Будь ты проклят, Клеф...

Служба безопасности действовала так, словно ничего и не произошло. Охрана продолжала держать оцепление, скорее всего ожидая прибытия вышестоящих органов. Пора было уже привыкнуть к тому, что к жизни человека здесь относились с большим пренебрежением, чем к захудалому таракану, и перестать хвататься за сердце. Все мы, стажеры собранные здесь, должны были превратиться в духовных мраморных истуканов...либо от нас не осталось бы и черного пластикового мешка. - "Не бойся, Линди, ты же боец, верно?" - сказала я себе мысленно, отступая подальше от своих временных собеседников. Они были слишком заняты друг другом, и здесь третий, точнее третья, была лишней. Особенно с такой ужасной прической. Самое омерзительное, что я уже как-то начала привыкать ко всему этому, и сейчас меня занимала не чужая смерть и несчастье, а несколько другое. Те двое так отчаянно цеплялись друг за друга, не пугаясь ни смерти ни разжалования... кажется, именно так должны были выглядеть настоящие чувства. Если уж на то пошло, Клеф даже не попытался прорваться сюда и хоть как-то меня поддержать. Успешные отношения всегда зависели от высокой терпимости к раздражению. Как поется в песне Уинвуда - смирись с этим, детка. И я, черт побери, мирилась. Вот только чего ради? Может быть, случившиеся со мной неприятности всего лишь пытаются дать мне осознать всю бессмысленность наших отношений. Если они вообще хоть когда-нибудь существовали на самом деле. Словно в каком-то театре абсурда, я услышала, как кто-то играет на укулеле, и, вздрогнув обернулась. Понятия не имею, откуда этот человек узнал о том, когда ему необходимо появиться. Он видел меня насквозь и уже научился просчитывать на много шагов вперед, так что все происходящее можно было воспринимать не как совпадение, но спланированное обстоятельство. Охрана охотно пропустила его, лишь мельком взглянув на прицепленный бэйджик. Слишком уж примечательная была внешность у этого представителя администрации. - Я буду жить мечтою лишь одной Что состаримся мы вместе с тобой И на рассвете я снова спою Я тебя люблю, - пропел он, ухитряясь при этом улыбаться во весь рот. Любая девушка на моем месте уже растаяла бы от такого проявления внимания, вот только я осознавала, что подобный поступок лишь сладкая глазурь на отравленном насквозь червивом пироге. Клеф относился к обучению персонала куда сильнее, чем кто бы то ни было еще. Очевидно, он пришел сюда на инструктаж, но не смог лишить себя удовольствия выставить меня в невыгодном свете. Инициативная девица, виснущая на шее у состоявшегося сотрудника с целью карьерного роста - вот что должны были подумать обо мне все те, с кем мне предстояло работать бок о бок. Подумать, и отойти подальше, окончательно образовав вокруг самую настоящую мертвую зону. Ненавижу. Он улыбнулся и провел ладонью по моей щеке, демонстрируя до приторности влюбленный взгляд, и лишь спустя несколько безумно долгих, звенящих от напряжения мгновений, соизволил заявить о том, что в целях секретности нам придется добираться до места стажировки с завязанными глазами. Сказал, что даже завидует нам, ведь это будет бесценный, бесконечно долгий опыт, из-за которого мы станем куда мудрее в рекордно короткие сроки. Нужно ли говорить, что после такого, настроение в толпе стало лишь хуже? Повязки, как следовало ожидать, выдавали все те же многострадальные охранники. Хотя "выдавали" это громко сказано. Просто принесли коробку, в которой находились легальные, совершенно непроницаемые, черные куски ткани. - Какого черта ты здесь, Клеф? - даже не пытаясь скрыть раздражения, осведомилась я. Терять мне было нечего, так что к черту вежливость. - Я подумал, что тебе необходима моя поддержка в этот волнующий момент, - елейно сказал Альто, вынимая из кармана еще одну, не менее черную повязку, как фокусник погорелого цирка. - Мне не особенно понравилось твое настроение в прошлый вечер. Надеюсь, что Филадельфийский отпуск пойдет тебе на пользу. Полоса ткани легла на верхнюю часть моего лица, начисто отрезая видимость и хоть какую-то возможность подглядывания, а я понемногу начала понимать куда нас собираются везти. Если мне не изменяла память, то так называемый "Филадельфийский эксперимент" связывали с Монтаукской военной базой. Но если я не ошибаюсь, то ...мы вряд ли вернемся обратно.