Тёмная сторона Луны

После произошедшего инцидента Лухан выбежал за Тхэджин следом, словно безответно влюбленный мальчишка, совсем позабыв про своих собеседников. Но девушки и след простыл, поэтому гнаться за ней уже не было смысла. Затем он пытался до неё дозвониться, но Тхэджин осмотрительно выключила телефон, тем самым доводя Ханя до бешенства. Девчонка, сама того не осознавая, крутила и вертела им, как могла. И Лухан каждый раз чертыхался, прекрасно осознавая эту истину. Его – главаря одной из крупнейшей мафии охомутала девица из «простого народа». Это не Соа или Лао Ма, являющихся наследницами других группировок, это не Луна, которая состоит в его клане, не дочка какого-либо высокого чиновника, которая составила бы ему отличную партию. Но Хань понимал, что ни одна из них, и рядом не стоит с его Тхэджин. Как и любая другая девушка. Она была проницательна, умна, прекрасно знала себе цену, могла всегда преподать себя как нужно и вывернуться практически из любой ситуации – в этом она напоминала ему Ким Суянг, его маму. Еще пару лет и в изворотливости и расчетливости ей не будет равных. А без этих качеств ей никак не обойтись, раз она решила связать свою жизнь с таким человеком, как он. Важная встреча, на которой присутствовал Лухан, была сорвана, поэтому была перенесена на другой день. В семейный особняк парень завалился поздней ночью, и не дойдя до спальни, плюхнулся на диван в гостиной, не теряя надежды дозвониться до девушки. Линия, как и прежде, была не доступна. Лу и сам не заметил, как уснул на диване в неудобной позе. Благо, на утро он был разбужен четырехлетним Тэенгом, который подобно жаворонку просыпался раньше всех. Так он хотя бы не был застигнут врасплох прислугой или другими родственниками. Ребенок залез на спящего дядю и умудрился втиснуться в проем между ним и спинкой дивана. Удобно расположившись на Хане, малец достал пульт и включил телевизор, начиная щелкать им, пока не добрался до заветных мультиков. Старший Ким проснулся не сразу, лишь погодя, когда звук телевизора действительно стал надоедать. Заметив под боком Кима младшего, старший сонно потрепал мелкого по макушке, и наконец, нашел в себе силы подняться и сесть на диван. После проведенной ночи на диване жутко болела шея, ломило спину, но Хань никогда не жаловался вслух и не показывал этого. Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, Лу не стал терять времени и решил сразу наведаться к Тхэджин, пока та не ушла на работу. Деловой костюм, в котором обычно фигурировал молодой человек, сменили синие джинсы, черная футболка и белые кроссовки – так он сразу скинул на вид года три – четыре. Одеваться подобным образом он разрешал себе лишь в редких случаях – тогда, когда точно знал, что тот или иной день не будет связан с «работой». Лухан не успел дойти до подъезда – Тхэджин заметила его присутствие быстрее, чем он рассчитывал. Хотя чему ему удивляться? Его школа как никак. Он сам обучал ее быть всегда внимательной, наблюдательной и оставаться на чеку, даже если жизни ничто не угрожает. Лухан только и успел разглядеть на балконе второго этажа копну рыжих волос: Тхэджин мимолетно выбежала и сбросила на улицу вешалки с отутюженными деловыми мужскими костюмами. Поняв, что сейчас начнется представление, парень уперся об капот черного джипа и скрестил руки на груди, ожидая, что будет дальше. Минут десять спустя к дому подъехал черный Лексус, из салона которого вышел Чанель. Посмотрев, как в воздухе «грациозно» витает мужская одежда, Пак ухмыльнулся и соизволил прокомментировать: - Твоё? - Моё, - кивнул головой Хань. - Красиво летит. - Заткнись, Пак. – слова Лухана прозвучали беззлобно, но Чанель чувствовал, что молодой человек так или иначе раздражен. – Это всего лишь показуха. Тхэджин не глупа, чтобы воспринимать ситуацию, какой она может показаться на первый взгляд. Просто решила поистерить, привлечь внимание. - Будь перед тобой кто-нибудь другой, ты не стал бы церемониться, а попросту бы приказал оцепить здание по периметру. Это особое отношение к Тхэджин очень явно бросается в глаза, Лу. – Чанель уперся об капот, примостившись рядом. Тем временем девушка вновь показалась на балконе, послав в адрес Лу испепеляющий взгляд. Хань на этот «выпад» лишь улыбнулся и легко чмокнул воздух, тем самым давая понять, что поцелуй предназначен именно ей. Тхэджин грозно свела брови у переносицы и поспешила скрыться с поля зрения парня. Хань тем временем вновь приобрел серьезный вид. - Твое особое отношение тоже явно бросается в глаза, - не остался в долгу Ким, сделав другу замечание. - Ты знал все это время? – Пак задал встречный вопрос. Утверждение главы Дракона застало немного врасплох. - Догадывался. – сдержанно кивнул Лухан. - А то, что к ней не равнодушен и Сехун? – Чанель вскинул бровь в ожидании ответа, хотя он и так догадывался, каким он будет. - Об этом тоже. - Ты так спокойно об этом говоришь? Неужели не боишься, что однажды Тхэджин увидит в нас не только друзей, но и мужчин? А от тебя в свою очередь устанет – от твоих частых отлучек, от твоего чрезмерно сдержанного характера – список можно продолжать. – Пак решил задать вопрос лоб в лоб: когда еще представиться поговорить «по душам» на такие сакральные темы? - С чего бы мне бояться? – усмехнулся Хань, качая головой, - у Сехуна была фора в три года, у тебя было 23 года, чтобы завоевать её. То, что вы в свое время упустили шанс – я не виноват. Ты видел в ней всю жизнь младшую сестру – оберегал, как зеницу ока, а когда увидел в ней девушку, когда очухался – было уже поздно. Так мой ли это косяк? - Ты в курсе, что ваша первая встреча произошла раньше той перестрелки с пожаром*? – Чанель резко сменил тему, понимая, что слова друга правдивы. - Правда, она сама об этом даже не догадывается, - хмыкнул Лу, давая понять, что владеет и этой информацией. - Забавно вышло. А ведь в тот день я запретил ей посещать клуб, а она, чертовка, все равно сбежала. Я пришел с ребятами за ней, а наткнулся в итоге на тебя с Каем. И если бы не ее вмешательство , то без мордобоя бы не обошлось. На тот момент ей было всего 17 лет. Вторая ваша встреча произошла 4 года спустя. "На тот момент ей было всего 17 лет", - эхом пронеслись в голове слова Пака. Если ей было 17, то Ханю на тот момент - 20. Уже тогда он был опасен. А ведь действительно всё вышло весьма забавно. Лухан помнил это четко, как будто все было только вчера. В ту ночь они столкнулись с Паком буквально лоб в лоб. Два извечных противника - Тигр и Дракон. Вокруг была шумиха, так что для будущей драки это было лучшим стечением обстоятельств. Но вот из ниоткуда в кольцо, которое образовали парни, втиснулась Тхэджин. Девушка была немного пьяна, поэтому смутно воспринимала действительность. - Ёль, зачем пришел? Надо мной итак уже смеются! Давай иди домой, пока тебя никто не увидел! - девчонка, словно маленький ребенок, топнула ногой и принялась подталкивать старшего к выходу. Но тот стоял не двигаясь, подобно скале. В тот момент Лухан недоуменно наблюдал за мелкой чертовкой, которая вот так вот свободно общалась с Чанелем. - Записался в ньньки, Пак? - хмыкнул стоящий напротив Лу. - Не твое дело, - прошипел тот в ответ, а затем водрузил Тхэджин к себе на плечи и произнес, - поговорим при следующей встрече. - Жду не дождусь, - ухмыльнулся Лухан, наблюдая за покидающим танцпол Чанелем и неугомонной девчонкой, которая пыталась сбежать все это время. Тогда она обратила на себя внимание Ханя, но Лу не искал с ней встреч, хотя мог сделать это спокойно. Она была связана с Чанелем, а значит, они должны идти разными путями. И каково было удивление Лухана в ночь, когда они снова повстречались. Две группировки - Тигр и Дракон - оцепили по периметру старый особняк, в котором держали в заложниках Соа, Исина и Тхэджин. Хань еще не догадывался, кого спасал в ту роковую ночь, а когда понял - на несколько секунд обомлел, медленно приходя в себя. - Это всё, что ты хотел мне сказать? – внимательно выслушав речь главы Тигра, решил спросить Лу. - Я недавно вернулся из Японии. Догадываешься кого привез? – Чанель начал немного издалека, переходя к сути лишь постепенно. - Отпрыска якудзы? Тхэджин рассказывала, ты попросил ее приглядеть за ним. – в голосе Лухана чувствовалось недовольство. Чанель знал, что Хань недолюбливает японскую мафию, но положиться он мог только на него. – Ничего не имею против японцев, но эти самураи слишком много о себе думают. - В японском клане междоусобица – старик, находящийся во главе, постепенно угасает. Внутри семьи идет борьба за власть. Дед отослал внука ко мне, чтобы обезопасить от этой распри. А вчера он просил меня приехать. - Ближе к делу, Пак. Чего ты хочешь? - Хочу попросить приглядеть за ним в мое отсутствие. Тао, Бэк и Чен будут со мной. Положиться могу только на вас. - За мальчишкой присмотрит Сехун: я отбываю на два месяца в Шанхай. Чонин, Соа и Тэенг отправляются в Пусан. *** После разговора друг с другом молодые люди разошлись: Пак уехал по своим делам, а Ким решил идти напролом – если уж Тхэджин не пустит, он выбьет дверь со всех петель, но войдет. Стоило Лухану только привстать с машины, на которую он ранее упирался, как из подъезда легкой походкой выпорхнула Тхэджин. Завидев ее, парень уперся об машину обратно и засунул руки в карманы джинс. Он выглядел расслабленным, невозмутимым, хотя впереди ожидал серьезный разговор. На молодой преподавательнице был летний сарафан с немного глубоким декольте – и честно говоря, Лу это совсем не понравилось. На его взгляд платье было коротким – оно демонстрировало во всей красе прямые ноги, изящную шею и упругую грудь. Не будь они в ссоре, он заставил бы девушку переодеться, а еще лучше – не пустил бы на работу, заперевшись на весь день с ней в квартире. Но осознавая свое текущее положение, Хань понимал, что разговор стоит начинать далеко не с этого. Завидев недалеко у подъезда молодого человека, сидящего на джипе, девушка нахмурилась, видимо, ожидая, что к моменту ее выхода Лухана уже не будет. Оставалось пройти молча с высоко поднятой головой и сделать вид, что никого рядом нет. Однако при всем желании это не вышло – Хань просто-напросто не позволил, ненавязчиво схватив за локоть и отведя ее в сторонку от любопытных глаз. - Это что? – Лу кивнул в сторону валяющейся на земле мужской одежды, которую ранее девушка выбрасывала с балкона второго этажа. В этот момент к вещам быстро подбежал какой-то бомж, схватил тряпье и также быстро убежал. Сдержать смешок при виде этой нелепой картины было сложно. Реакция парня же была противоположной – его глаза недобро сверкнули, и Тхэджин решила взять себя в руки, понимая, что в такой ситуации необходимо вести себя более сдержанно и хладнокровно. Она ведь хочет показать , что между ними все кончено, что он ей безразличен? Конечно, хочет! Вопрос парня остался без ответа : Тхэджин лишь закатила глаза и попыталась снова уйти, но Хань продолжал упорно держать ее за руку и никуда не пускать. - Можешь выбрасывать миллион моих вещей, - Хань был спокоен как удав, - Ты никуда от меня не денешься, не сбежишь. - Будешь удерживать меня силой? – девушка с вызовом посмотрела на Лу. – Даже если запрешь под замком, я не буду твоей, если сама этого не захочу. – слова Тхэджин прогремели как гром среди ясного неба. Хань на какое-то мгновение опешил: она никогда не ставила под сомнения их отношения. А тут раз и сказала то, чего он никогда не ожидал услышать. А ведь все звучало вполне серьезно и грозно – настолько, что Лу стал задумываться, что это и не демонстрация истерии вовсе. Воспользовавшись заминкой и тем, что парень ослабил хватку, Тхэджин вырвала свою руку, чтобы уйти прочь. Но не успела сделать и нескольких шагов – Лухан в миг пришел в себя, широким шагом нагнал ее, завернул руку за спину – таким образом, чтобы ей было не слишком больно, и приблизившись к ней почти в плотную за спиной – таким образом, что она могла слышать его ровное дыхание у самого уха, произнес: - Нет, не буду. – Лухан тоже не остался в долгу: его слова напугали Тхэджин даже больше, чем ее - его. Она прекрасно понимала, что он не из тех, кто будет блефовать. И одна мысль, что он согласится положить конец их отношениям, заставила ее застыть на месте и оцепенеть от страха. Благо, она стояла к нему спиной, и ту палитру эмоций, которую она испытала за это короткое мгновение, парень не увидел. Тем временем он продолжил, - Потому что мы привязаны друг к другу – тем, чего не понимаем и не хотим понимать. После произнесенных фраз Хань наконец отпустил девушку и отошел на пару шагов назад. Тхэджин облегченно выдохнула и в тоже время разочарованно поджала губы от того, что молодой человек прервал контакт. Тем не менее она продолжала стоять молча. Мысли вперемешку с эмоциями болтались на языке, разводя в голове целую бурю чувств, но сказать она так ничего и не смогла. - Я приехал, чтобы попрощаться и предупредить о том, что улетаю. Для тебя это не новость, ведь ты наверняка привыкла к моим частым отлучкам. – начал издалека молодой человек, - но на сей раз все серьезно. Из-за прерванной встречи я должен лететь в Шанхай. Меня не будет около двух-трех месяцев. – Хань сделал паузу в ожидании хоть какой-нибудь реакции. Но Тхэджин продолжала стоять замерев, подобно статуе. Не получив ответа, он бросил напоследок короткое «пока», сел в машину и уехал. Тхэджин услыхала за спиной рев мотора, а когда повернулась, чтобы попрощаться, автомобиля и след простыл. Внезапно резко закружилась голова, девушку слегка покачало из стороны в сторону. Схватившись за виски, Ким доковыляла до ближайшей скамьи с мыслью, что идти на работу нет уже никакого желания. *** После разговора с Тхэджин Ханю позвонил Минсок, вызывая по важному делу. Прибыв к пункту назначения, молодой человек двинулся в сторону заброшенного здания. Доселе привыкшие видеть Лухана в деловых костюмах люди с нескрываемым интересом рассматривали своего главаря и тут же покорно опускали взгляд , понимая, что позволяют себе слишком многое. Перед ними предстал не молодой человек, через год которому должно было исполниться 30 лет, а парень – студент, на вид которому можно было еле-еле дать 25. Видеть его таким было непривычно. И невообразимо было представить, что этот с виду молодой пацан держит всю мафию на поводке. Однако несмотря на внешнее перевоплощение, одно осталось неизменным – это суровый взгляд, буквально пронизывающий всю душу. Поэтому уважение к своему главарю ничуть не пошатнулось. Разобравшись со всеми делами ближе к вечеру, Хань решил вернуться в семейный особняк. Дома его встретил выбежавший из кухни Тэенг, в след за которым мчалась прислуга. Увидев спасение в лице дяди, счастливый малыш поспешил спрятаться за ним. При виде старшего хозяина дома девушка поклонилась в знак приветствия. - Тэенг не хочет принимать сироп от кашля. – тут же отчиталась она, давая знать, почему младший Ким удирал от нее. - Он горький, - вставил пять копеек мальчишка, выглядывая из-за дяди. - Оставь, - Хань кивнул на сироп, который девушка держала в руках, - я дам сам. Дождавшись, когда прислуга исчезнет, парень решил повернуться к озорнику. - Ну, что, хулиган «я от бабушки ушел, я от нянечки ушел», от дяди тебе точно не убежать, - хмыкнул Лу, хватая племянника на руки, пока тот не успел удрать. Пацан залился громким смехом, пытаясь вырваться, но чуть погодя смирился. - Ты же не хочешь, чтобы мама переживала? – голос парня был мягким, ласкающим слух, поэтому застывшая в проходе Соа не торопилась показываться на глаза, чтобы не нарушить идиллию. - Но он ведь такой горький. – жалобно пролепетал малыш, тем не менее покорно принимая сироп. - Ничего страшного – зато кашель пройдет. - Увидеть Тэенга таким послушным - весьма редкое явление, не находишь? – Соа вздрогнула, когда рядом с ней незаметно поравнялся Сехун. Все члены семьи потихоньку подтягивались к вечернему ужину. – Чем ты его подкупаешь, что он вечно с тобой весь такой белый и пушистый? – Сехун прищурился, задавая вопрос старшему брату. - Коммерческая тайна, - отмахнулся старший Ким, - но если хочешь узнать, спроси у него самого. – Лухан передал мальчишку Сехуну, и тот закинув себе его на спину, скрылся в коридоре. - Что у вас с Тхэджин? – Соа прошла в комнату и села напротив Лу. Тот поднял на нее многозначительный взгляд, явно дающий понять, что она лезет в не свое дело. Поэтому девушка поспешила добавить, - В последнее время вы оба какие-то дерганные. Хань молчал, продолжая прожигать ее недовольным взглядом. Но Соа просто так не сдавалась. - Тхэджин – моя лучшая подруга, а ты – мне как старший брат. Мы семья, Лухан, здесь нечего скрывать. - Твоя подруга стала истеричкой – вот весь диагноз. – устало вздохнул молодой человек. - Тхэджин никогда не была такой. – покачала головой Соа, - я уверена, на все есть причины. Давай поговорим. Скажи, с чего все началось? - Я не записывался на прием к психологу, - резко оборвал Хань. Парень не любил, когда к нему лезли в душу, пусть даже самые близкие и родные. Соа стушевалась, поникнув головой. - А что тут думать? Он не делает ей предложение, вот она и стала немного нервозной. – в комнату вошел Кай. Средний из братьев решил подкинуть подсказку жене, - И держу пари, Лухан даже не догадывается, что причина всех бед именно в этом. - Как это связано? – Хань нахмурился.- Тхэджин не глупа, чтобы так думать. - Когда мы влюбляемся, мы все глупеем. – перебил старшего Чонин. - Для девушки важно знать, что ее любимый никуда от нее не денеться. А главный способ это подтвердить – забраковать его. – почувствовав поддержку со стороны мужа, Соа стала напирать на старшего Кима. - Сегодня утром она выбросила все мои вещи из своей квартиры. – Лухан не хотел об этом говорить, он не из тех, кто будет делиться своими проблемами. Однако слова сами слетели с языка. - Ого, попахивает паленым. Готов поспорить, был еще какой-то косяк, - Чонин, пожалуй, был самым проницательным из всех братьев. Однако о том, что было в клубе, Лу решил умолчать. Обойдутся без этих подробностей. – Ну, так что там со свадьбой? – никак не мог угомониться Чонин. - Несколько месяцев назад я предложил ей переехать в особняк. - И? – глаза у четы Ким горели в ожидании ответа. - Она отказалась. На тот момент мне показалось, что она не торопится выходить замуж. - Предложить переехать в семейный особняк – достаточно большой шаг для мужчины, - поддержал Чонин брата, - Это говорит о том, что он готов к супружеской жизни. Если девушка отказалась, это значит, что она относится несерьезно к их отношениям. Соа дала подзатыльник мужу и строгим тоном произнесла: - Глупый! Для девушки замужество- это тоже важный шаг! Но поймите, она хочет войти в этот дом, не как простая подружка. А как жена, как хозяйка этого дома. Тхэджин чтит старые традиции, для этого как ни крути она хорошо воспитана. А переехать в дом мужчины до замужества – в ее понимании нехороший тон. - И в этом вся загвоздка? – Соа, похоже, видела Лухана удивленным впервые в жизни. Парень смотрел на нее исподлобья, словно нашкодивший школьник. - Вопрос теперь в другом, что ты будешь делать? *** - И что, он вот так вот взял и уехал? – Юна была раздосована таким ходом событий. Тхэджин же в ответ что-то неразборчиво промычала, продолжая ковыряться ложкой в десерте. Подруги не виделись долгое время, поскольку первая была в вечных перелетах с Минсоком. Однако Тхэджин необходимо было высказаться кому-нибудь. - Знаешь, как хреново на душе? – Ким обессилено плюхнулась на стол. - Скушай пироженку, поднимется настроение. – посоветовала подруга. - Нихрена оно не поднимется! Оно безвкусное! Надо написать в жалобную книгу, здесь ужасно делают десерты. - А по мне – так тает во рту! Попробуй мое, - Юна подвинула тарелку ближе к Тхэджин. Та, в свою очередь, без какого-либо интузиазма надломила кусок и попробовала его. Лицо девушки в миг скривилось. Если бы рядом было мусорное ведро и не было бы столько народу, Ким обязательно бы выплюнула его. - На вкус как резина. В принципе также, как и первое. - Та-а-а-ак, - Юна поняла, что нужно бить тревогу, - Иди сюда! Старшая подвинулась к подруге и приложила ладонь ко лбу. - Вроде не лихорадит. Если, конечно, ты не испытываешь стресс после сегодняшнего утра. Но даже если так – я никогда не слышала, чтобы стресс как-то влиял на вкусовые рецепторы. Послушай, может тебе наведаться к Исину? Все-таки здорово, когда у тебя есть друг-врач. - Со мной все в порядке, - отмахнулась Тхэджин, - я здорова как бык. Юна хотела было возразить, но ее отвлекло пришедшее на телефон сообщение. - Слушай, Тхэджин, совсем забыла сказать, у нас с Минсоком сегодня встреча. Не обидишься, если оставлю тебя одну? - Да, нет, дерзай, - Тхэджин посмотрела на наручные часы, - все равно с минуту на минуту должна прибыть еще одна подружка. - Подружка по имени Сехун? - Она самая, - кивнула Ким утвердительно. - Это про какую подругу вы говорите? – у столика остановился высокий блондин. Сехун был немного взъерошен, но тем не менее старался не подавать виду, что слова девушек его задели. - О, Сех, ты уже приехал! Тогда я побежала! Оставляю эту несносную на твое попечение! – опасаясь, что сейчас придется отчитываться перед другом, Юна быстро попрощалась и также быстро скрылась из виду. - Сеху-у-у-ун, ты привез то, что я просила? – жалобно пропела Тхэджин, словно кот, который ждет свою валерьянку. Ничего не ответив, парень молча положил на стол пакет с редькой. Ким, в свою очередь, взяла в руки ножик и принялась очищать корку от овоща. Разделавшись с ним, она разделила редьку на четыре части и начала лопать ее, как ребенок – фрукты. - Как ты ее ешь? – Сехун с интересом наблюдал, как девушка с особым аппетитом поглощает вышеупомянутую редьку. – Она же противна на вкус. - Не знаю, в последнее время у меня к ней проснулся зверский аппетит, - пожала плечами Ким, продолжая одновременно уминать овощ. - Тебя случайно не Лухан приучил ее кушать? Всю жизнь ее лопает, - проворчал Сехун, скрещивая руки на груди. На этих словах девушку осенило. Неосознанно Тхэджин схватилась за живот, перематывая в голове произнесенные фразы. У Ханя, конечно, специфический вкус к еде, но не мог же он передаться воздушно-капельным путем? «Нееет», - Ким покачала головой, - «Передалось, но другим способом».