Барабанщица

Разбудил меня утром настойчивый звонок в дверь. Разлепив один глаз и поняв, что звонок затих, я снова его закрыла и погрузилась в царство Морфия. Но не успели мои овечки начать прыгать, как в дверь снова начали звонить, но при этом еще и колотить в нее руками и ногами. Выругавшись на чем свет стоит, я неохотно вынырнула из своей кроватки и, почесывая бок, пошла открывать дверь. Снова моя привычка не смотреть в глазок, а сразу открывать дверь нараспашку, в надежде убить ею нахала, что не дает мне поспать. Не повезло, нахал увернулся. - Привет, сестренка! - С радостными воплями потянулся ко мне Маус. - Какого хрена приперся? - Буркнула я, на что брат споткнулся и упал. - Жестокая, - начал канючить Маус, потирая ушибленный нос. - Я же к тебе приехал. - Я тебя не звала! - Так же жестко, я отшила надоедливого родственника, и стала закрывать перед его носом дверь. Но мой брат не зря занимался паркуром, поэтому не успела я захлопнуть дверь, как он уже оказался с вещами у меня в квартире. - Оооо…, а не плохая квартирка! - Начал осматривать он наше с Юлькой жилище. Хватаю брата за руку, открываю входную дверь и пытаюсь вытолкнуть наглеца на лестницу. Но на то он и мой брат. Маус руками и ногами уперся об косяки, и не давал ни в какую мне его вытолкнуть вон. - Вали домой, Маус! - Кричала на него я. - Как ты можешь так поступать с единственным родным братом? - Я тебя не звала. Вали обратно в Санкт-Петербург! - Не могу. - Почему? И тут Маус выкрутился так, что на лестницу кубарем выкатилась я. - Если ты дашь мне принять душ и нальешь чаю, я все расскажу, сестренка. Но поверь, мне больше не к кому пойти. Впервые я видела брата таким грустным и растерянным. И не в силах видеть его обиженную моську, я тяжело вздохнула и махнула рукой, подавая знак, что бы он проходил. Что и следовало доказать, мой братец, сразу же повеселел и во всю пел, принимая душ в ванной, пока я готовила завтрак. Когда я уезжала из Санкт-Петербурга, то в этом городе меня давно уже ничего не держало. Родители умерли, когда мы с Маусом были совсем маленькими, так к слову, мы с ним двойняшки, хоть у него и вместо мозгов студень, и мне в детстве казалось, что моего брата подменили в роддоме, на этого имбицила. Он всегда плохо учился, вечно влипал в неприятности, нас роднила только любовь к музыке. Именно он первым начал играть на гитаре и глядя на него, я упросила родителей отдать нас в музыкальную школу. Я тогда была самым счастливым человеком на земле. У нас с братом было все, любящие родители, свой дом за городом, музыка. Пока авария не забрала у нас все, и нас не отдали под опеку маминой сестры и ее мужа. Вот с этого этапа нашей жизни и начались все наши проблемы. Все что нажили наши родители было потрачено на поездки, шмотки и красивую жизнь наших дяди и тети. Но когда ты не зарабатываешь, а только тратишь, деньги имеют свойство заканчиваться. И вот, таким вот образом нас сначала перевели из хорошей элитной школы в обычную, потом продали наш дом, и мы переехали в квартиру в спальном районе. Мы с Маусом рано начали подрабатывать, потому что наши родственники не покупали нам даже еду. Иногда дядя давал Маусу в тихую деньги, но в то время я даже понятия не имела за что. - Ох, как хорошо помыться, после долгой дороги! - Запел мой брат, выходя из ванны. Он так вырос. Стал высоким, тело более слаженное, чем было, более рельефное и накачанное, хоть и не сильно, волосы он все так же коротко стрижет, оставляя немного, для своих дурацких колючек. Помню, как он впервые признался мне, что бисексуал и как удивился, что я давно догадалась. - Так, какого хрена ты сюда приперся? - начала снова я прессовать брата, что он аж чаем подавился. - Ты могла, хотя бы для приличия, сделать вид, что рада меня видеть? Я мило улыбнулась, и через секунду мое лицо снова приобрело каменный вид. - Все? Зачем приперся? Маус тут же ударился головой об стол и снова запричитал: - И это моя сестра? Мы совсем не похожи! - Мне долго ждать? - Мое терпение уже сходило на нет. Маус поднял голову, и его лицо стало снова грустным. - Дядя Игорь умер. Мои глаза сразу стали по пять рублей. - Как? Когда? Почему я не знала? С чего вдруг мне так беспокоиться о мудаке, который растлил моего брата, но с этим его приездом явно что-то не так. - Месяц назад, - продолжил Маус, все так же грустно смотря на стол и сминая в руках скатерть. - У него сердце не выдержало, постоянной пилежки тети Аси. Я положила руку брату на плечо и чуть сжала его. - Я знаю, ты не принимала его отношения ко мне, но я любил его. Он многое мне давал, и это позволило нам выжить, сестренка. По его щекам потекли струйки соленых слез. - Тише, Маус, - начала его успокаивать я и вытирать дорожки слез с щечек. - Все будет хорошо. Маус чуть отстранился от меня, вытащил сигарету из пачки и закурил. - Тетка обманула нас, сестренка. Я чуть сощурила глаза, не понимая о чем он. - Пока я занимался похоронами Игоря, она втихую продала нашу квартиру, и куда-то уехала. Когда я приехал домой, то только обнаружил чемоданы с вещами на лестнице и других хозяев в квартире. Друзья собрали мне денег на билет, и я приехал сразу же к тебе. Мне больше некуда податься, сестренка. Я знала, что моя тетка способна на подобную пакость и давно уже отказалась от борьбы за совместную жилплощадь и отписала все брату, но не думала, что этот лопух все просрет. Смотрю на брата и треплю его по голове. И почему это я не ожидала? Странно, что этот оболтус еще раньше не приперся. - Ну что ж. Это очень трогательная история, Маус. Но у меня ты жить не будешь! - Что? Мой брат аж подавился дымом, видимо в полной уверенности, что я приму его с распростертыми объятиями. остертыми объятиями.