Мой мир наизнанку

В больнице было ужасно скучно. Друзья, конечно, приходили, пытались развеселить меня. Эмметт тискал меня как маленькую девочку, шутил. Роуз и Элис болтали о моде, о делах в универе. Джаспер рассказывал забавные истории. Я была безумно рада их видеть, благодарна им за то, что они не оставляли меня, но иногда они утомляли меня. Я всегда ждала вечера и Эдварда. Утром он был на парах, а потом сразу ко мне. Я хотела с ним поговорить, а он старательно избегал нужной мне темы. Может, он и правда виноват? А если нет? Тогда почему он избегает этой темы? Жалеет меня? Срочно нужно искать ответы на мои вопросы иначе я просто тронусь мозгами! И этот странный сон с бабушкой... Я всё ещё надеюсь, что это был сон. Живу тут как в фильме, в противной мелодраме! И как меня ещё в психушку не отправили? Я же напилась... - Изабелла, как ваше самочувствие? - спросил молодой доктор, а я за своими раздумьями не заметила его. - Эм… Спасибо все хорошо. А когда меня выпишут? – этот вопрос меня мучил больше всего. А доктор усмехнулся, я задавала этот вопрос каждый раз, когда он заходил ко мне. - Ближе к концу недели. Поправляйтесь! – проговорил он и вышел из палаты. Значит скоро придет медсестра и поставит мне больной укол. Но я готова терпеть по пять таких уколов только бы меня выписали отсюда. Нет, по пять это я, конечно, загнула. Но три точно вытерплю. И вот она – медсестра. Ей бы очень пошёл чёрный плащ и коса. Очень! - Ложитесь на живот, раздевайтесь, - сказала она певучим голосом. Садистка блин! Нет, неужели ей приятно делать людям больно? Я напряглась, и вот оно! Бедная моя попа! Я «вежливо» поблагодарила её, и она удалилась. А я проклинала её, как только умела. Мои проклинания прервал Эдвард, а точнее его голова и голова плюшевого животного. - К тебе можно? – он широко улыбнулся. - Тебе всегда! – я тут же забыла про боль в пятой точке. Он зашел, а за собой нес огромного плюшевого кота и цветы. - Вот зачем ты столько цветов носишь? Уже ставить негде! – возмутилась я. Конечно, мне было приятно, но вся тумбочка была в различных букетах. Уже даже санитарки ругались. - Я думал, тебе приятно, - опустил глаза Эдвард. А я сто раз пожалела о своих словах. - Нет, нет, нет! Прости! – тут же пролепетала я. А он победоносно улыбнулся. - Актер! – фыркнула я. - Голливуд по мне плачет, да? - Рыдает! – огрызнулась я. - Ладно, любимая, прости! Не хочешь, я не буду покупать тебе цветы. Я что-то придумаю другое. Но я надеюсь, от игрушки ты не откажешься? – он протянул мне большого, плюшевого кота бежевого цвета с розовым носиком и коричневыми ушками. Он был совсем как живой. - Нет, конечно! Он такой милый! – я схватила игрушку и прижала к себе. - Милее чем я? – возмутился Эд. - Нет, ну что ты! – он потянулся ко мне и припал к моим губам. Я не удержалась и свалилась на кровать, а он не меня сверху. Ещё немного и мы перейдем границы дозволенного. Он уже целовал мне шею, покусывал мочку уха. Я поняла, что если мы сейчас не прекратим, то нас застукают. - Эдвард... - выдохнула я. – Нас заметят! – я смогла это выговорить. Он тут же отстранился и встал с меня. - Ты права! Не время и не место! – а я надеялась совсем на другие слова. И почему он такой правильный? Я собралась с силами и решила начать разговор. - Эдвард, нам нужно поговорить! – его глаза округлились, и он внимательно смотрел на меня. Я решила, что это знак к продолжению. – Я про тот случай, ты, правда, не изменял мне? – на последнем слове мой голос сорвался на шёпот. - Белла, я тебе клянусь, я никогда тебе не изменю! И тот случай не исключение! Эта сука меня подставила! Я люблю тебя и никогда не причиню тебе боль... - он тоже шептал, а я от его слов расплакалась. Нет, не от разочарования или боли, а от счастья. Вот теперь я уверенна, он мне не изменял. Бабушка была права, как не странно бы это было. Он увидел, что я плачу и стал смахивать мои слезы поцелуем. Вот теперь можно и пошалить! И плевать если нас заметят! Здесь же не импотенты работают, у всех есть потребности! Я накинулась на него, а он и не отпирался. - Шалунья... - прошептал мне в губы, а я рассмеялась.