смотрел в сторону Луи. Выражал полное безразличие, а сейчас он после каждого розыгрыша смотрит на Луи глазами, полными печалью и непониманием. Гарри не понимает, почему Луи так себя ведет, потому что последний, вроде, уже начал меняться. На той неделе шатен даже никого не разыграл, что было довольно странно, и Гарри ходил весь на иголках, ожидая какого-то подвоха, но ничего не произошло. На этой же неделе, когда Гарри уже расслабился и думал, что с розыгрышами покончено, Луи вдруг снова ведет себя как полный ублюдок. - В смысле странно? – не понял Зейн. Ему-то абсолютно фиолетово на поведение Гарри. Малик вообще не понимает, чем так обеспокоен его друг и почему ему не плевать на то, как он себя ведет. - Ну, он снова перестал реагировать на наши проделки. - И? - И это странно, - сказал Луи, но Зейн лишь пожал плечами. Последний не считает, что это странно. Ему вообще плевать. Все. Дальше завтрак прошел в абсолютной тишине. Да и не только завтрак. Знаменитая парочка за весь день не обмолвилась друг с другом не словом. В последнее время они не ладят. Да, когда они устраивали розыгрыши, то все было просто прекрасно. Они прекрасная команда. Но розыгрыши – единственное, что они обсуждали. Больше они ни о чем не разговаривали. На уроках они сидят тихо. Даже учителя уже заподозрили неладное. Самое странно то, что ни Луи, ни Зейна это не устраивает, но разговаривать об этом они не собираются. Точнее Луи ждет, что Зейн начнет разговор, а Зейн ждет, что Луи, но никто не поговорит. Это замкнутый круг. Как у Луи с Гарри. Но только они, недовольные враждой, пытаются что-то изменить, только Томлинсон все портит своими розыгрышами и тем, что строит из себя говнюка. Если бы не эти два факта, то вражде между Луи и Гарри давно настал бы конец. - Луи, Зейн, у вас что-то случилось? – заметила учитель химии. Парни разом подняли головы. В принципе, ей должно быть абсолютно плевать, но ей просто странно не слышать с задних парт смех. Для нее не привычно то, что она не ругается ни на Томлинсона, ни на Малика за то, что они пытаются смешивать реактивы, хотя даже не знают, что из них что. Она уже и не помнит, сколько раз Луи задавал вопрос «А будет взрыв, если смешать?», показывая два реактива. Мисс Дорэн всегда отвечала «Нет», но парней это не останавливало, и они все равно смешивали. Но однажды она вместо «Нет» ответила «Да», и парни со скоростью света смешали эти реактивы. Как же они расстроились, когда ничего не произошло. Зато повеселились они от души. Химия – любимый предмет у знаменитой парочки. На уроке они веселятся как могут. - С чего вы взяли? – ответил Луи и посмотрел на Зейна, а последний пожал плечами. - Вы слишком тихие, и это странно, - объяснила мисс Дорэн. Это единственная учительница, которая не боится розыгрышей парней, потому что она единственная из учителей, кого они не разыгрывали. - Нет, все нормально, - спокойно сказал Луи, а химичка просто кивнула. После уроков все разбрелись по своим комнатам. Знаменитая парочка сидела в комнате, каждый занимался своим делом. В комнате тишина. Обычно из их комнаты доносится смех, либо какие-то шутки, либо оскорбления. Да, это было нормой. - Луи, - позвал парня Стайлс, зайдя в комнату без стука. - Стучаться не учили, Стайлс? – возмущался Зейн. - Ты едешь завтра? – проигнорировав Зейна, продолжил Гарри, обращаясь к Луи. - Я же уже сказал нет, - сказал, как отрезал. Гарри еще хотел что-то сказать, но решил этого не делать. Он ушел к себе в комнату. Кудрявый был расстроен и зол на Томмо. Он читает Луи, как открытую книгу. Он знает, что тот готов ехать, но не понимает, зачем говорить нет. Зачем строить из себя кого-то, кем ты не являешься? Стайлс не просто зол, он в бешенстве. - Ты бы уже поехал с ним, а! Он ведь не отвяжется, - сказал Зейн, сев на кровать Луи. Надо как-то налаживать отношения и пусть Луи думает, что у них итак было все нормально. - Я итак поеду, - оповестил вдруг Луи своего друга. - Не понял! Что это тогда было только что? - Мой прекрасный план, чтобы Стайлс побесился. - Ну ты и засранец, Томлинсон. - Ну так! – Луи дал пять Зейну, и снова из комнаты на весь коридор доносился смех. Ну, хоть что-то стало нормально.