Фотографии.

Я решил разобраться в кладовке. Чертов день. Настало время возвращаться. Я прошу, чтобы ты снова был рядом со мной, как и задолго до этого чертова дня. Я так устал. Я хочу снова вернуться в твои объятия, снова окунуться в убийственный омут твоих глаз. Я хочу чувствовать тебя рядом, а не знать, что ты рядом с кем-то еще. Это было не предательство, это, скорее, было обычное стечение обстоятельств. Затемнение разума. И именно в тот момент ты понял, что я уже не являюсь тем «светлым лучиком» твоей жизни, коим являлся, задолго до этого чертова дня. Я люблю тебя. Я пересматриваю фотографии и окунаюсь в воспоминания, даже если мне так больно. Клин клином вышибают, но не думаю, что с тобой получится так же. Май, 2009 — Пожалуйста, не так высоко, Мэтт! Я боюсь высо... А-а-а!.. Я раскачиваю тебя на больших качелях над пропастью. Не помню, где я нашел их. Как-то наткнулся, совершенно случайно, и почему-то мне захотелось показать их тебе. Тебе понравилось. Мы приходили сюда чуть ли не каждый день, ты постоянно просил раскачать тебя и постоянно кричал, что я делаю это слишком рьяно. Я помню тембр твоего голоса в те моменты. Точь-в-точь, будто запись, прокручивается в моей голове. Я не могу от него избавиться. Потом ты скажешь, что это я виноват в том, что ты сорвал голос. Я буду отрицать, аргументируя это тем, что он у тебя такой от природы. Но ты упорный... Ты просто заткнешь меня, как ты умеешь, прикоснувшись своими мягкими губами к моим, грубым и твердым. И я забуду все, о чем говорил или даже думал минуту назад. Октябрь, 2010 — Ты чудесно выглядишь! Снова фотография передает мне твой манящий голос. На фотографии — я в черном смокинге, с классической бабочкой и... очками. Эти очки, они были не настоящими, я помню, вернее, не для исправления зрения, а для красоты. Аксессуар. Ты говорил еще, что они завершают мой образ. На этой фотографии виден твой палец, да, ты никогда не был прирожденным фотографом. В тот день мы с тобой пошли на премьеру какого-то «умопомрачительного» фильма, как официально приглашенные гости. Я даже название того фильма не помню, помню лишь, что он нам с тобой ни капельки не понравился. После премьеры мы пошли гулять по парку. Была ночь, тишина и осенний холод. Мы шли, обнимая друг друга за плечи, будто пьяные, но нам просто так хотелось. Отсюда еще одна фотография — асфальта в том парке. Ты был одет так же, как и я, но вместо бабочки на тебе был серый галстук. Никогда до того момента не думал, что серые галстуки вообще могут кому-то идти. Апрель, 2011 — О чем ты думал, когда покупал мне этот фотоаппарат? Несмотря на то, что фотографировать ты так и не научился, мне все равно захотелось подарить тебе его. Чтобы у тебя был свой, чтобы ты делал это так, как умеешь, ведь большего от тебя и не требовалось. Просто фотографировать, просто быть. И ты был. Помню, в том фотоаппарате тебе не понравилось то, что картинки не выплывали сразу, как на моем. Я сначала пытался найти тебе такой же, но не нашел, а в свое оправдание сказал, что мы же должны чем-то отличаться. Фотоаппаратами, например. Потом фотографий стало еще больше. Ты благодарил меня, даря свои уютные объятия, чтобы осязать которые снова, я мог бы продать свою душу. Декабрь, 2012 — С рождеством, сметанка! На фотографии мы вдвоем. Неровная постановка, размытые края и смазанные лица. Можно только догадываться, кто был автором данного фото. Почему сметанка? Потому что ты купил кремовый торт на рождество, как часть подарка, а я случайно уронил этот торт на себя, когда вытаскивал из холодильника. Тогда-то ты и прибежал ко мне с фотоаппаратом, и заорал ту фразу на весь дом. Получилось не четкое изображение, но лучшего качества я и не желаю. Август, 2013 — Мне пришло письмо... Письмо от твоей нынешней большой любви. Это последняя наша фотография. Тогда я еще не знал, чем все закончится, и согласился отобразить тебя на фотобумаге с этим бледно-голубым конвертом. Ты так радовался. Там было сказано, что ты выиграл большую сумму в лотерею, и должен забрать ее. Ты поехал забирать свой приз и... твоим призом стала новая любовь. Больше ты не звонил мне, не писал. Ты не появлялся в моем доме никогда. Ты даже не забрал свои вещи. На какие-то мгновения я, было, стал задумываться, что с тобой случилось что-то серьезное, что-то со здоровьем. Но ты был счастлив и полон сил. Через некоторое время мне все-таки пришла телеграмма от тебя, где было лишь одно слово: «s o r r y». * * * Я пытаюсь забыть. Я пытаюсь выбросить эти фотографии, потому что я понимаю, что ничего уже не вернуть. Боль рвет меня на части. Я хочу кричать, но стены в моем доме слишком тонкие. Боюсь разбудить весь квартал. Я всегда буду помнить тебя. Спасибо за все. Пойду и куплю красивые рамки для фотографий.