Воительница Звёзд: Повелительница Сов

Стефания, Стефания, премилая наша Стефания

Парнишка удовлетворенно обмяк, чувствуя, как его душа перестает быть заложником плотской тюрьмы. Каним чувствовал вокруг себя свежие морозные нотки незримой музыки природы. Его незримой тканью обволакивали голоса нимф, даруя долгожданное умиротворение истерзанной ложью девичей душе. - Премилая маленькая Стефания, наконец ты посетила нашу скромную обитель, - завыванием вьюги пронеслись их голоса в его голове. - Вы очень скромны, великие служительницы Всевышней, - молвил в ответ юноша. - Будь осторожна милая юная нимфа воздуха, - шелестели их нежными снежными хлопьями голоса, - эта погоня выведет тебя на совершенно новый путь. - Путь? - Юная воительница хочет знать свое будущее? – тихо засмеялись северные нимфы, - но ведь бунтующее храброе сердце давно отреклось от этой силы. Каним почувствовал как внутри закипает волчье нетерпение и его кровь начинает бурлить от негодования. - Я никогда не прибегну к этой способности, - процедил сквозь зубы полукровка, стараясь сохранять видимое спокойствие и не разгневать великих слуг Богини, - у меня мало времени, я должен вернуться к друзьям. - Ночной мотылек остерегайся пурина в черной мантии на лунном скакуне, рожденный самим сердцем севера, - их тихий шум голосов приятно охлаждал сердце и возвращал разуму былую возможность здраво мыслить, - он может изменить твою жизнь, наша дорогая дочка ветра, если ты сможешь ему довериться. - Довериться? - Остерегайся его, воздушная воительница, наша премилая храбро-безрассудная Стефания, прощай и просим тебя, ради нашей Всевышней покровительницы, слушай свой разум, а не сердце. Оно так часто заводит туда, откуда уже нет пути обратно. Стефан очнулся от приятного транса и вновь очутился в реальном мире, от которого он уже очень долго бежал, не находя в нем себе места. Парнишка неторопливо поднял веки. Ему в глаза ударил ослепляющий белый свет, здесь все им было покрыто и поглощено практически без раздельно. Полукровка попытался подняться на ноги, но мышцы затекли от долгого сидения в одной позе, а в голове все мысли были затуманены. Впервые Каним казалось, что он оказался между двумя мирами и ему не вернуться ни в одно из измерений. Парнишке наконец удалось подняться на ноги и он неуверенными шагами побрел вперед, видя перед собой лишь белоснежную пелену. Внезапно Стефан врезался во что-то твердое и теплое. Парнишка с хрупкой надеждой ухватился за ткань чьего-то мундира. Августин стоял ошеломленный поведением своего ненужного двоюродного брата, который так отчаянно хватался за него и почему-то задыхаясь от морозного воздуха, резавшего легкие. Младший из рода Бестиан презрительно смотрел на жалкие по его мнению попытки парнишки устоять на ногах. Внезапно тело полукровки обмякло и он повис на молодом волке. - Гадость, - брезгливо фыркнул зверь. Пальцы Каним разжались и парнишка начал медленно сползать вниз. В самый последний момент Августин, повинуясь рефлексу нежели братской любви, подхватил его тело на руки. - Ну вот отрада то, - сокрушительно выдохнул юноша, - теперь еще и тащить его на своем горбу. Девушка очнулась в мягкой постели от того, что кто-то бережливо капал ей на лоб прохладными капельками, которые приносили блаженное удовольствие. - Что? – хриплым голосом произнесла Каним, - что происходит? - Тише-тише, - заговорил забытый родной голос, - я буду тебя охранять, всегда. - Я вспомнила! – радостно, сквозь боль в груди воскликнула Стефания, - Ливиус! Это ты! Брат! - Тише, сестренка, тебе нужно поспать, а как только проснешься, я буду рядом и мы еще успеем с тобой поговорить. - Я не хочу засыпать, - вяло отозвалась девушка, - я не хочу… И она провалилась в глубокий, успокаивающий сон, который должен был вернуть ей силы. Когда молодой волк добрался до остальных членов команды, силы уже почти покинули его молодое, поджарое тело. Августин окликнул ребят и они тут же подскочили к нему. Кто-то стащил Каним с его спины, а в его рот уже заботливо вливали горячий напиток, чтобы вернуть утраченные в одиноком походе силы. - Что с ним случилось? - Я не знаю, - пожал в ответ плечами оборотень, - я не разбираюсь в этой магической чепухе. - Ровно как и никто из нас, кроме самого Стефана, - недовольно произнес де Вест, - ладно, кто-нибудь возьмите Стефана у Августина, и вперед, нам некогда останавливаться! - Ливиус, - жалобно пропищал, находясь в истязающем забвении парнишка. Августин удивленно покосился на полукровку, но в тот же момент один из близнецов забрал тело парнишки и волк почувствовал приятную лёгкость в руках, который так долго были отягощены ношей. Когда налетел ветер, юноши едва видели хоть что-то перед своими глазами. Сиан бережно прижимал к себе тело Каним, которое уже начинало костенеть от холода. Он старательно пытался растирать его, но ничего не помогало. Кожа парнишки начинала бледнеть, от покрывающего его тело инея. Идем завороженно смотрел на то, как снежинки оседали на длинных, бронзовых ресницах Стефана, трепетавших от кошмара, в котором продолжал жить парнишка, находясь в плену своего собственного разума. - Стефу совсем плоховато, - окликнул товарищей рапирщик. - Давай, я его снова понесу, - неожиданно возник перед ним словно из-под снежной завесы молодой волк, - у меня кровь горячая, я смогу его согреть. - Ты уверен в этом Августин? – подозрительно вздёрнул бровями юноша. - Да, - с готовностью кивнул оборотень, - мне он не нравится, он успел назвать меня благородным, а значит, теперь я просто обязан оправдать его ожидания. Сиан недоверчиво покосился на смуглые протянутые руки молодого волка, готовые принять в свои объятия замёрзшее тело Каним. Внезапно налетел шквальный, пронзающий ветер, парнишка резко открыл глаза. Его белесые зрачки пронзили окружающий мир и он резко вырвался из рук Идема. Оказавшись на земле, парнишка ловко сгруппировался, а потом рванул вверх, оттолкнувшись ногами. Юноши отпрянули в стороны, потоки воздуха дурили им в грудь. Стефан взмыл в небо и исчез среди снежной вьюги. - Эм… - Ребят! – надрывая голос прокричал Сиан, - у нас тут Стефан в метель упрыгал. - Класс! – отозвался ему Энтони, - теперь иди свищи, нашу принцесску. - Остановимся здесь, - прокричал де Вест, - бюря слишком сильная идти дальше нет смысла. - А как же Стеф? - Он большой мальчик, - крикнул Акрос, - тем более искать его в такую пургу нет никакого смысла. Таинственная фигура натянула поводья, заставив жеребца остановиться. Вор спрыгнул с коня и медленно оглянул пристальным взглядом из-под капюшона окружающее пространство. Его черный плащ неистово развевался, больно хлестая, обладателя по всему телу. - В такой буран настоящее безумство идти дальше, - произнес всадник, стаскивая с Алекино покрывало, - так что останемся здесь и переждем. Жеребец согласно закивал своей большой головой и принялся помогать седоку расстилать спасительный навес. Парнишка бежал по снежному покрывалу, не разбирая дороги, не видя совершенно ничего перед собой, ориентируясь на какое-то шестое волчье чувство, присущие не то нимфам, не то оборотням. Внезапно он резко остановился и замер на месте, принюхиваясь к ледяному ветру, который пронзал холодными колючками легкие. - Я так больше не могу! – завопил во весь голос юноша, - я не хочу больше лгать! Парнишка орал в пустую морозную тишь, которая отзывалась ему сквозящим ветром. Каним бредил, это было легкое помутнение рассудка после длительного пребывания в другом мире, который не очень радушно приминал незваных гостей, даже таких учтивых и почитающих его Стефана. Все в его голове перемешалось и реальность потеряла былые, знакомые очертания. Да еще и окружающий холод подхлёстывал в нем желание мчаться напропалую. - Я устал прикидываться! Мне это все надоело! Каним сорвался с места, больно хватаясь за свои бронзовые локоны, норовя их выдрать с корнем и ошметками плоти из своего кожного покрова головы. Неожиданно вихрь стих и завеса из снежной пелены упала, так резко, что парнишка обернулся и перед ним предстал всадник облаченный в темную мантию, ставящий вместе со своим конем вигвам. - Оппа, - обронил похититель. Они с минуту стояли и оглядывали друг друга оценивающими взглядами, а потом не сговариваясь сорвались с места. Вот только один из них убегал, а другой преследовал. Фигура уже хотело было вскочить на жеребца, но тут сильная воздушная волна сбила его с ног и он пролетел пару ментов, кувыркаясь в снегу. Он тут же вскочил на ноги и выхватил, прятанный под плащом острый меч. Парнишка чуть было не налетел на острие, но в последний миг успел увернуться, проскользнув под мантией и оказавшись сзади, с силой толкнувший похитителя в спину. Вор удивлено резко развернулся, и сделал резкий выпад, зацепивший цепочку на меховой мантии юноши. Серебряная заклепка звонко цокнула, когда металл ударился о драгоценный металл и разорвалась. Накидака спала с плеч парнишки и окунулась всей своей тяжестью в пушистый снег, еще не до конца утоптанный на поле, где разгорелась отчаянная схватка. Из-под капюшона раздалось легкое юношеское похикивание над открывшейся хрупкой для юноши фигурой Каним, иллюзионный амулет не смог скрыть все его отголоски женственности. Стефан пропустил издевательское похикивание в его сторону и не обратив внимание на холод, тут же сковавший его тело. Парнишка призвал к себе на помощь все волчье тепло, которое еще оставалось в нем от отца и все способности нимфы воздуха. Сейчас ему пригодиться вся его сноровка, чтобы выйти из этой схватки с достоинством. Каним молниеносно коснулся своей груди и она вспыхнула приглушенным синеватым пламенем и изящного вида лук, украшенный совиными перьями в жесткой оправе возник в его руках. Парнишка натянул тетиву. - Стой на месте, - приказным тоном сказал Каним, - иначе я спущу стрелу и поверь мне, я не промахиваюсь. - Ты потомок нимфы, - парнишке показалось, что таинственная фигура усмехается, - ты не посмеешь меня убить. Стефан спустил невидимая стрелу. Он с упоением слушал, как запела тетива и воздушная волна прохладой обдала его чуть приоткрытый рот, вдыхающий мороз, чтобы охладить частое сердцебиение в груди от нарастающего волнения. Юноша дернулся, когда невидимый наконечник оставил на его щеке глубокую царапину, из которой незамедлительно хлынула алая кровь. - Убить не убью, - пожал плечами парнишка, склонив голову на бок, - поранить, чтоб не убежал смогу. Всадник аккуратно, изумленно дотронулся до царапины на своей щеке черными, бархатными перчатками и медленно перевел взгляд на Каним. Из-под капюшона его глаза свернули зловещим блеском раскаленной стали. Он пронзительно свистнул и парнишка почувствовал затылком грозящую опасность. Стефан метнулся влево, но тяжелое копыто успело краем зацепить его плечо. Так что лук вывалился из его рук. - Ой! Таинственная фигура метнулась к парнишке и успела располосовать его мундир. - Хей! – возмущенно, совершенно без тени страха воскликнул Стефан, - мне его только сшили! Я его с начала учебного года ждал! Каним моментально вскочил на ноги и отпрыгнул в сторону, уносимый воздушными ветрами. Плечо ужасно болело и он больше не мог держать в руках оружие. Но благо внутри него была кровь воздушной нимфы, а значит все вокруг него было оружием. Вор кинулся вперед, его движения были точны и профессиональны, в каждом мановении руки были видны военная выправка, и она явно была получена в одной из академии находившей на территории Вондерландии. Ведь только ее мужчины сражались с такой идеальной выправкой, изящными движениями, наполненными пуринской силой, правильными, четко отлаженными постановками ног и рук так, чтобы никто не смог увернуться от удара. Каним ловко петлял уворачиваясь от выпадов вора, лишь и редко острие лезвие меча рвало его новое обмундирование. Внезапно вдали послышались характерные для северных кочевников улюлюканье, когда они видят и готовы настигнуть свою добычу. Похититель и Стефан переглянулись. Юноша метнулся к жеребцу и резво вскочив в седло, пришпорил коня. Серебристый скакун резво сорвался с места и кинулся прочь от парнишки. Полукровка взволновано оглянулся назад, уже видя, как вдалеке поднимается характерная дымка снега, поднимая в воздух животными летящих к нему на всех парах. - Ну все, - обреченно брякнул Каним, - я труп, юный труп с проблемами отрочества. Парнишка оглянулся в поисках своего лука. Он неловко подобрал его, но острая боль в плече пронзила и полукровка поморщился. Натянуть тетиву он больше не мог, а значит оставалось защищаться только штучками нимфы. Вдруг кто-то ухватил его за шиворот и резко дернул на вверх. через мгновение парнишка уже мчался верхом на серебристом скакуне, смотря на его холку, между прелестными остроконечными ушами, стоящими торчком. Таинственный похититель цепко ухватился за уздечку и напирал на парнишку сзади, надавливая всем весом своего тела, пытаясь видеть, что происходит впереди, ведь ему мешала огромная копна бронзовых кудрей, стоящих из-за недавно стоящих схватки торчком, словно сноп пшеницы оставленной в поле. Сзади раздавалось улюлюканье и грозные оклики сверенных мужчин. Послышался свист стрел и внезапно одна вонзилась во что-то мягкое и теплое. Похититель позади резко дернулся вперед и вскрикнул от боли. - Гадство! – выжал из себя вор. - Держись за меня! Каним выхватил вожжи из рук вора и что-то яростно зашептал на ухо коню. Алекино податливо заржал и помчался еще быстрее, чем прежде. А после его речь перешла в слышный шепот и юноша под огромным чёрной мантией слышал непонятный плавный язык, выдававший в нем отчетливую принадлежность к древности. Снег вокруг них закрутился и окутал жеребца плотной пеленой снежной завесы, скрывая их от преследователей. Когда опасность миновала и сзади уже больше не слышался тяжелый топот преследователей, снежная пелена, скрывающая их от жестоких северных кочевников спала и парнишка натянул уздечку на себя, заставляя коня остановиться. Алекино покорно замер на месте, нервно роя копытом пушистый снег. Каним молча восхвалил дружелюбность северных нимф и ловко развернулся лицом к похитителю, тот, безвольно свесив голову на пронзенную грудь, молчал. Стефан окинул взглядом наконечник стрелы, насквозь пронзивший тело вора, и про себя отметил, что дела плохи, и алеющее пятно свежей крови вокруг раны, капающей на темную кожу седла уверяло его в этом. Полукровка спрыгнул и перевернул тело похитителя горизонтально, уложив его перед собой, чтобы придерживать и не дать свалиться вниз в морозную пустоту и затеряться среди нее навеки. - Так поступил бы каждый, - уверяя себя произнес Каним, - каждый, никто бы из верно подданных Вондерландии не оставил бы его умирать на снегу. Никто. Стефан, легонько ударив коня по округлым бокам, звонко цокнул языком. Прекрасное создание лунного света сорвалось с места и стремительно помчалось вперед. Парнишка порой взволнованным взглядом окидывал рану похитителя, которая с каждой минутой становилась все алее и алее. - Скорее Алекино, - шептал полукровка, - скорее. Конь глухо заржал, борясь со встречным ветром, но Каним показалось, что в один миг они воспарили над снежным покрывалом и понеслись по воздуху. Этот конь был воистину волшебным созданием. Вдали показалась гряда гор, она должна была стать их спасением или же погибелью. Юноши сидели плотно друг к другу пытаясь согреться в сооружённом на быстрый лад укрытии от разыгравшейся бури. Только волки не тряслись от холода, их согревала их кровь, благословлённая кровь предков великого рода волков. - Что мы скажем леди Аллин? – нарушил царящую тишину Брайан, - мы ведь обещали его вернуть живым. - И мы вернем, - глухо отозвался Остин, - Стеф выживет. - И как интересно узнать? – вскинул бровями Сиан, - мы тут с вами трясемся, как девчонки перед брачной ночью, а он там совсем один. Все замолчали, прислушиваясь к завываниями ветра за стенами укрытия и немое отчаяние пробиралось в сердца юношей. Даже в глазах волков поблекла былая звериная ярость. Каним спрыгнул вниз и ,подхватив уздечку, повел коня в горы, возникшие перед ним. Он снова зашептал какие-то успокаивающее и даже молящие слова жеребцу, который покорно шел за ним вслед. - Я спасу твоего хозяина, но вы отдадите мне реликвию, хорошо? – коварно воспользовался ситуацией парнишка. Жеребец поспешно согласно закивал своей огромной головой и его и так большие добрые глаза распахнулись в искреннем порыве. - Отлично. Они с трудом взобрались по узкой, ледяной тропе, боясь каждый раз сорваться вниз. Парнишка поспешно отыскал глубокую пещеру и, затащив тело внутрь, воздвиг нечто вроде заграждения из плотной ткани, которую нашел прикрепленной к седлу лошади. Стефан в замешательстве и дрожа от холода скинул свою сумку на холодный камень и кинулся к похитителю. Он одним ловким быстрым движением сорвал с него черную мантию, а потом и всю верхнюю одежду с верхней части тела. Рана была серьезная и видимо стрела была отравлена, ибо рядом с наконечником смугло-золотистая плоть начинала чернеть. Стефан склонился над раной и аккуратно лизнул выделявшуюся отвратительную на вид жидкость кончиком языка. Полукровка просмаковал яд у себя во рту, для непосвященных в целительные основы это показалось бы весьма опрометчиво и даже пугающе. Юноша радостно причмокнул, распознав редкий яд, созданный предками ныне существующих северных кочевников, он был древен и крайне опасен. Но благо парнишка был книжным червем и знал противоядие. Каним потащил к себе свои вещи и принялся творить спасительное зелье. Он боролся с одними из самых ужасных врагов всех живых существ, населявших Зазеркалье. И имя им было время и смерть. Жизнь медленно покидало тело таинственного всадника, так ловко умыкнувшего целую реликвию из под носа целого пограничного гарнизона, оставшись незамеченным, если бы не пропажа ценного артефакта. - Он спас мне жизнь и я ему обязан, - бубнил себе под нос Стефан, - Сиан, Остин и все остальные поступили бы также. Они бы спасли его, ну, - парнишка окинул взглядом похитителя, - попытались бы. Они ведь не так гениальны, как я. Тщеславие – это плохо. Парнишка ловким движением вынул стрелу из груди юноши, сопровождаемый глухим стоном, исполненным боли. - Тише герой-спаситель, тише, - ласково шептал Каним, убаюкивая раненного юношу, - я рядом, ты не один. Снаружи слышалось нервное похрапывание жеребца, стучавшего копытом по затвердевшей ледяной корке. Когда спасительная мазь была нанесена, а рана искусно перевязана белыми бинтами, хранящимися в целебной сумке полукровки, Стефан облегченно вдохнул. Внезапно парнишка заметил, как по телу похитителя проходит волнительная дрожь, сотрясающая все его тело от холода. Каним оглянулся в поисках чем его можно накрыть, но в его расположение было только черный плащ, который был на похитителе. Стефан накинул его на него и принялся шептать заклинание, чтобы воздух начинал согреваться, но на это ушло бы слишком много времени, а разжечь костер было нечем. А богато убранная мехами накидка осталась валяться среди снегов. - Та-а-ак, - в замешательстве протянул парнишка, - все мои усилия будут тщетны, если он умрет от переохлаждения. Полукровка вскочил на ноги и нервно забегал по ледяной пещере, пытаясь найти решение в сложившейся ситуации. Вдруг его посетила весьма гениальная и смелая идея. - Даже не смей об этом думать! – испуганно воскликнул Каним, ударяя себя по голове, - это плохая идея. Надо придумать что-то другое. Он нервно прошелся по пещере, а потом с гневом начал срывать с себя новый мундир. - Что б только Дейн не узнал об этом! – с содроганием в голосе воскликнул Стефан, - что я творю?! Каним разделся и скользнул под черную мантию и плотно прижался к дрожавшему юноше, пытаясь согреть его теплом своего волчьего тела. Щеки и кончики ушей Стефана вспыхнули.