Извращенка

...Опять дует ветер! Проказник... Разносит удушливый запах дыма; едкий и обжигающий запах разврата. Он заполняет лёгкие и путает мысли. Классно! В очередной раз наш преподаватель - Владимир Сергеевич с запоминающейся фамилией Старцев - смешал что-то и опять завёл скучную шарманку о химических реакциях. Его лысина кидала солнечные зайчики на потолок, отражая свет люстр в классе, а по морщинистому виску скатывалась небольшая капля пота. Сегодня было ужасно душно. Не любила я химию. Никогда не понимала её, никогда не любила. Многие говорили, что любовь, к примеру, всего-навсего химическая реакция. Ну, не знаю как любовь, а вот в сексе я бы поучаствовала, смешала бы там чего-нибудь взрывоопасного и ужасно эротичного... Я тряхнула головой. Только не сейчас. Дождись хотя бы перемены. Сегодня было ужасно душно; открытые окна ни черта не помогали, а сломанный кондиционер пылился под потолком, словно хер монаха. Нет, в Боженьку я верю, но так и не поняла за свои шестнадцать лет, откуда у мужчин и у женщин сила воли, чтобы противостоять искушению? Искушение... мм... Зачем ему поддаваться? Потому что не поддаваться ему сложно. Я сглотнула, хотя в горле давно пересохло. Жара... Что ты творишь со мной? Украдкой кидаю взгляд на одноклассников, которые усиленно пытаются что-то писать у себя в тетрадях. Господи, как они могут чем-то заниматься сейчас? Я закусила губу и кинула взгляд в дальний угол класса - на очаровательную девушку, которую вижу вообще впервые в жизни. Наверное, она в одиннадцатом. Странно... до чего же у неё тонкие лодыжки. Так и хочется их потрогать. Обхватить ладонями и задрать вверх её ножки, чтобы потом развести в стороны. Её лодыжки очень красивы, раз пробуждают в окружающих такое желание. Взглядом я прошествовала выше - по упругим икрам до красиво очерченных ягодиц в чёрных шортиках. Белая прозрачная блузка и чёрный лифчик... Возбуждает. Возбуждает даже маленького размера грудь. Подсознание сыграло со мной злую шутку - начало представлять всякое постыдное, да ещё и в разных позах. А воображение у меня ой какое буйное...

Act Ι. BDSM

Девушка сидит на фиолетовой кушетке в красивом чёрном кружевном белье. Её золотистые волосы ниспадают по плечам на колени - девушка горбится; острые плечики едва видно под волной локонов. Её изящная спинка усыпана золотистыми веснушками… и это чертовски возбуждает! Помимо нижнего белья девушка была обута. Шикарные лакированные чёрные туфли на каблуке двенадцать сантиметров с платформой. По моему мнению, на таких ходить невозможно, просто нереально! Для того они и придуманы, чтобы мужчин совращать. Но мужчины существа извращённые – им одних туфель мало, им нужно что-то более дикое. А что может быть диким, необузданным, больше, чем полная власть одного из партнёров? Играет приглушённая музыка; кажется, джаз. Комната утонула во мраке, разносился слабый запах кофе. Девушка встаёт с кушетки, чтобы уступить место красивому официанту. Голубоглазый блондин с накаченным торсом в чёрных плавках и белом передничке заставит захотеть сладкого даже самую искушенную модель, следящую за своей фигурой. Мужчина… нет, парень садится на место девушки и откидывается на подушки – он хищник, он не привык ни с кем делиться. Он не скован в своих движениях. Тем временем девушка перекидывает свои волосы через одно плечо и медленно обходит изысканную кушетку, на которой уселся предмет обожания и хотения. В свете причудливого освещения диванчик окрашивается в бордовый. Молодой человек внимательно наблюдает за жертвой из-под золотистых ресниц. Молодое жаркое тело требует объятий, а алые губы красавицы – поцелуев. Вскоре девушка приближается к официанту и смиренно опускается перед ним на колени. Музыка меняется – звучит скрипка. Необычная – сумасшедшая, ирландская. Разгорается искра, начинается игра, в которой каждый играл свою роль – девушка была безропотной куклой, а парень был садистом-кукловодом. Быстрым движением молодой человек привлёк прекрасную незнакомку на кушетку и буквально из воздуха вынул... галстук? Им он связал хрупкие запястья, лишив девушку возможности сопротивляться. Подвязав её запястья к ручке кушетки, официант криво усмехнулся. Его прекрасное загорелое лицо исказилось на минуту в ужасной гримасе. Но наваждение быстро исчезло – его руки потянулись к её лодыжкам. Девушка лежать смирно не желала, поэтому стала извиваться под поджарым телом. И без того беззащитная, дама просто вселяла чувство блядства и разврата. Недолго думая, парень заткнул ей рот поцелуем. Совращать кого-то - бесценно. Языком официант исследовал рот девушки, а та задыхалась от переполнявших её чувств. Внизу живота ужасно тянуло, словно кто-то дёргал за натянутые струны. Укусив блондинку последний раз за губу, хищник продолжил свои ласки - по скуле он спустился к подбородку и цепочкой поцелуев двинулся к маленькой, но упругой груди. В этой незатейливой пытке, жарком танце, главным был парень - Доминант, другими словами. Доминант и Сабмиссив - звучит как Хищник и Жертва. Очень возбуждённая жертва... Доминант остановился губами на ложбинке между грудей, пока его рука очерчивала затейливые завитки на левом бедре. Дыхание девушки участилось, когда официант оттянул чашечку бюстгальтера и втянул маленький торчащий сосок себе в рот. Златовласка выгнулась дугой, оброняя стон. Нельзя! За свой же скулёж и получила наказание – парень впустил в дело зубы. Как гром среди ясного неба… Как извержение потухшего вулкана! Молнией по телу пробежалась истома и резкая тянущая боль – приятная боль. Издеваясь над девушкой, Доминант терзал ее грудь, выбивая весь воздух из легких. Он был зол, что саб извивалась. Она должна была слушаться... или быть наказанной. Недолго думая, молодой человек резко ввел в нее палец – прямо через трусики, которые уже изрядно намокли. Его член развязно пульсировал, а на виске билась жилка. Он тоже был не железный, тоже человек, хотя и выглядит как ангел... такой же прекрасный и такой же холодный, далёкий. Кроме двух разгорячённых тел в комнате никого не было. Но и двух молодых людей было достаточно, чтобы воздух в комнате стал жарче. За непослушание девушка получала укусы и шлепки, а за стоны ещё и царапины. Парень возвышался над ней, нередко заставляя поднять на него взгляд. А как только беззащитная девушка поднимала взгляд, официант называл её ласковым ругательством и безжалостно вводил в неё палец. И всё по новой. Но постоянно так продолжаться не могло, и блондин сдался. Сорвав уже ненужные трусики с жертвы, он вошёл в неё одним быстрым рывком. Девушка ахнула и выгнулась дугой. Та ноющая боль не отпускала ни на минуту! Организм требовал здорового развратного секса! Немного выйдя из блондинки, парень глубоко вошёл. И снова… И снова… Его губы были плотно сжаты, а на виске блестела капелька пота. Он крепко обхватил руками таз девушки и ускорил темп. Казалось, его сильные пальцы сейчас сломают девушке тазобедренные кости! Толчок, толчок… Ускоренное дыхание, ласковые прозвища: «сучка», «дрянь», «дешёвка». Это было унизительно, это дикость... но сейчас это было лучшим наслаждением для неё. Стоны, наказания. Всё это прокручивалось у меня в голове, снова и снова. Девушка хотела кончить, но парень не разрешал. Нельзя кончать, когда господин не приказывал! Нельзя! Иначе… - Лисицина! – донеслось до меня. Я тряхнула головой и обвела немного растерянным и затуманенным взглядом класс. Кто-то скучно взирал на меня, кто-то и вовсе занимался своими делами. Наш преподаватель ещё раз глянул на меня и вновь уткнулся носом в учебник. – Лисицина, распишите нам, пожалуйста, формулу резины, а то вам на уроке явно скучно. Ммм, преподаватель. Даватель. Ох… Я на негнущихся ногах подошла к доске и взяла в руки мел. Ага, я была красная, как рак. Но мало кто знал, что красная я не от того, что мне стыдно из-за своего наплевательского отношения к уроку, а из-за того, какая я извращенка. Мел заскрипел по зелёной поверхности доски. Так, я помню эту формулу наизусть! Это единственное, пожалуй, из всей химии. Ну, потому что резина. Я улыбнулась краешком губ. Да, ненужное и пошлое я запоминаю на отлично. Но даже стоя у доски - перед всем классом - я не смогла удержаться. Мысли вдруг переключились на совершенно другое!.. Но не менее приятное.

Act ΙΙ. Ченслэш

Старик, профессор… Он объездил весь мир в надежде увидеть своими глазами историю. Его волосы уже тронула седина, а на макушке была плешь. Голубые очи под наплывшими веками, мешки под глазами, бородавки и родинки, второй подбородок. Нужно быть полным извращенцем, чтобы... Это была кладовка. Владимир Сергеевич искал перманганат калия, он нужен был для окисления в реакции. Бесконечные полочки и баночки, баночки… и совершенно не видно порошка марганцовки! Старцев удручённо протёр губы идеально сложенным носовым платком и нахмурил едва заметные брови. Он хотел уже развернуться и уйти, но тут послышались лёгкие шаги и цокот маленьких каблучков. - Владимир Сергеевич? – удивилась Яна, ученица десятого класса. У неё были прелестные светлые волосы, которые она постоянно заделывала в причёску – то кудри, то элегантный пучок, то высокий хвост, - и немного пресные голубые глаза. В общем, она была девушкой из обычного бульварного романа и имела, кстати, такую же завышенную самооценку. Маленький рост, преувеличенно объёмные формы, едкие слова и острый язык. Она была идеальной стервой. - Яночка, - разулыбался мужчина, пропуская ученицу в кладовку с реагентами. – Деточка, не могли бы вы найти мне перманганат калия? Стар уж стал, никак не могу найти… Лицо девушки если и скривилось, выдавали это только её голубые глаза, которые она тут же спрятала в пол. Перманганат калия нашёлся на самой верхней полке. Достать его было затруднительно – пришлось пододвигать стул и вставать на него, чтобы дотянуться. Так как профессор был уже в возрасте и прыжки по стульям могли даться ему с огорчающими последствиями, на стул взобралась ученица. Потянувшись за небольшой баночкой, она даже привстала на носочки – до того она была невысокого роста! Туфли, тонкие лодыжки и упругие ножки. Мм… Юбка была слишком короткой. Она едва прикрывала ягодицы, а на правой стороне была вшита прозрачная серая вставка, словно призывая опустить взгляд на упругую попку. Сейчас, когда девушка тянулась, юбка поднялась ещё выше, и теперь были видны маленькие чёрные кружевные трусики. Владимир Сергеевич сглотнул вдруг наросший ком в горле и хрипло кашлянул в кулак. Белая блузка, полы которой выбились из-за края юбки и открывали плоский загорелый животик. Такой же загорелый, как и нежная шейка… как и упругая задница… Не в силах сдержаться, мужчина протянул руку и провёл пальцем по икре девушки к краю её юбки. Яна вздрогнула и застыла на месте с вытянутой рукой. Страх сковал её, но в то же время проснулось вдруг возбуждение. Она давно уже не была девственницей, да и с парнем своим рассталась три недели назад, а так хотелось секса… Старцев отдёрнул руку, но только затем, чтобы провести ладонью по другой ноге. И теперь его уже не остановило то, что край юбки давно закончился. Внутренняя сторона бедра была горячей, но горячее всего оказалась промежность юной ученицы. Невесомым движением большого пальца мужчина погладил девушку по клитору, а второй ладонью прочертил изгиб икры. Яна задохнулась. Не нужно было слов, чтобы понять, чего хочет профессор. И что хочет ученица. Недолго думая, блондинка опустила руку и пересела на стойку. Обычно тут смешивали вещества для наглядного пособия. Вот и сейчас тут кое-что смешают… Мужчина развёл в стороны ножки прелестной Яны и восхищённо провёл ладонями по внутренней стороне бедра. Девушка выгнулась и обронила едва слышный вздох возбуждения. Юбка спуталась на бёдрах и уже не скрывала развратного нижнего белья. Толстыми и неуклюжими руками профессор расстегнул пуговички на блузке девушки и стянул её вниз. Взгляду предстала упругая грудь, обтянутая чёрным лифчиком. Раз! – и нет бюстгальтера. На щеках девушки появился румянец – в лифчик зачастую она подкладывала вещи, чтобы грудь была более объёмной. На этот раз были белые носки… Мужчина наклонился и провёл языком по торчащему коричневому соску Яны, а второй рукой погладил другой, чтобы ему не было так обидно. Девушка застонала, почувствовав волну наслаждения. Она прокатилась по всему телу, ударив с силой в низ живота. Толстые губы профессора прошлись по груди десятиклассницы и спустились к пупку, пока пальцы – такие же уродливые, как и губы, - подёргивали через трусики клитор. Яна напряглась, когда пальцы отодвинули чёрную намокшую ткань и ещё раз прошлись по киске девушки. Но воображение – штука сложная. Только я приготовилась видеть обнажённого старикана, имеющего малолетнюю стервочку, как оно вдруг нарисовало мне сексапильного высокого брюнета-плейбоя и старушку-библиотекаршу из городской библиотеки. Вот это поворот, сама от себя в шоке. Он прижал к стене хрупкую женщину и впился поцелуем в её шею, оставляя засосы. Женщина обвила накаченный торс и застонала от удовольствия. Её пучок на затылке уже давным-давно растрепался, и седые волосы упали на дряблые веснушчатые плечи. Морщинистое лицо исказилось в удовольствии, когда руки мужчины стали блуждать по её бренному телу. Одна легла на дряблую и обвисшую грудь, которая опустилась почти до пупка, а вторая легла на ягодицу, чуть сжав. - Ты была примерной девочкой в пошлом? – прошипел в узкие губы брюнет и не дождавшись ответа впился в губы старушки поцелуем. Он закинул одну её ногу к себе на бедро, пока исследовал её рот языком. Всё шло к тому, что мужчина её отымеет стоя, прямо тут, но он не учёл одного… Старушка была не прочь вести. Нехитрым движением она прижала возбуждённого брюнета к стене, схватив того за восставший член. Развязные нынче старушки пошли, ох развязные. - Я не буду в тебя кончать, - пообещал мужчина, млея от умелых ласк. Женщина фыркнула и недовольно глянула на него выцветшими глазами. - Все вы так говорите, а у меня уже четыре ребёнка и семь внуков! Нет уж, надевай резинку. - Но у меня нету, - выдохнул с придыханием брюнет, когда старушка сжала его мошонку. - Тьфу на тебя, пёс смердячий! – разозлилась она. – Только на лицо не кончай! Она наклонилась и взяла член сначала в руку, проведя им ладонью от основания до кончика. А потом… - Лисицина! – вновь послышался надоедливый голос старичка. Я проморгалась и с ярким румянцем повернулась к преподавателю. Хм, давателю… ох… - Я могу сесть? Без лишних слов плюхнулась на место. Нельзя мне думать о бабушках и о тех, о ком они там говорят. А говорят они о убийцах, наркоманах и маньяках… Маньяках? Ох…

Act ΙΙΙ. Изнасилование

Совсем недавно, когда мы в очередной раз писали друг другу всякие забавные сообщения в соц.сети, он кинул мне очень интересную ссылку. Ничего не подозревая, я перешла по ней, хотя и догадывалась, что прислать он мне может либо про секс, либо про контрацепцию. Отношения с парнем у меня довольно-таки странные – не понятно, кто кого в итоге отымеет, зато каждый не упустит момента поглумиться и позабавить себя тем, чтобы не развести пошлости в переписке. Надеюсь, ему понравится то, что я собираюсь ему отправить… Хм… Я улыбнулась. Это будет хороший подарок на день рождения. Ведь лучший подарок – это подарок, сделанный своими губами... Ой, руками!.. Опять потянувшись к телефону, открываю блокнот и начинаю усердно тыкать пальцами в сенсорный экран, создавая искусство. Хм, добавим ещё парочку-троечку поз… нет, это уже совсем! Совсем мало! А размахнусь-ка я на небольшой рассказ… Картинка чётко встала перед моими глазами – молодой мужчина с тёмно-каштановыми волосами и недельной щетиной. Мужчин всегда мучает щетина – постоянно бриться по утрам и так далее… Насколько мне известно, зимой… шёрстка, назовём это так, растёт медленнее, чем летом. А вот летом волосы лезут как могут… Не знаю, как вам, а мне щетина очень даже нравится – возбуждает сильно. И шикарной брюнетке, что идёт в конце улицы на высоких каблуках, тоже. Её высокомерное лицо не выражает никаких эмоций… ну, разве что кроме изредка проносящейся боли. Ходить как цапля трудно, между прочим. А крутить мужиками и попой – ещё сложнее. Она дошла до небольшого парка, где обычно гуляли матери с детьми. Мужчина двинулся следом. Одет он был как обычный прохожий: джинсы, футболка, чёрная лёгкая куртка, ботинки. Ну, ничем не примечательный молодой человек… а всё равно как внутренний магнит притягивает, взгляд так и тянется к нему... Или это я параноик. Девушка завернула к боковому выходу – там располагался небольшой футбольный комплекс, который сейчас пустовал. На улице было немного прохладно, а под ногами хлюпала грязь. Весна выдалась нынче странная, ранняя. Когда над головой сомкнулись тени, девушки притормозила и робко оглянулась. За ней следовал всё тот же незнакомец, а взгляд его сиял масляным блеском. Запаниковав, брюнетка попыталась ускориться и быстрее выйти к людям, но как на зло высоченные каблуки не позволили! Подворачивая ноги, девушка буквально прыгала до выхода из парка! И тут он её всё-таки схватил… За попу. Широкие ладони с толстыми пальцами были грубыми. Сердце у брюнетки ушло в пятки, а в горле нарос ком. И что теперь? Он её изнасилует и убьёт? А может это… просто познакомиться хочет? Да, да, да. И «ключи» из кармана у него торчат от долгожданной встречи. Не помня себя от страха, девушка развернулась и оттолкнула насильника… но не рассчитала и полетела вперёд. Мужчина упал на пятую точку, пребольно ударившись копчиком, а сверху его пришибло куколкой с накрашенными бровями и алыми губами, которая, к слову, опять не рассчитала и «ударила» губами незнакомца в лоб. А тот не растерялся, засранец. Схватился за внушительную грудь, словно младенец. Девушка охнула, когда почувствовала его руку на своей груди, а потом ахнула, когда его наглый палец залез под рубашку и бюстгальтер и ласково погладил маленький сосок. Вдруг у брюнетки отказали все чувства – она не чувствовала ни страха, ни унижения, ни мозоли на ноге, что натёрла ещё днём. Она чувствовала только дикое возбуждение и непонятную ломоту в костях… Стрелой пролетело мгновение, девушка даже и не заметила, как была прижата к дереву. Прижата, кстати, по размерам очень внушительным членом… - А теперь ты будешь только моей, - хмыкнул мужчина и… Ну, стоит ли говорить, что бабы – милые и нежные существа, от которых невозможно спастись? …и упал, оглушённый внезапным поцелуем. Губки уточкой, бровки домиком, стойкое намерение выйти замуж… Да уж, такого никому не пожелаешь! Оседлав мужчину, девушка намерилась отыметь его по порно программе… в луже. Но это только распаляет страсть, разве нет?! Я тряхнула рыжей головой, отгоняя бредовые мысли. Господи, о чём это я? Придумала тоже! Вздохнув, нажимаю Delete. Да, лужа не проконает… а вот лес… ночью – очень даже. Я улыбнулась своим пошлым мыслям. На этот раз будем мы!

***

На этот раз главными персонажами буду я и мой хищник. Так, пусть мы катались на его машине и он завёз меня в лес. Народу там было мало, что само собой было хорошо. И он был очень озабочен – что, собственно, было тоже круто. А я была в юбке и, честно признаться, немного озадачена – заниматься сексом в машине круто, но не в первый же раз. Мм, мы перебрались на заднее сидение. Неожиданный порыв холодного ветра остудил горящие щеки и заставил чаще забиться сердце. На заднем сидении в его белой машине было так же уютно, как и в машине моего отца. Дальше больше – мне предлагалось почувствовать себя здесь как дома, то бишь закатить юбку до рёбер и поуютнее устроиться у спутника на коленях. Руки у него - немного уплотненные, с широкими ладонями, - бродили по моему телу, в частности уделяя особое внимание груди. Он сжал ее с такой силой, словно пытался разорвать мне грудную клетку и дотянуться до самого сердца. Не знаю почему, но сердце не сжимается. Только учащается дыхание. Он этого не понимает, смеётся, за что получает от меня укус за ухо. Никогда не любила, когда надо мной смеялись, пусть это даже было по-доброму. Кажется наверное, что я что-то делаю все-таки неправильно - не чувствую его. Его руки на моих ягодицах - да, его язык, который он называл своим главным оружием против меня - да, но его рядом всё равно нет. Его пальцы оттягивают резинку моих трусиков и отпускают. Резкий выдох с моей стороны, его смешок... Не смешно! Это ужасно сексуально! Я чуть не задохнулась от переполнявших меня чувств. Паника пришла тогда, когда он начал стягивать с меня платье. Бретельки соскользнули по обнаженным плечам, открывая острые ключицы и небольшого размера грудь. Да, сиськи бы побольше надо... Ну да и ладно. Ему нравится, а на остальное плевать! Смелые губы молодого человека прочертили линию по шее и немного прикусили кожу. О Господи, как током прострелило! На руках встали дыбом маленькие волоски, а по спине прошлись мурашки. - Не надо, - всё-таки сдаюсь я. Шепчу, вздрагивая от каждого прикосновения, которое отдаётся во мне электрическим зарядом. – Пожалуйста, не сейчас. Молодой человек не слышит. Или не хочет слышать? Скорее всего второе. Он умело расстёгивает мой лифчик, словно делал это уже сотни раз. Этот неприятный факт немного огорчает меня. Минутой позже я чувствую прикосновение ветерка на своей груди и его наглые губы. - Пожалуйста, - в очередной раз шепчу я, но меня не слышат. Начинаю отталкивать его, чтобы хотя бы вдохнуть воздуха – удушливого кислорода, наполненного феромонами, - но он не позволяет – прижимает к себе, словно хочет впечатать в себя. А потом опрокидывает меня на сидение и прижимает сверху. О, Господи. У меня, кажется, инфаркт. Он стягивает платье и отбрасывает уже ненужный лифчик, чтобы раздвинуть коленом мои ноги и… Я тряхнула головой. Руки немного вздрагивали, а щёки горели. Вокруг сидели уставшие от химии одноклассники, а ветер совсем не освежал и не остужал мысли. Ветер был жарким, горячим, прямо как мысли, которые крутятся у меня в голове. Отчего-то впервые в жизни мне стало стыдно и… и немного боязно. Но это чувство прошло, а вот желание писать дальше изнасилование на заднем сидении машины – нет. Глупо, наверное, писать это. Мой молодой человек никогда не сделал бы мне больно, не говоря уже про изнасилование. Ну, я ему доверяю, а остальное не так важно. И вообще... первый раз обязательно должен быть на кровати!..

Act ΙV. Секс с несовершеннолетними

Грубые руки теперь стали самыми желанными, а губы – самыми родными. Утопая в поцелуе, видя прекрасные образы. Жарко, очень жарко. Ещё немного, и искры полетят! Его глаза опять сменили цвет – сейчас потемнели от страсти. Хм, наверное у меня тоже сейчас глуповатое выражение лица… Нет, не об этом сейчас! Тут страсть накаляется, мы на кровати целуемся, а я тут о себе, да о себе! Умелый язык то проникал в мой рот, то проходился по нижней губе, заставляя вздрагивать. Казалось, что всё тело – натянутая струна, пружина. Необычное чувство поселилось внутри, в самом животе – но это не бабочки. Это скорее плавящееся олово… Хотелось того, о чём не принято говорить в приличном обществе. Хотелось того, чего нельзя было получить, не потеряв что-то… Ничто так бережно не хранится и так глупо не теряется, как девственность. В этом танце вёл мужчина – стянул сначала футболку, потом через лифчик помял грудь. Все мужчины – взрослые дети! Всем им бы только титьку, никакой серьёзности! Однако пожар внизу живота не давал мне поиздеваться над ситуацией, заставляя мучительно краснеть. Никогда бы не подумала, что его руки, сжимающие мои ягодицы или ползающие по груди, будут доводить меня до такого исступления. Честно признаться, мне нравится, как он меня лапает. Но только по большому-большому секрету!.. - Милый, - шепчу я, но он меня прерывает поцелуем. Настойчивые губы и рука, которая чертит линию по внутренней стороне моего бедра и приподнимает юбку. Вот чёрт… - Ты что-то хотела сказать? – буркнул он в ответ, целуя меня в уголок губ. - Да нет… - пролепетала я. А всё потому, что он меня с мысли сбил! Как так можно издеваться над людьми? Ой… Для меня было неожиданностью то, что он стянул с меня трусики. Вот блин, а сам-то он полностью одетый! Не порядок… Я стаскиваю с него чёрную футболку, чтобы через минуту задохнуться от перевозбуждения. Ого, вот это впечатление… Он хоть и не был атлетом и поджарым пловцом, он был очень сексуален… Если я и не захлебнулась в собственных слюнях, то в поцелуе – точно. Всё произошло на удивление быстро – не было той романтики, что обычно я читала в романах – не было долгих поцелуев, обнимашек и сюсюканий… Были головокружительные поцелуи, желанные руки, был смелый язык и кровать. Больше ничего и не нужно было… Он накрыл собой моё хрупкое тело. Но задыхаться я начала не от этого – остатки одежды слетели с нас за считанные секунды… и я увидела воочию своими глазами мужчину… голого и возбуждённого. Кажется, я готова была сгореть со стыда. - И чего ты пялишься? – фыркнул молодой человек и вновь лёг на меня. Запечатлел поцелуй на моих губах, пока я придумывала остроумный ответ, но мысли, как это всегда бывало при поцелуе, вдруг отключались – оставалась мучительная пустота. В такие моменты мне всегда было страшно, но сейчас было немного не до страхов. Совсем не до страхов. Я сжала челюсти и глубоко вдохнула, чтобы в следующее мгновение обронить стон. Свой первый стон. Он вошёл так резко, так неожиданно… Ого…

Тут автор сдулся. Просто представил, что скажет один человек автору. И сразу сдулся. Извините, этот акт я не смогу дописать...

Act V. В тихом омуте…

>>Сборка<<

Странно, но мне хочется сделать ему приятное. Очень приятное... Хм... Я отправила ему смс-ку: "Скучаю". Ответ не заставил себя ждать: "Хочу тебя прижать и никогда не отпускать". Сердце споткнулось, а в животе подозрительно знакомо затянуло. Вот тебе скучаю... Не смогла остановится и вновь потянулась к телефону. Закусив губу, пишу ему, что сгораю. Что хочу прикоснуться к нему, хочу поцеловать. Беседа развилась сама собой, как это обычно бывает. Он всегда куда-то пропадает, все время убегает, но сейчас он со мной, пусть и по другую сторону экрана. Такой соблазнительный... Ммм... Перед глазами встала картина, как я подползаю к нему на коленях. Легонько целую, почти невесомо. А потом целую в шею, спускаясь все ниже и ниже. Укусить за ключицу, лизнуть место укуса, а дальше ворот футболки. Он сам ее снял, предоставив мне полную волю действий. Его темные карие глаза томно смотрели на меня. Томно и немного удивленно. Да, он не ожидал, что скромница будет такой развратной. Я прочертила губами дорожку поцелуев и прошлась ладонями по его плечам вниз, к ремню на джинсах. Он напрягся, а дыхание участилось. Я наконец достигла пупка и пощекотала его носом. Его тяжкий вздох был мне ответом. Его пальцы перекинули мои волосы и погладили меня за ушком, словно кошку. Мрррр, как приятно! В благодарность потерлась щекой о его колено, задев плечом его ширинку. Тяжкий вздох. У меня маленькие пальчики, и ими я нарочительно медленно расстегнула ширинку на его джинсах. Он был уже возбужден, а друг заряжен. Я тоже была на взводе, готова была покусать... Что, собственно, и сделала. Стянув с него белье, я взяла в руки мужской половой орган. Щеки горят, руки трясутся, глаза закатываются от переполнявших меня чувств. Но я же пошлячка, мне можно этим заниматься. Мне нужно этим заниматься. Внизу живота все тянет и пылает. Я тру член и уже представляю, как он будет во мне, как ворвется. О, я вижу лицо своего парня... Он задыхается. Ему тяжело, он хочет побыстрее кончить, а я даже не брала у него в рот. Решилась. Последний раз вздохнув, наклонилась и приникла губами. На ощупь бархат, на вкус солоно. О, Господи, какой же он большой! Я провела языком по головке и до самого основания, вновь вернулась к головке. И заглотила его полностью. Так необычно... Но мне понравилось. Непривычно было только то, что так мокро. Почти так же, как при поцелуе. Его стон раздался над моей головой. Но тут вдруг раздался писк телефона. Я закусила губу и посмотрела вниз. От него. Прислал поцелуй. Я улыбнулась и потянулась. Быть пошлой выматывает.

***

Он прислал мне "Скучаю". А я как скучаю... Просто с ума схожу. Отправила ему поцелуйчики и как всегда напросилась на что-то большее. Он прислал мне: "Хочу схватить тебя за попу и притянуть к себе". Я закусила губу, представив это, в животе знакомо завязался морской узел. Вот как он может возбуждать меня всего лишь парочкой предложений? Я была у него дома. Чистенько и уютненько... Совершенная противоположность моей комнате. У меня постоянно на полу валялись носки и капроновые колготки, у кровати в розетке воткнута зарядка от мобилы, а на столе царил вечный беспорядок. В общем, от тетрадей под кроватью до лифчика на люстре. Единственный минус был в том, что мою комнату постоянно посещала мать. Если бы не она, то на стенах бы у меня висели полуголые красавцы, под подушкой хранился бы томик камасутры, а стол бы был завален дисками с поревом. Но не об этом сейчас. Он прижал меня к себе и потребовал поцелуя. Мне пришлось подчиниться, хотя и я увертывалась сначала - подставляла щеки. Его язык в моем рту - мы больше, чем друзья! Прервала поцелуй, потерлась щекой о его скулу. Ох, колется. Как возбуждает! Его руки опустились мне на ягодицы. Мрррр, приятно-то как!

***

Он вводит меня в возбуждение. Никак не могу забыть его губы, его язык. Он смотрит на меня с неким умилением и легкой усмешкой - так смотрят взрослые, наученные жизнью люди. Да, наша разница в возрасте восемь лет... Но это не повод не любить и не отлюбить... Если любишь человека, отлюби его полностью...

Нет, всё, я не могу больше! Читатели, простите меня! Великий злобный автор сдулся... Да на такой фигне! Ах, моё сердце... Ставьте лайки, пишите мне, какая я плохая, кидайтесь тапочками - я заслужила. Хнык.. Надеюсь, вам понравилось..

to be continued...