Случайностей не бывает

Вечер плавно переходил в ночь, и ночные жители особняка вели свою жизнь всё активней и активней, ведь наступала их пора. Джун решила немного понежиться в горячей ванне. Наполнив её, она просидела там полчаса, пока не решила, что пора выходить. Обмотавшись полотенцем, вампирша подошла к двери, которая вела в её комнату, и, открыв её, вошла в своим апартаменты. В этот момент её взор упал на Рейджи, который сидел на её кровати и о чём-то думал. Увидев свою возлюбленную, вампир улыбнулся странной улыбкой, и, встав, начал подходить к ней. - Р-рейджи, что ты здесь делаешь? – удивлённо произнесла Хаттори, как внезапно оказалась в нежных объятиях алоглазого, который прошептал ей на ушко: - Я скучал по тебе, Джун. - Я сейчас не совсем в пристойном виде, - чуть покраснев, произнесла тёмноволосая. - Несмотря на все свои манеры, я не намерен сейчас тебя отпускать, ведь ты и так запретила мне прикасаться к тебе, а я так хочу нарушить этот запрет, - сжав аристократку крепче в своих объятиях, всё так же шептал ей на ушко вампир. - Если ты дашь мне одеться, то я сделаю малюсенькое исключение, - улыбнувшись, подняла свою голову чистокровка. Нежно поцеловав своего парня, она выскользнула из его объятий, и, схватив свою одежду, забежала в ванную комнату, закрывшись. Юной Хаттори не пришлось заставлять Сакамаки ждать. Уже буквально через две с половиной минуты она вышла из ванной одетая, и моментально оказалась возле парня. Обняв его за шею, она начала целовать его в губы, а Рейджи, обняв за талию свою светлоглазую, начал углублять поцелуй, отвечая на него. Парочка целовалась довольно длительное время, пока Рейджи, отстранившись, не улыбнулся. - Я люблю тебя, моя милая, - проговорил он. - Я тоже тебя люблю, - улыбнувшись, весело проговорила Джун. Айя помогала Мэй по её просьбе довольно долго, и когда она вернулась в свою комнату, она не застала там Аято. Заволновавшись, она пошла в апартаменты, в которых остановился её друг, но и там его не было. Тогда тревога охватила шатенку. Она постучалась к Рейджи, но того тоже не застала. Начав бегать по дому, она в одном из коридоров встретила старшего брата Аято. - Рейджи, ты не видел Аято? Его нигде нет, - остановившись возле Сакамаки, перевела дух девушка. - Я видел, как он выходил на улицу, - сказал задумчиво вампир. – Возможно, тебе следует посмотреть там. - Благодарю, - лучезарно улыбнулась юная Юмисаки, и побежала за своей верхней одеждой и обувью. Ночной сад был прекраснее дневного. Красивые и большие фонари освещали некоторые места, создавая красивую атмосферу. Луна, хоть и не полная, слабо освещала всё вокруг вместе с фонарями, отражаясь на гладкой поверхности прудов, по которым плавали изредка листья деревьев и кустов. Рейджи не соврал – Аято, стоя на одном из мостиков через небольшую речонку, смотрел на отражение луны и ясного звёздного осеннего неба, которое на глади прудовой воды отражалось как в зеркале. Он был полностью погружён в свои мысли. С момента приезда он очень часто задумывался, думал о чём-то напряжённо, а порой даже уходил в себя со всеми этими мыслями. - Аято! – весело воскликнула девушка, подбегая к вампиру. – Я тебя искала. В ответ молчание. Опущенная голова. Разворот, и медленная походка в глубь сада. «Что это с ним? – печально думала про себя Айя. – Неужели я чем-то обидела его?» Шатенка направилась за красноволосым. Он шёл медленно, весь в своих мыслях, смотря то по сторонам, то на землю. Парень молчал, и, дойдя до очередного моста, остановился возле него, и поднял свою голову. Он смотрел на звёзды, и всячески не замечал присутствие Айи возле себя. Девушка начала крутиться возле зеленоглазого, стараясь привлечь его внимание. Она и говорить пыталась с ним, и пыталась его позвать за собой, но у неё ничего не получалось – она была как призрак для вампира. Загрустив, она остановилась рядом с парнем, и тоже задумалась. Свет фонаря слабо освещал то место, где она стояла с Сакамаки, и темнота немного пугала её. «Как же мне отвлечь его? – размышляла про себя Айя. – Он в упор меня не видит… Неужели я настолько обидела его? Или, может… Может что-то другое? С нашего приезда он такой задумчивый. Ох, если бы я была смелее…» В голове синеглазой созрел один план, который должен был ей помочь вернуть Аято на нашу землю. Она глубоко вздохнула, и, собрав всю свою силу и смелость, резко повернулась к зеленоглазому, и, встав на цыпочки, нежно чмокнула его в щёчку. План жертвенной невесты по освобождению «её господина» из мыслей удался. Аято, резко повернувшись к Айе, сначала пребывал в небольшом удивлении, а потом, ухмыльнувшись, начал медленно подходить к девушке, при этом сама же Юмисаки отходила от него. - А давай поиграем в игру? – говорила она, аккуратно ступая «задним ходом». – Догонялки. Ты – вода. Догоняй! Вмиг зеленоглазый повеселел. Помчавшись за юной Юмисаки, они начали свои догонялки, бегая по всему саду, при этом смеясь и веселясь. Пробегая среди фонарей, их тени быстро исчезали, затем вновь появляясь в другом месте. Они резвились, и совсем забыли обо всём и всех. Им было весело играть вдвоём, и как будто больше никого не существовало рядом. За «детскими шалостями» Аято и Айи с балкона своей комнаты наблюдала Мэй. Она вышла на улицу, дабы попить чашечку чая при луне, и заметила этих двоих, мелькающих изредка возле фонарей. «И эти двое говорили, что они – не пара?» - проговорив про себя, начала смеяться аристократка. Выпив глоточек чая, она стала наблюдать за своей дочерью и вампиром, которые вот-вот бы столкнулись друг с другом, но смогли избежать этого, и помчались в другую сторону. Внезапно кто-то обнял женщину за плечи, и ласково прошептал на ушко: - Над чем смеёшься, милая? Тут вампирша поняла, что ей нельзя позволить увидеть ребят Тетсуо, и поэтому, развернувшись к своему возлюбленному, она проговорила: - Да так, вспомнила один забавный случай… Давай вернёмся в комнату? Мне стало прохладно, и я не хочу заболеть. В этот момент Айя пробегала по неосвещённой дорожке, и, видимо, споткнувшись обо что-то, она упала. Не успела она перевернуться на спину и открыть глаза, как над ней уже навис Аято, прижав её к земле. - Поймал, - радостно заявил зеленоглазый, и нагнулся к Юмисаки. – И какова же моя награда, дурочка? - А чего ты хочешь больше, - с улыбкой, и чуть покраснев то ли от холода на улице, то ли от смущения, начала синеглазая, - объятие, или поцелуй в щёчку? - Конечно же твой господин жаждет всё и сразу, - обняв шатенку за талию и прижав к себе, прошептал красноволосый. Вмиг его шею обвили руки девушки, а потом прохладные и нежные губы коснулись холодной щеки зеленоглазого. Она подержала её три секунды, после чего отпустила вампира, и, закрыв лицо руками, прошептала: - Аято, пожалуйста, отпусти… М-мне холодно лежать на земле. Я… Я не хочу заболеть. Третий Сакамаки быстро поднялся на ноги, и поднял девушку. Кое-как отряхнувшись от земли, они всё равно были грязные, и, ничего не сказав, Юмисаки направилась в сторону входа в особняк, а парень последовал за ней, улыбаясь. Ему очень нравилось, что «его дурочка» стала смелее, и начала проявлять к нему чувства. Его «Великое Я» было довольно этим, и он светился от счастья. Когда Аято и Айя вернулись в дом, они столкнулись с Джун, которая, выходя из кухни, направлялась в свою комнату, чтобы отдохнуть. Вид её сестрёнки и вампира позабавили её – они были в грязи, так к тому же шатенка была покрасневшая, а третий Сакамаки улыбался, и прямо будто бы светился от неописуемого счастья. Засмеявшись, юная Хаттори отправилась дальше, а «парочка» разошлась по своим комнатам. Как только Юмисаки переступила порог своей комнаты, она моментально подбежала к зеркалу. Да, была она очень «чистая». Быстро открыв шкаф, она нашла сменную чистую одежду, и, сложив верхнюю грязную, и уложив её в большую коробку, которую она позже отдаст маме для стирки, она направилась в свою ванную комнату, которая была сугубо ванной комнатой Айи. Уже готовясь к тёплой ванне и тонне воспоминаний, синеглазая подошла к белоснежной ванной, и, включив кран, обнаружила, что вода не течёт. «Странно, - начала размышлять девушка. – Почему не течёт?» Она постояла ещё какое-то мгновение в задумчивости, а потом подумала, что Мэй просто перекрыла в её комнате воду, когда та уехала. До этого шатенка ходила в общую ванную, и свою пока не трогала, а сейчас оказалось, что дела обстоят вот так. Общая ванная находилась в конце коридора, напротив комнат, в которых остановились Рейджи и Аято. Ванная была просторной, а так же включала в с себя джакузи, обычную ванную и душевую. Не одна Айя решила принять ванную комнату. Поскольку Аято тоже был в грязи, он решил пойти помыться, и, поскольку в его комнате не было такой комнаты, где он мог сделать это, он направился в общую ванную. На полках, среди разных гелей, шампуней и множества ещё каких-то коробочек, вампир заметил три резиновых уточки. Когда-то это были любимые банные игрушки маленькой Айи, без которых она не принимала водных процедур. Взяв их, он сел в горячую ванную, и, рассматривая, потихоньку начал заигрываться с ними, впадая в детство, которого, по сути, у него и не было. Зеленоглазый Сакамаки, заигравшись, совсем не заметил, что дверь, которую он забыл закрыть, открылась. На пороге появилась удивлённая синеглазая, которая, медленно закрыв за собой дверь, наблюдала за парнем, играющим с её маленькими уточками. Невольная улыбка появилась на её лице, и как-то смешно стало. Краем глаза заметив девушку, вампир улыбнулся. Медленно отвлекаясь от своих уточек, он произнёс: - Уже второй раз вот так заходишь ко мне в ванную, когда я здесь её принимаю. Так тянет принять ванную со мной? Но эти слова будто бы пролетели мимо юной Юмисаки. Она всё ещё не отошла от уточек, и лучезарно улыбалась. Аято же, ухмыльнувшись пошлой ухмылкой, протянул свои руки к девушке (хотя она стояла довольно далеко от него), и произнёс: - Не хочешь принять ванную со мной, а, дурочка? - Я бы с радостью, - сказала она с улыбкой, а затем резко засмеявшись, добавила: - Но боюсь, что твои уточки начнут ревновать, а я этого не хочу. Она снова засмеялась, и, развернувшись, вышла из ванной комнаты, направившись к комнате Джун, дабы спросить разрешения воспользоваться ванной в её комнате. Уточки с Аято так запали в её душу, что она не могла сдерживать себя, и эта милая для неё картина появлялась в её подсознании вновь и вновь.