В борьбе за Вселенную

Когда Джек вошел в штаб Торчвуда, ничто не предвещало беды. Он, как всегда, пришел раньше всех, поднялся к себе в кабинет и приступил к написанию отчета для ЮНИТа. Хоть капитан и ненавидел подобную бюрократию, это полностью захватило его внимание, поэтому он не заметил, как пришли остальные члены команды. Очнулся Джек от стука в дверь. – Войдите, – прежде, чем капитан успел сказать это, дверь распахнулась и на пороге показалась разъяренная Гвен. Джеку оставалось только догадываться, что ее так взбесило. – Какого черта, Джек Харкнесс?! – вместо приветствия сказала Гвен. – Мне казалось, вчера ты совершенно точно определился со своим решением. Джек в недоумении взглянул на девушку. Вчера они обезвредили банду безумцев, устроивших лабораторию по вживлению в человеческий организм инопланетных чипов и прочей ерунды, выпавшей из рифта. Стараниями Оуэна все остались живы и почти здоровы. Джек решительно не понимал, о чем говорит Гвен. – Каким решением? – Что ты уходишь из Торчвуда! – Что?! – Джек опешил. Он бы не сказал такого, даже будучи вдрызг пьяным под угрозой реальной смерти. – Не знала, что ты еще и хороший актер, – зло прошипела Гвен. – Когда я успел такое сказать? Видимо, удивление на лице капитана было настолько неподдельным, что девушка немного сбавила обороты. – Вчера вечером, когда мы вернулись с задания. Прекрати притворяться. Ты сам так решил, и никто не собирается оспаривать твое решение и держать тебя здесь насильно. – Послушай... – Я не собираюсь ничего слушать, я вчера все прекрасно видела и выслушала все, что ты мог сказать, – с этими словами она развернулась и вышла из кабинета, оставив Джека в глубоком замешательстве. Капитан понял, что дела очень плохи, когда вся команда встретила его гробовым молчанием, а Янто отказался поговорить наедине. – Кто-нибудь объяснит мне, что произошло вчера? – потребовал Джек. – Принял реткон, чтобы совесть очистить? – с ядом в голосе спросил Оуэн. – Я напомню. Вчера мы таки нашли лабораторию, где психи без малейшего представления о том, как должны проходить операции, вшивали людям инопланетные органы. – Это я помню. – Уже хорошо. Ты сказал, что из-за этих органов люди стали опасны и приказал расстрелять всех. И психов тоже. – Не было такого! Мы обезвредили эту шайку, и ты всех прооперировал, как надо. Мы спасли их! – Неужели, – скривился Оуэн. – А еще вчера ты стоял тут и орал на нас, что мы отвратительная команда и не слушаемся твоих приказов, – добавила Гвен. – Нет! Почему я не помню этого? Вам не кажется это подозрительным? – Как это низко, Джек. Я думала, у тебя хватит мужества отвечать за свои слова, а не ломать комедию, как трусливая крыса, – сказала до этого хранившая молчание Тош. Несмотря не недоумение и негодование, Джек понимал, что выглядит сейчас именно так, как сказала Тошико – мерзко и низко. Это было несправедливо, но падать еще ниже в глазах команды ему не хотелось. – Хорошо. Крыса так крыса, – Джек схватил Янто за рукав и потащил за собой к выходу из штаба. Тот попытался вырваться, но ткань угрожающе затрещала, и, пожалев пиджак, Джонс подчинился. – Что за черт, Янто? Скажи мне, что это шутка, – капитан махнул в сторону двери, закрывавшей вход в штаб. – Нет, Джек. Я не знаю, зачем ты сказал, что ничего не помнишь. – Потому что это правда, черт возьми! – в бессильной злобе он перешел на крик. – Может, вам подсыпали реткон? Или это какое-то влияние рифта или инопланетян. – Скорее отравили тебя, а не нас. Проще сделать это с одним человеком, а не с четырьмя. Джек не мог не признать аргумент достаточно разумным. – Есть только один способ проверить, – капитан тяжело посмотрел на Янто. – Хорошо. Мы отправимся к семье одного убитого и спросим их. Джек кивнул. Единственное, что ободряло – это то, что Янто, кажется, ему верил. Следующие три часа претендовали на место в топе десяти самых ужасных часов в жизни Джека. Он слушал официальную версию событий, которую Гвен вчера сообщила убитой горем матери. Ее сын был мертв, и это доказывало, что память подводит именно Джека, а не его команду. Когда они снова сели в машину, повисла угнетающая тишина. – Янто, я хочу вспомнить это, – тихим, но твердым голосом сказал Джек. – Ты уверен? – Да. – Я скажу Оуэну... – Нет. Я знаю, как избавиться от действия реткона. Просто впусти меня в штаб, когда все уйдут. Янто кивнул. – Я хочу побыть один, – мрачно сказал Джек, вылезая из машины. Янто снова кивнул, хотя капитан вряд ли уже мог его видеть. Произошедшее вчера должно было разорвать любую связь между ними, но внезапная амнезия босса давала призрачную надежду на достойное оправдание, и Янто с радостью уцепился за нее. Последней покинула штаб Тош. Янто выждал минут десять и вышел на улицу, где капитан уже ждал его. В абсолютной тишине Джек возился с приборами Оуэна, проводил по себе какими-то датчиками и все сильнее хмурился. Янто напряженно наблюдал, не решаясь спросить что-либо. Наконец, Джек заговорил сам: – У меня нет в организме реткона, хотя его следы должны оставаться еще как минимум сутки. – То есть... – Придется проверить тебя, Янто, – капитан махнул Джонсу, чтобы тот подошел. Мужчина подчинился и замер под датчиками. Прошло не меньше двадцати минут, прежде чем Джек вынес вердикт: – Тебя тоже никто не травил. Значит, мы имеем дело с чем-то похуже, чем реткон, хотя никаких инородных веществ я не обнаружил ни в себе, ни в тебе. Капитан надолго задумался, а Янто заметно погрустнел. Надежда на то, что Джек ни в чем не виноват медленно испарялась. – Видимо, мне понадобится лаборатория не только сегодня ночью. Иди спать, Янто, – Джек устало посмотрел на помощника. – Ну уж нет. Сделаю кофе, – Джонс не знал, почему не может оставить босса одного. Капитан решил, что тот не доверяет, но сам Янто искал причину в странном ощущении, будто что-то должно было произойти. Что-то совершенно нехорошее. *** Локи проснулся от того, что его довольно сильно трясли. В его плечо вцепился Старк, по лицу которого ясно читалось непонятное желание убить трикстера, как только разбудит. – Какого ты творишь, Локи?! – выплюнул Тони, как только заметил, что тот открыл глаза. – Этот же вопрос хочу задать тебе, – злобно буркнул бог. – Ты спишь в моей кровати и еще интересуешься, почему я пытаюсь тебя разбудить?! Тон Старка намекал на очевидность причинно-следственной связи, но Локи упорно не понимал, в чем дело. – Я не вижу связи между этими двумя событиями. – Ты идиот?! Вставай и выметайся из моей комнаты. Как ты вообще вошел сюда? – Старк, Джарвис решил отомстить и уронил тебе на голову железяки, спровоцировав амнезию? – И чего, по-твоему, я не помню? – за сарказмом и недоверием Локи заметил любопытство и интерес. – То, что я сплю в твоей постели больше года, и то, что тебя это вполне устраивает. – На что ты намекаешь? – лицо Старка ожесточилось, и Локи всерьез подумал, что находится в очень невыгодном для драки положении. – Опуская подробности, на то, что мы занимаемся любовью с завидной регулярностью, Старк, – Локи вылез из-под одеяла и сел. – Что на тебя нашло? – На меня? Это ты несешь непроглядный бред. То, что мы переспали тогда, когда я тебя нашел, вдрызг пьяные, ничего не значит, и ты, кажется, с этим согласился. Локи почувствовал, как внутри затягивается тугой узел тревоги: Старк явно говорил серьезно, а такая внезапная амнезия говорила либо о том, что он получил физические увечья, либо о том, что что-то не так с парадокс-машиной. Подавив страх, Локи спросил: – Что ты делал вчера? Вопрос был задан настолько неожиданно, что Старк на автомате ответил: – Чинил навигацию в Марке-3. – Нет, Старк. Мы вчера весь день сочиняли рекламу для твоей компании. – О, и почему же я этого не помню, – голос Тони сочился сарказмом. Локи понуро опустил голову, задумываясь. У него была пара предположений, одно другого страшнее, но озвучивать их трикстер не собирался. – Это было бы неплохо выяснить. Я задам Джарвису пару вопросов, может это прояснит ситуацию, – сказал Локи, поднимаясь с кровати. – Сколько угодно, – Старк насмешливо улыбнулся. – Только исчезни из моей комнаты поскорее. В Локи словно воткнули маленькую, но очень острую иголку: холод в голосе Тони ранил несерьезно, но очень ощутимо. Трикстер оглянулся в поисках своей одежды и, не найдя ее, вышел. Первым делом Локи спустился в гостиную, где они вчера рисовали эскизы для новой эмблемы «Старк Индастриз». Трикстер предпочел демонстрировать свои варианты на бумаге, и ее вчера на столе осталась целая куча. Джарвиса он попросил ничего не трогать. Но сегодня в гостиной была идеальная чистота. «Проклятье», – подумал Локи и приступил к допросу искусственного интеллекта. Джарвис на половину вопросов отвечал тем, что доступ к информации ограничен, а на другую половину давал ответы, совершенно не радовавшие Локи. Например, оказалось, что Старк считает, что трикстер все еще лишен своей силы. Вдобавок он узнал, что его держат запертым в башне по приказу ЩИТа, и Тони общается с ним только тогда, когда того требует эксперимент или опыт. Такие ответы укрепили подозрения в душе трикстера. Получалось, что все, что говорил Старк в спальне, было правдой для всех окружающих, кроме самого Локи. Такая массовая амнезия, коснувшаяся даже машин, просто не могла произойти случайно. Оставалось два варианта: либо что-то не так с самим Локи, либо – со всей Вселенной. Второй вариант был гораздо хуже и менее предпочтителен, но трикстер почему-то не сомневался, что именно он и является причиной всех бед. Локи оставил в башне свою иллюзию, а сам отправился в тот переулок, где осталась ТАРДИС. Но после почти часового осмотра механизмов, трикстер не обнаружил никаких неполадок или сбоев. Озадаченный, он вернулся в башню с ворохом книг из библиотеки ТАРДИС. Интуиция подсказывала Локи, что в этот раз они не помогут, но за неимением других вариантов он обратился именно к ним, уйдя в чтение с головой. *** Локи уже битый час стоял у служебного входа в штаб Торчвуда, но никто так и не вышел оттуда. Трикстер опасался, что парадокс настолько нарушил строение Вселенной, что даже секретная организация сменила свое место пребывания. Ему не хотелось думать, что он зря проделал неблизкий путь на транспорте смертных (ТАРДИС стала непригодна для путешествий). Когда Локи уже собрался уходить, дверь все-таки открылась и оттуда вышел мужчина в костюме. Даже по его походке было понятно, что он смертельно устал, но трикстеру выбирать не приходилось. – Доброй ночи, – Локи не был уверен, что узнал вышедшего. – Янто? Мужчина вздрогнул от неожиданности и потянулся за оружием, но когда разглядел говорившего, успокоился. – Да. Локи, что ты здесь делаешь? – Я ищу Джека. Не знаешь, где он? Янто едва заметно напрягся. – Знаю. Зачем он тебе? – Боюсь, у Вселенной большие проблемы, его помощь была бы очень кстати. – Господи, я так надеялся поспать хотя бы пару часов, – Джонс устало закатил глаза и развернулся обратно ко входу в штаб. – Предупреждаю, Джек находится там нелегально. До шести утра вы должны исчезнуть. Локи кивнул и зашел внутрь вслед за Янто. Капитан сидел за компьютерами Тошико и читал что-то очень длинное. – Джек, к тебе посетитель, – Янто подошел и сел рядом. – Скажи привет еще одной бессонной ночи. Капитан оторвался от чтения и не без неприязни посмотрел на Локи. – Что такое? Трикстер поморщился от такой грубости. – Доброй ночи. То, что в мире творится кое-что нехорошее и тебе было бы неплохо знать об этом. – Я знаю. Я получаю просьбы о помощи со всех концов Вселенной, не говоря уже о том, что на Земле ситуация уже давно вышла из под контроля, – Джек устало потер глаза. – Что у тебя случилось? Локи на секунду поколебался, решаясь, рассказать в общем или в подробностях. – Если коротко, то Старк забыл обо мне кое-что очень важное. И все окружающие тоже. Джек кивнул, показывая, что он все это уже слышал. – Так по всему миру. И если бы хоть кто-то знал причину... – Я знаю, – решительно заявил трикстер. Янто и Джек недоверчиво уставились на него. – Помните день, когда Старк убил Мандарина? Мужчины кивнули. – В тот день Железный Человек должен был умереть. В другом мире он умер. Я украл ТАРДИС и спас его, соорудив парадокс-машину. И сейчас Вселенная с измененной фиксированной точкой начинает уничтожать саму себя. Джек потрясенно смотрел на Локи, не зная, какой вопрос задать первым. – Зачем тебе это было надо? – наконец решил капитан. – Это как раз связано с тем, что все окружающие забыли, а я помню. Причина не так уж принципиальна. Надо решить, что делать. – Ты хотя бы понимаешь, что наделал? – злобно пробормотал Джек. – С этим ничего нельзя сделать. Только разрушить парадокс и вместе с ним всю созданную тобой Вселенную. – Тогда Старк умрет. – Тебя это смущает больше, чем факт того, что умрет целый мир и ты вместе с ним? – Вряд ли это будет настоящая смерть. Скорее, просто возвращение в тот момент, когда я украл ТАРДИС. И Старк будет мертв, – снова повторил Локи, и до Джека дошло, в чем, собственно, проблема. Парадокс сыграл с трикстером злую шутку: Локи спас Тони, но тот забыл, что любит своего спасителя. Джек невесело усмехнулся – он привык к злым шуткам судьбы, но приучить к ним окружающих было непростым делом. – Понял. Но что делать – без понятия. Капитан погрузился в глубокую задумчивость, которую никто не решился прервать. Локи сел на диван и уставился в потолок. – Я бы заставил тебя разрушить парадокс, если бы был уверен, что люди действительно вернутся в ту Вселенную, о которой ты говоришь, – наконец заключил Джек. На самом деле, кроме озвученной причины, у него была еще одна: он слишком хорошо понимал Локи. На его месте капитан тоже не позволил бы никому «убить» Янто, пока не убедился бы, что это единственный выход. Да даже убедившись, не принял бы подобное решение так быстро. – Мне нужно будет изучить кое-какие данные. Я не обращал на них внимания, но после того, что ты сказал, они могут оказаться важными. Не знаю, когда смогу сказать тебе точно, что делать, – Джек встал, демонстрируя, что на данный момент разговор окончен. – Я свяжусь с тобой, Локи. Доброй ночи. Трикстер поднялся и благодарно посмотрел на Джека. Он был рад, что капитан не стал читать ему нотаций о бережном обращении с пространственно-временным континуумом, не пытался заставить вернуть все «на свои места» и вообще повел себя именно так, как хотелось Локи. – Доброй, – трикстер развернулся и почти у выхода добавил. – Спасибо. *** В дверь штаба Торчвуда кто-то очень настойчиво стучал. Янто, предчувствуя худшее, пошел открывать непрошеному гостю. – Извин... – Джонс споткнулся на середине слова. За дверью стоял Доктор – бледный, с безумным взглядом, устремленным куда-то в пустоту, и взъерошенный больше обычного. – Доктор?! – Джек здесь? – без обиняков спросил таймлорд. – Не совсем. Он будет, когда все остальные уйдут. Долгая история. – А сейчас он где? – У себя дома, спит, наверное. Что случилось? – Вселенная уничтожит саму себя через пару дней, а он спит! Джек не может не знать об этом. Янто ошарашено уставился на Доктора. Джонс знал, что дела плохи и что решение проблемы еще не найдено, но о том, чтобы начинать обратный отсчет, он не думал. – Поехали к нему. Правда, что он может сделать? – не то чтобы Янто не верил в своего босса, просто объективно не понимал, как Джек сумеет исправить ситуацию. – ТАРДИС долетит быстрее, – на бегу крикнул Доктор, направляясь к своей будке. – Мне нужны базы Торчвуда и что-то, что сможет отключить хотя бы на пару минут поле, которое создает рифт. – Доктор! – Янто пришлось кричать, чтобы таймлорд его услышал из-за почти закрывшейся двери ТАРДИС. – Это все ты можешь сделать без Джека, прямо сейчас. Он больше не работает в Торчвуде, официально. Я, конечно, ему позвоню, но... Доктор подозрительно посмотрел на Янто, но поверил и вернулся. – Тогда проводи меня внутрь, – от нетерпения таймлорд приплясывал на месте. Едва выполнив его просьбу и объяснив шокированной команде Торчвуда, в чем дело, Янто набрал номер бывшего босса и стал звонить, пока тот не проснулся. – Джек, здесь Доктор. Он говорит, что Вселенная умрет через два дня. Капитан хотел возмутиться, что его отдых так бесцеремонно прервали, но при упоминании о Докторе сон как рукой сняло. – Я сейчас приеду. Несмотря на слабые протесты Гвен, Джек вошел в штаб Торчвуда. Там уже вовсю кипела работа: посередине стояла ТАРДИС, к которой тянулся провод от рифта, Тош беспрестанно называла какие-то цифры, Янто и Оуэн возились с какими-то трубками, шедшими от разлома. – О, Джек! – Доктор, заметив друга, бросился к нему, но тут же застыл. – Как ты мог допустить такое? Капитан не удостоил таймлорда прямым ответом. – Я знаю, из-за чего это происходит, но что с этим делать – без понятия. – То, что кто-то нарушил фиксированную точку, я тоже знаю. Надо понять, кто и где это сделал, тогда можно будет разрушить парадокс-машину и вернуться в «здоровую» Вселенную. Если повезет, мы даже запомним то время, что прожили в этом мире. Джек напрягся. Он по неясной даже для самого себя причине чувствовал ответственность за сохранность секрета Локи от посторонних и агрессивно-настроенных лиц. – А что если мы не найдем места, где находится парадокс-машина? – Совершенно не факт, что мы вернемся в правильную Вселенную, если эта уничтожит саму себя. Я никогда не попадал в такие ситуации и, честно говоря, не горю желанием пробовать. Доктор отвлекся на показатели, которые крикнула Тош, оставив Джека в задумчивости. Капитан решил, что пока от него ничего не требуют, он сохранит нейтральную позицию между здравым смыслом и жалостью к Локи. От размышлений его отвлек звонок телефона. Это было подозрительно, потому что мало кто знал мобильный номер руководителя Торчвуда. – Да? – Джек, это Марта. Ты в курсе, что Вселенная приступила к активному самоуничтожению? – К сожалению, да. – Ты в курсе, что это из-за того, что кто-то соорудил парадокс-машину, причем на Земле? – Да. – А ты в курсе, что это сделал наш уважаемый друг Локи? – Нет, – Джек нахмурился: если уж хранить секрет, то до конца. – Да, вот так. Но дело даже не в этом. Он отказался разобрать свою адскую конструкцию и забаррикадировался внутри ТАРДИС. – Мстители выбирают: выманить Локи или взять ТАРДИС штурмом? – Джек невесело усмехнулся. – Я бы не назвала это выбором, – по голосу Марты было понятно, что она тоже сомневается в успешности хотя бы одной из этих операций. – Кстати, Фьюри просил тебя приехать сюда. – Зачем? – Джек недоуменно поднял брови. – Это же Фьюри. У него всегда что-то свое на уме, я просто передала просьбу. Капитан тяжело вздохнул, а потом решил, что не может пропустить такое событие, как выдворение Локи из ТАРДИС – Ты знаешь координаты? – спросил он Марту, тем самым соглашаясь помочь. *** Несмотря на серьезность ситуации, Джек не смог сдержать широкой улыбки, когда увидел, что происходит в одном из переулков Нью-Йорка. Вокруг безобидной синей полицейской будки в боевых позициях стояли Мстители. Особенно нелепо выглядел Старк в полном обмундировании и Бэннер в фиолетовых боксерах, готовый в любую секунду перевоплотиться в «большого парня». Войска ЮНИТа плотным кольцом окружали ТАРДИС и Мстителей. Среди них Джек и заметил Фьюри. Обменявшись сухими приветствиями, капитан поинтересовался: – Что вы хотели от меня? – Единственное условие, при котором Локи выйдет из ТАРДИС добровольно, – выполнение того обещания, которое ты ему дал. Джек внимательно всматривался в лицо Фьюри, но так и не смог понять – действительно ли он все знает или же просто блефует. – Что? Какое обещание? – Без понятия. Как раз хотел у тебя спросить, – глава ЩИТа грозно буравил Джека единственным глазом. – Не знаю, о чем речь, – может, капитан и признался бы, что вел переговоры с трикстером, но не перед Фьюри и его неодобрительными взглядами. – Неважно, – разрядил обстановку выросший из ниоткуда Бартон. – Нужно, чтобы ты просто заставил его выйти из ТАРДИС, а дальше мы сами. Капитан хмыкнул: – Рассчитываете использовать меня как приманку? – В некотором смысле – да, – даже без намека на деликатность ответил Фьюри. – Совесть мучает? – Если уж меня совесть замучает, то не по этому поводу, – Джек демонстративно отошел в сторону. Все чего-то ждали от него. Капитан попытался сконцентрироваться на том, что Локи опасен, так же, как множество других инопланетян, побывавших на этой планете. Но приравнять трикстера к вивелам не получалось. Бог скорее ассоциировался с загнанным псом: все еще мог укусить, но уже понял, что проиграл. Джек приблизился к ТАРДИС, Мстители отошли так, чтобы их не было видно, если дверь распахнется. Капитан настойчиво постучал. – Локи! Сначала долго было тихо, потом настороженный, высокий от волнения голос ответил: – Ты выполнил обещание? Джек глубоко вздохнул, пряча подальше свою совесть. – Да. Мы нашли кое-что. Проектор разума. Копируешь любого человека в любой момент времени, а потом воспроизводишь. – Это будет ненастоящий человек. – Потом можно поместить спроектированный разум в робота... – Все равно это будет не настоящий человек. – Локи, это будет лучше, чем если вся Вселенная умрет, и ты вместе с ней. Снова воцарилась тишина. Джек даже подумал, что трикстер больше не ответит. – Ладно. Но сначала ты зайдешь внутрь и покажешь, как это работает. В голосе Локи было столько обреченности, что Джек не позволил себе ни на секунду предположить, что сумел перехитрить бога обмана. Но для Мстителей такие нюансы были неважны, если вообще различимы. Они приняли боевые позы, готовые биться насмерть. Дверь ТАРДИС открылась достаточно широко, чтобы Джек мог войти. Капитан замешкался на секунду, достаточную, чтобы Кэп успел схватить дверцу, не давая трикстеру закрыть ее обратно. Старк и Бэннер толкнули Джека и Локи внутрь, остальные навалились сзади, на всякий случай. Воспользовавшись толкучкой, бог обмана отскочил к консоли ТАРДИС, схватил какую-то длинную железку и кинулся с ней на Кэпа. «Лучшая защита – это нападение», – горько усмехнулся Джек, отходя в сторону, подальше от дерущихся. Он решил, что вмешается, только если драка примет серьезные обороты. Удар Локи хоть и не застал Кэпа врасплох, но задел ему плечо, не закрытое щитом. Бартон успел отпрыгнуть от импровизированного жезла и забрался повыше, взбежав по лестнице, ведшей во внутренние комнаты ТАРДИС. Стрелять оттуда было неудобно, но он все равно попробовал. Тем временем Старк «врукопашную» бился с Локи, гуманно не используя патроны. Джек заметил, как Бэннер отошел в дальний угол ТАРДИС, сдерживая себя от перевоплощения: то ли боялся поломать хрупкую консоль раньше времени, то ли разбудил совесть тем, что пятеро одного не бьют. Наташа что-то говорила Кэпу, но ее слова тонули в скрежете железа, с которым сталкивался костюм Старка и жезл Локи. Черная Вдова резко подскочила к богу, отвлекая его от Тони, Кэп последовал ее примеру. Отбиваться от троих трикстер едва ли мог: он отступал к консоли, без шанса вырваться из окружения. Вдруг по ТАРДИС прокатился громовой голос: – Прекратите! От неожиданности все вздрогнули, только Локи быстро сориентировался и ускользнул от удара Кэповского щита. – Он мой брат, – Тор в два шага оказался около трикстера, схватил его за плечи и развернул к клубку проводов, шедших под консоль. – Разбери это немедленно, и никто не посмеет тронуть тебя. – Какой же ты тупой, Тор, – в глазах Локи было гораздо больше презрения, чем словах. Он ударил Тора в бок своей железкой. Все остальные вышли из оцепенения, вновь нападая. На этот раз закричал Локи: – Все вы, вы ничего не стоите со своей силой и желанием спасти мир! Отвратительные людишки, рожденные быть рабами у самих себя! Едва трикстер выкрикнул это, из угла, где стоял Бэннер, послышался рык, а затем хруст. По сравнению с Халком консоль показалась маленькой. «Большой парень» замахнулся на Локи, но тот успел отскочить. Джек переместился поближе к выходу, Мстители сделали то же самое. Халк снова приготовился ударить, но на его пути оказалась консоль. Стекло разлетелось по всей ТАРДИС, машина ужасающе застонала, включила аварийный свет и заперла выход. – Халк, ломай то, что под консолью! – заорал Тор, молотом указывая на провода. Локи отполз к сгрудившимся у ставшей бесполезной двери Мстителям и мертвой хваткой схватил Старка за руку. Тот даже не заметил этого, потому что Халк внял словам Тора и начал рвать провода. Трикстер зажмурился, и Джек сказал бы, что он молится. Какие молитвы читают боги перед смертью, капитан не знал, но он точно знал, на кого надо молиться ему самому. Когда Халк разнес на куски остатки консоли, ТАРДИС загудела так громко, что захотелось заткнуть уши. Машина затряслась, с потолка что-то посыпалось, во все стороны летели искры. Халк продолжал реветь и бушевать. И только Джек среди этой какофонии различил едва уловимый скрежет. Он схватил Локи за руку и рванул ко внутренним комнатам ТАРДИС. Трикстер так и не отпустил руку Старка, и Железному Человеку пришлось последовать за ними. Халк заметил «беглецов», но было уже поздно: они вбежали в коридор, в котором только что материализовалась ТАРДИС. Доктор распахнул дверь, впуская Локи, Джека и Тони внутрь. Едва она захлопнулась за ними, что-то упало с потолка внешней ТАРДИС. У внутренней машины времени заискрила панель и погас свет. Несколько мгновений было тихо, а потом все словно погрузились в сон. Последнее, что различил Джек, был отчаянный шепот Локи. Когда капитан открыл глаза, то обнаружил себя сидящим за длинным столом в окружении доброй сотни людей. Все было ровно так же, как в тот момент, когда он «оставил» это место: свадебное пиршество продолжалось. Ошарашено моргнув, Джек огляделся: Доктор тоже изумленно вертел головой по сторонам, а вот все остальные гости не испытывали ни капли удивления. Джека снедало любопытство: он извинился, вышел из зала и пошел в ту сторону, где Доктор оставил ТАРДИС. Локи он заметил раньше, чем машину времени. Его возмущенный голос было сложно не услышать в тишине асгардской ночи. – Я только что спас твою задницу, а ты спрашиваешь, зачем и почему?! Джек широко улыбнулся и прочистил горло, обнаруживая свое присутствие. – Да уж, Старк, это совсем неприлично. По закону жанра ты должен сейчас висеть у него на шее. – Но я не... – Это никого не волнует, – усмехнулся Джек. – Видишь, Локи, я всегда исполняю свои обещания. Он улыбнулся и пошел обратно в зал – праздновать. Не каждый день случалось совершить такое чудо, как «воскрешение».