Поход в лагерь

Забрав свой багаж (который, кстати, потерялся, но нашелся через час), компания села в полуразрушенный «Икарус» (возможно тот самый, который убил Цоя). Там было настолько душно, что даже Майкрофт, казалось бы приличный мужчина, снял костюм. Андерсон, соответственно, снял абсолютно все. Часа два автобус, как цирковой конь, бродил кругами вокруг чего-то убого-радужного, пока наконец не припарковался в пяти метрах от вокзала. Шерлдлок хотел было вытащить свой чемодан, как вдруг с истошными воплями, расталкивая всех и вся, прибежал какой-то толстый волосатый мужик, который показался детективу знакомым, и сам взял его багаж. Холмс обрадовался было, но стоило мужчине поднять на вытянутую руку (дабы попонтоваться) чемодан, как со смачным звуком у того отлетела ручка, и чемодан потерпел фиаско. Мужика это ничуть не смутило, и он с пальмофейсом отдал чемодан Шерлу. Андерсон хотел достать панамку, но забыл пароль. Ну, да опустим подробности. Всех собрали в холле. Там стоял высокий мужчина. Он всех усадил (кроме Андерсона, он его не заметил) и рассказал правила поведения. -Я ваш вожатый, Олех. Но не смейте так называть меня! Для вас я Олех Витальевич. А ТЕПЕРЬ СЛУШАЙТЕ МЕНЯ СЮДА! НЕ СМЕЙТЕ ПОКАЗЫВАТЬ ДРУГ ДРУГУ ПИСЮНЫ!!! УЗНАЮ, ПОКАРАЮ!!! А Я УЗНАЮ, БУДЬТЕ УВЕРЕНЫ, У МЕНЯ ПОВСЮДУ УШИ!- на этих словах он коварно переглянулся с толстым мужчиной, спрятавшимся за столбом, и плевать, что это было в здании- И да! Я здесь босс. А теперь пшли вон, псы, я хочу спать! И все разошлись по своим комнатам. Шерлоло спал за Джоном, головой к голове. В первую ночь все спали, уставшие с поезда. На следующее утро Шерло проснулся от того, что кто-то полз у него по спине, и это не были его эротические игры с Джоном. Шерлок поднялся на кровати и истошно закричал – у него на кровати было около 30 мотыльков. Шерлок прыгнул на Джона, совместив приятное с полезным, но это его не спасло – мотыльки были повсюду! Детектив и блоггер как были( а были они в труселях) выбежали в коридор за помощью, но обнаружили, что мотыльки и до туда добрались. Немного погодя, когда Шерлооооооооооок и Джжжжжжжжжжон отошли от этого ужасного события, оставившего неизгладимый след на их неокрепшей сорокалетней психике, они пошли на завтрак. Андерсон стоял с невозмутимым видом, но тут заметил канал НТВ, снимавшей репортаж. Он отпихнул ведущего, посмотрел на камеру и с прищуренными глазами протянул: -Хммммъ… Что же сегодня на завтрак?.. А на завтрак был торт, оладушки с большим количеством сметаны, горячие бутерброды и салат цезарь. Однако, это было только для вожатых. Для детей (ну, не совсем детей, но все же) была каша с заплесневелыми огурцами и странная белая жидкость, которую никто выпить не рискнул. Кроме Джона, которому было не привыкать. После того, как Джон ее выпил он почувствовал легкое головокружение и потерял сознание. Очнулся он на какой-то горе из мусора, где было немного ракушек. Джон сразу догадался, что это пляж, потому что Майкрофт был в пляжном костюме в ананас, а Пуся надел плавки. Только Шерлок не переоделся. Он строил башню из пустых банок. Джог пошел купаться, но вместо моря была маленькая лужица. Джон в непонятках посмотрел в сторону «водоема», но какой-то мужчина весом под 300 кг и страшно напоминающий Обеликса сделал выпад в сторону Джона и ударил его пузом. -Тебе шо, море не нравится?- удивленно спросил Обеликс –Я могу поделиться своим пузом. Джон скрылся в ночи. После моря все пошли в общий душ. Все приготовились к чему-то жуткому, но общий душ был самым роскошным местом во всем Пердянске. Первым туда вбежал Андерсон и скамейкой запер дверь. Когда все смогли войти. Они обнаружили, что Джонатан не имеет никаких комплексов. Он стоял посреди комнаты с кабинками, разыскивая свое полотенце, в чем мать родила, и его это не волновало. Найдя полотенце и со спокойной душой отправляясь в корпус, Андерсон вскоре заметил, что оставил АБСОЛЮТНО ВСЕ в душе, даже полотенце. Рыдая от горя и умоляя Шерлока пойти с ним на поиски, бедняга, не помнив себя, побежал обратно. Но было поздно… Когда он и детектив ворвались в общий душ, ничего уже не было. Андерсон положил голову Щерлу на плечо и зарыдал.