Случайностей не бывает

Когда эти «шпионы» скрылись с места преступления, Рейджи снова повернулся к Джун. Парень и девушка ещё немного посмотрели друг на друга, а потом юноша пошёл ловить своих «любимых» братишек. Юная Хаттори не хотела в этом участвовать и направилась в свою ванную комнату, чтобы принять душ. После процедур Джун вернулась в свою комнату и легла спать. За окном на улице уже стоял день. Девушка ещё мирно спала в своей кровати, но её сон потревожили солнечные лучи, которые проникли в помещение сквозь шторы. Они ярко засветили прямо в глаза Хаттори, и ей пришлось повернуться на другой бок. Тут юная леди почувствовала что-то неладное и медленно открыла свои голубые глаза. Перед ней лежал Райто, который, по-видимому, спал. Девушка начала будить парня, но тот никак не реагировал. Тогда Джун вздохнула, взяла свою подушку, и одарила вампира ударом по лицу. Зеленоглазый от неожиданности подскочил и упал с кровати на пол. Юноша поднял свой взгляд и посмотрел на юную Хаттори, у который было не самое лучшее сейчас настроение. Райто быстро поднялся на ноги и покинул апартаменты Джун, пока не получил от неё по шее. Тёмноволосая ещё чуть-чуть понежилась в постели, а потом, почувствовав голод, поднялась. Она направилась в ванную комнату, где привела себя в порядок, и спустилась вниз, в столовую. В столовой были все Сакамаки. Рейджи подавал всем завтрак, а, заметив Джун, поставил и ей порцию. - Доброе утро, - сажаясь за стол, произнесла тёмноволосая. Потом она косо посмотрела на Аято и Райто, что вызвало у них некоторый дискомфорт. После этого все начали трапезовать. Внезапно взору братьев пристала Айя. Она скромно стояла при входе в столовую, и смотрела на всех. Ей было лучше, намного. Она уже могла спокойно ходить, и была полна сил. Девушка решила присоединиться к братьям и своей сестре. - Доброе утро, - сказала она робко, и подошла к столу. Она увидела свободное место между Джун и Шу, и села туда. Рейджи сразу встал, извинившись, и удалился, спустя несколько секунд вернувшись с порцией завтрака для шатенки и клюквенным соком. Айя поблагодарила его, и принялась тоже завтракать, улыбнувшись своей сестре, когда та подняла на неё взгляд. - Вот смотрю я на вас, - вздохнув, начал спокойно Шу, - и не могу понять – если Джун чистокровный вампир, то почему Айя обычный человек? - Айя обращена нашей матерью, а я нет, - ответила спокойно Джун. – Мэй боялась, что силы чистокровных вампиров погубят нас, а наш отец, Тетсуо, говорил, что это большая редкость иметь такие силы. В итоге они развелись, я осталась с отцом, а Айя с матерью. Она и обратила её, надеясь сохранить её жизнь. - Очень интересно, - проговорил Шу всё так же спокойно, - жива ли Мэй? Я слышал, что обращение отнимает жизнь у того чистокровного вампира, котоый обращает. - Жива, но серьёзно больна, - ответила Джун. В этот момент Айя опустила голову. Слёзы начали рекой скатываться по её щёчкам, оставляя мокрые дорожки для новых слёз. Девушка не могла слышать этих разговоров. Как только она вспоминала о своей больной маме, с того момента как она узнала о том, что она вампир, сердце шатенки сжималось, и она чувствовала себя виноватой в её болезни, которая приковала её к постели. Синеглазую будто что-то дёрнуло, и она, встав резко из-за стола, со слезами на глазах выбежала из столовой. - Айя! – крикнула в след близняшке Хаттори. Она встала, но её остановил строгий голос Рейджи. - Джун, если у Айи нет манер, то не нужно подражать ей. - Я найду её, - встал из-за стола Аято. Он хотел было уже пойти за синеглазой, как его остановила Джун. Она сказала ему, что сама найдёт сестру, и быстро выбежала из столовой в поисках своей близняшки. Светлоглазая оббежала почти весь особняк, пока не наткнулась на мрачный и тёмный коридор. Там, почти во тьме, она нашла свою сестру, которая перед закрытой цепями дверью, и, с закрытыми глазами, плакала. Она стояла неподвижно, зажмурив глаза. По её щекам скатывались слёзы, а она иногда всхлипывала. - Айя, - проговорила Джун, подбежав к девушке. – Что случилось? Почему ты убежала? Синеглазая медленно открыла свои глаза и повернулась к своей близняшке. Слёзы не прекращали скатываться по её щекам. - Я никогда не смогу простить себе того, что по моей вине мама смертельно больна и прикована к постели… - полушёпотом проговорила Юмисаки. Тёмноволосая обняла свою сестру, и, прижав к себе, начала утешать. - Айя, ты должна радоваться, что она жива! – сказала та, чтобы утешить синеглазую. – Не все чистокровные вампиры выживают. Почти никто! А Мэй сильная, она смогла выжить. Улыбайся, Айя, потому что Мэй жива, хоть это могло быть невозможным! Шатенка неловко улыбнулась. Она сжала покрепче Хаттори, и прошептала ей, что очень сильно любит свою маму и её. Джун улыбнулась, а после объятий, взору девушек упала дверь, закрытая на цепи с большим замком. Их он заинтересует, и, Джун, протянув руку, коснулась бы его, если бы… - Вам нельзя здесь находиться, - резко раздался голос Шу. Девушки обернули головы в сторону вампира. Айя вздохнула, а Джун, взяв её за руку, повела за собой из этого коридора и от вампира подальше. Девушки, скрывшись с того злополучного этажа, мило беседуя, шли по коридорам. Они проходили так, возможно, минут пятнадцать, пока не разошлись по своим комнатам. Когда шатенка зашла в свою комнату, на её кровати лежал Шу. Он мирно спал, отделившись от сего мира, вставив наушники в уши. Синеглазая, вздохнув, подошла к старшему Сакамаки, и, нерешительно коснулась него. Тот, резко раскрыв глаза, схватил Юмисаки за руку, и подтянул к себе. Девушка упала на кровать, и не успела она пошевелиться, как Шу, схватив её, обнажил клыки и резко впился в её шею. Он начал жадно и быстро пить кровь шатенки, а та, сжав руки в кулачки, старалась не кричать. - За… За что? – поборов крик, спросила девчонка. Блондин отстранился от шеи синеглазой, и, облизнув свои губы, отпустил её. Айя упала на кровать, и просто лежала неподвижно. Старший Сакамаки встал с постели и направился к двери. Остановившись у неё, он чуть повернулся к девушке, и произнёс: - За то, что ты разбудила меня. Даже будь ты сейчас обращённой, твоя кровь сладка и вкусна. С этими словами он открыл дверь, и вышел, чуть не столкнув своего брата Аято, который направлялся к его «собственности». Учуяв запах крови синеглазой, он резко вошёл в комнату, и увидел, что она, приподнявшись, смотрит на постель. В недоумении красноволосый, закрыв дверь, подошёл к девушке. Он увидел, что из её шеи видны свежие следы укуса, которые ещё кровоточат. - Что только что произошло? – спросил равнодушно Аято. Айя, подняв свои глаза, сказала, что Шу выпил её крови из-за того, что она разбудила его. Тогда Сакамаки спросил, где у синеглазой хранится аптечка, и, узнав её местоположение, отправился на её поиски. Тем временем Айя уже села на край кровати, и стала наблюдать за действиями Аято. - Аято, зачем тебе моя аптечка? – спросила Айя. - Раны обработаю тебе, - буркнул вампир, достав аптечку. Он подошёл вместе с ней к Юмисаки и сел рядом. Достав ватки, дезинфицирующее средство и бинты, зелёноглазый принялся обрабатывать укус своего старшего брата. - Больно, - прошептала Айя, чуть съёжившись. Аято после этого начал обрабатывать аккуратнее. Казалось, будто он очень беспокоиться и заботиться о девушке… - Расскажи мне, - начал вампир, прервав тишину в комнате, - ты вправду обращённый чистокровный вампир? - Увы, как бы мне не хотелось это понимать, Джун говорит, что это так, - вздохнув, погрустнела шатенка. – Я верю ей. - Ты ничего не помнишь? – спросил Аято, слушая свою «собственность». – Не помнишь, как обратилась? Во сколько? - Не помню, - вздохнула синеглазая. – До четырёх годиков, может пяти, я вообще не помню своего детства. В этот момент Аято закончил обрабатывать раны. Сложив всё обратно в аптечку, он положил её на тумбочку рядом с кроватью, и, злобно улыбнувшись, посмотрел на шатенку. В этот момент Айя повернулась к нему, и, увидев не добрые огоньки в глазах вампира, чуть насторожилась. Внезапно Аято схватил девушку за плечи и буквально прижал её к кровати, резко, быстро. Та не успела ничего понять, а зелёноглазый, нависнув над ней, маниакально улыбнулся. - Ай… Аято?! – испугалась Юмисаки. Тот, приблизившись совсем к ней лицу, не переставал улыбаться. В этот момент дверь в комнату открылась. На пороге стояла Джун, сопровождаемая Рейджи. Эта «парочка» искала Аято и Айю, чтобы сообщить им известие. Когда Хаттори увидит, в каком положении её сестра, она, глубоко вздохнув, подойдёт к вампиру. - Считаю до трёх, надеюсь не дойти, - нагнувшись к красноволосому, проговорила чёрноволосая. Она начала медленно считать… Аято лишь хмыкнул, и замер, ожидая реакции вампирши. Когда светлоглазая досчитала до трёх, она резко ударила парня в самый живот. Ухватившись за него, Аято упал рядом с Айей, и, перевернувшись от боли, упал за кровать. Испуганная синеглазая, осмотрев сестру глазами, вскочила. - Послезавтра состоится бал, на который приглашены все ученики школы. Он будет проходить в учебном заведении, и вы должны будете быть готовыми. Говоря это, алоглазый, поправив очки, подошёл к своему брату, и, грозно посмотрев на него, остановился. Аято медленно встал, всё ещё держась за живот. Он окинул близняшек злобным взглядом, и, покинув комнату вместе с Рейджи, Хаттори и Юмисаки остались вдвоём. - Ты чего такая грустная? – спросила Джун, когда вампиры вышли. Айя печально смотрела куда-то, а когда её близняшка окликнула её, она резко повернулась. - Я никогда не была на балах, - сказала робко Айя. - Значит, это исправят два дня! – улыбнулась Хаттори. – Тем более, мы помогаем украшать зал. Синеглазая улыбнулась. Девочки начали переговариваться о бале, и думать над украшениями, а потом разговор зашёл и о платьях. Сёстры продумали всё, и, закончив, быстро побежали собираться в школу. - И где вас носило? – поправляя очки, спросил Рейджи, когда сёстры быстро спустились в форме и с сумками вниз, в гостиную. Все братья сидели там и ждали появления сестёр. Джун и Айя ответили, что заговорились, и, когда Рейджи сказал, что в слудеющий раз их ждёт за такое наказание, направился к главному входу в особняк. Братья, вставая с дивана, последовали за ним, так как лимузин уже подъехал.