Преодолимые препятствия

— Значит, так, — рассказывал Белый, расхаживая вдоль скамейки, на которой примостился его компаньон, уныло подперевший щёку. — Сегодня нам понадобится пружина, боксёрская перчатка и немного смекалки. Будем готовить для Леопольда сюрприз… Ты меня вообще слушаешь? — Угу, — отозвался тот. — Хорошо, — кивнул их негласный лидер, удовлетворённый хотя бы такой реакцией. — Представь себе такую картину: открывает этот пацифист проклятый шкаф, а оттуда ему подарочек прямо в рыжую морду!.. — Угу. — Осталось только подкараулить, пока он пойдёт в магазин за своим дурацким молоком, и тогда… — Слушай, — вдруг позвал Серый, – а, может, ну его, этого Леопольда? Белый мышонок даже окаменел от неожиданности и только глаза выпучил. — Ч-что? — с трудом пролепетал он. — Что значит «ну его»? Да мы пока… этого подлого труса со света не сживём… не отступим! Так или не так? Может быть, это ты теперь у нас трус? — подозрительно прищурился он. — Да не в этом дело, — обречённо вздохнул его товарищ. — Просто… может быть, мы сегодня, ну, не знаю, в парк сходим? Погода такая хорошая… — Погода? — снова поперхнулся Белый. — Погода, конечно, хорошая… самая подходящая для какой-нибудь подлости. — Угу, — в третий раз уныло буркнул Серый, и его напарник нахмурился. С одной стороны, он привык, что тот всегда подчинялся его требованиям. С другой — если он будет таким кислым и несобранным, то проделка легко может оказаться под угрозой. — С чего тебе этот парк дался вообще? — Да так, — уклончиво пробормотал Серый, бивший в этот день все рекорды по немногословности, и даже как будто покраснел немного. — Ладно уж, — решил, наконец, Белый. — Хорошо: сейчас идём к Леопольду, а потом ты можешь хоть в парк, хоть… не знаю куда. — Нет, — неожиданно строптиво возразил тот, — так не пойдёт. Мы вместе в парк пойдём. — Угу… то есть, тьфу ты, заразился. Вместе так вместе, но это потом, а сейчас за пружиной, так что поднимайся уже, — нетерпеливо проговорил Белый и деловито помчался куда-то. Серый мышонок не торопился и медленно побрёл следом, смакуя свою маленькую победу. Ещё недавно он и слова не мог сказать поперёк, а сегодня заставил друга согласиться на эту прогулку. Правда, теперь, чтобы она состоялась, шалость должна пройти успешно: Белый склонен был расстраиваться и злиться после каждой неудачи, а случались они почти всегда. «Вот же котяра мерзкий, — подумал Серый. — Всем-то он жизнь портит. Даже в парк из-за него не сходишь».