Сокол и горлица

Палуба корабля мерно покачивалась под ее ногами, а Кьяра все никак не могла привыкнуть к морской качке. Белые паруса над головой раздувались, ловя ветер, нос корабля то высоко вздымался вверх, протыкая небо, то зарывался в изумрудно-зеленые, пропитанные солнцем волны. Она оперлась о борт, подставляя лицо холодным морским брызгам. За спиной бегали полуголые матросы, раздавались короткие приказы хмурого одноглазого капитана. Вверху скрипели снасти, гоня корабль все быстрее и быстрее на север. Он походил на гигантскую птицу, летящую по белым барашкам волн. Прошло три года, три года покоя и тепла, наполненных любовью. Оглядываясь назад, она все никак не могла понять, как жила до этого. Какой это ужас, когда долгие годы весь мир вокруг тебя кажется израненным, искривленным, болезненным, полным скорби и печали! И как меняется этот мир, когда в твою жизнь приходит свет!.. Сзади простучали каблуки, и рядом с ней о борт оперлась Адель. Ветер разметал ее кудрявые волосы, швырнув их за спину, и она улыбнулась Кьяре, прищурив один глаз. Ровный загар покрывал ее кожу, солнце вызолотило ресницы и брови. Кожаный жилет, внутренние полы которого занимали метательные ножи, был туго зашнурован на груди поверх белой рубахи со свободными рукавами. Простые серые штаны заправлены в высокие сапоги на квадратном каблуке. Теперь, после долгих тренировок, даже короткий искривленный меч на бедре казался настолько неотъемлемой частью Адель, что Кьяра уже перестала удивляться его присутствию. - Ты чего здесь одна скучаешь? - Не скучаю, смотрю на море, - отозвалась наемница, вновь переводя взгляд на волны. - Оно здесь такое зеленое! – Адель тоже всмотрелась вдаль, и вдруг, рассмеявшись, покачала головой: - Помнишь, Равенна рассказывала про русалок? Сейчас, глядя на такое море, я почти готова поверить всем ее россказням. - Да, уж что-что, а рассказывать она умела, - ухмыльнулась Кьяра. – Я и не такое от нее слышала! Некоторое время они молчали, потом Адель посерьезнела и спросила: - Ты не жалеешь? - О том, что мы плывем на север? Она кивнула. Наемница неопределенно дернула плечом. Свежий ветер и прохладные брызги на лице не располагали к тому, чтобы о чем-то задумываться. - Я ни о чем не жалею. Война все равно рано или поздно докатилась бы до нас. Настает Конец Мира, скоро бежать будет некуда. – Кьяра осторожно притянула к себе Адель. Осторожно, потому что теперь легко можно было случайно напороться на какой-нибудь из спрятанных ножей. – Впрочем, мы уже много раз обсуждали это. - Да, - Адель мечтательно вскинула голову. – А представляешь, если о нас сложат песню? Настоящую, красивую песню, в которой будет множество глупостей и ни слова правды? Про то, как мы с тобой спасали мир от Тьмы! - Может, и сложат, почему нет? – Кьяра ухмыльнулась. – Но я бы все-таки предпочла, чтобы мне дали какой-нибудь титул вместо песни. И земельки к нему побольше. - Да ну тебя! – фыркнула Адель, высвобождаясь из объятий. – Не хочешь мечтать, тогда пойдем, потренируешь меня в рукопашной. Кьяра ухмыльнулась и поцеловала ее в темную от загара щеку, пахшую солнцем.