Дежавю

Трандуил внимательно огляделся вокруг, тронув поводья — могучий лось под ним покорно приостановился, давая хозяину осмотреться. Впрочем, все вокруг было тихо и спокойно, лишь ветер негромко шелестел в верхушках деревьев векового леса. — Не территория лесных эльфов, а какой-то проходной двор, — негромко проговорил себе под нос правитель. Как будто ему было мало тех гномов, что недавно проникли во владения Трандуила, их и их нахала-вожака, посмевшего бросать в лицо лесному правителю свои обвинения. Сегодня охрана обнаружила очередного незваного гостя играючи разбирающимся с огромными пауками, вновь прорвавшими кордон — не гном и определенно не хоббит, для обитателей Шира и подземных жителей гость был слишком высок. Как его описывала стража — высокий мужчина в золотом шлеме с рогами и зеленых с черным одеждах, в таких же золотых доспехах сражался с пауками подобием длинной секиры. Трандуил вновь слегка толкнул лося коленями, и умное животное, подняв голову, зашагало вперед, грациозно поднимая голову и переступая мощными копытами. Лесной правитель внимательно всматривался в бурелом и, наконец, увидел то, что искал — подол черного плаща, мелькнувший среди изломанных ветвей проклятого леса. Человек бы не смог заметить этого — на такое способны лишь острые глаза лесного эльфа. Эльф пригибается к шее своего «коня», и тот, без слов понимая намерения хозяина, переходит на рысь — точнее, ее подобие, затем на галоп. Копыта лося с привычным негромким шорохом соприкасаются с землей — Трандуилу знаком и привычен этот звук. Он настигнет непрошеного посетителя своего леса. Впрочем, когда он выезжает на поляну и осаживает лося, там не оказывается никого, кто мог бы заинтересовать лесного правителя — лишь молодая лосиха, мирно пасущаяся на лугу. Трандуил спешивается и обходит поляну по кругу, внимательно осматривая кусты, пройти мимо которых, не столкнувшись с эльфом, было бы невозможно, но ветви их целы — ни одной ни обломано, и Трандуил не знает, что думать. Из-за его спины доносится негромкое мычание, затем треск кустов и топот копыт, и лесной правитель оборачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как его лось следом за проломившейся сквозь кустарник самкой исчез с поляны. День определенно не задался.

******

«Говорила мне Фрейя в детстве — не повторяйся, сынок!» — мрачно думал Локи, снося грудью кусты на своем пути и стараясь избавиться от навязчивого ощущения дежавю. Где-то сзади — скандинавский бог надеялся, что далеко, — хрустели ветви и шуршали листья под копытами нахального транспорта того высокомерного эльфа. Нет уж, спасибо — Локи вполне хватало и роли мамочки Слейпнира. «А если этот тоже окажется восьминогим?!»