Подвязка

Вот дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Ноэл ненавидел, когда что-то мешает ему нормально работать. Пожалуй, это единственная вещь, которая его раздражала, кроме, конечно, грязных столов, а ещё Лиама, если он выёбывался и не хотел выходить на сцены, или звонков от мамы, в неподходящий момент. Слишком сложно сказать как там Лиам, если хочется его придушить. Раздражал Бонхэд со своими нудными длинными речами в те моменты, когда хотелось просто отключиться. Или Гигс, которому нужно слишком долго объяснять что-то. Ноэл с чувством выдернул штекер и выматерился. - Эй, приятель, всё в порядке? – Дэйв, их роуди, забавный парень с историями на каждый случай, стоял прямо за его плечом. Ноэл кивнул, продолжая распутывать провод. - Мы тут в бар собираемся, в прошлом месяце Ли Маверс оставил там полторы… Ноэл кивал, не особо вслушиваясь, а затем они отправились на самую клёвую вечеринку в истории. ***       Это была несомненно хорошая пивнушка. В центре внимания, но никто не пристаёт. Лиам исчез сразу же, а они приехали сюда. Что ж, можно будет подразнить маленького засранца. Он познакомился с самим, мать его, Эшкрофтом. Ноэл блаженно откинулся на кожаное сиденье авто, и поглядывал на ночные улочки, пока такси везло их в отель. Ноэл рад был повеселиться, а ещё больше рад был отделаться ото всех. Так что он не знал, чем закончится этот день, когда толкнул дверь в свой номер, и она распахнулась, словно и не была заперта. Чёрт, его ограбили? Горничная не закрыла за собой? Ноэл обвёл взглядом комнату. Ох, он ошибся номером.       Лиам лежал на кровати. Синеватый свет телевизора падал на него, и Ноэл не знал, спал ли он, или ещё что-то. Собирался, уже было, притворить за собой дверь, но споткнулся о порог, Лиам резко повернулся на звук, усаживаясь на постели, потом будто опомнился, потянув на себя одеяло. О, Ноэл успел увидеть то, что тот прикрывал с такой тщательностью. В тот момент, он подумал, а зачем вообще уходить, он может прилечь тут ненадолго, не так ли? Они ведь братья.       Лиам не сводил с него своих огромных глаз, пока он приближался. Даже не моргал, наверное. Ноэл не мог сказать наверняка, потому, что его собственный взгляд был прикован к одеялу, которым Лиам едва прикрывал свои длинные ноги. Его футболка болталась на нём, будто была стянута с плеч какого-нибудь гиганта. Он мог чувствовать, какой он тёплый, когда присел на край постели, даже не прикасаясь к нему. Лиам нервно подвинулся, то ли отстраняясь, то ли освобождая для него местечко. У       Ноэла сводило челюсть, когда он представлял, как Лиам готовился и ждал его. Он не сомневался в том, что пиздёныш разыграл для него этот спектакль по заранее готовому сценарию: не пошёл развлекаться, и весь вечер провалялся перед теликом, чтобы продемонстрировать себя Ноэлу в нужный момент. Он мысленно рисовал себе эту картину, за последние несколько дней так часто, что уже не отличал реальность от вымысла: такие правильные, по-юношески стройные, бесконечные ноги Лиама, с подвязкой на одной из них, белой кружевной полоской ткани, которая тянула Ноэла за край. Ни одна девчонка, надевшая это, не завела бы его больше, чем его собственный брат. Он бы хотел посмотреть, как Лиам надевает это, поправляет на своём бедре. Крутился ли он перед зеркалом в этот момент? Или просто нацепил и завалился смотреть ТВ с большой порцией попкорна на коленях, ожидая брата? Ноэл хотел так много, что варианты так и крутились в голове, но больше всего ему нужно было увидеть. - Приятный сюрприз, не так ли?       Лиам посмотрел на него. Его веки были полуопущены, а рот приоткрыт, будто он был слишком рассеян, чтобы ответить ему. Ноэл знал: это тоже часть всех его игр, на самом деле Лиам был сконцентрирован как гепард перед прыжком, полностью во внимании.       Ноэл подумал, что будет глупо спрашивать его разрешения, чего он там не видел? Воспоминания были такими призрачными, будто не наяву. Все эти неловкие поцелуйчики и взаимная дрочка вполне могли присниться ему. Он определённо вырос за эти пять-шесть лет, и Ноэл хотел посмотреть и на это тоже.       Так что просто потянул за край одеяла, пальцы Лиама судорожно сжались, а потом хватка ослабла. Ноэл знал, что он тоже хочет показать себя.       Ноэл был слишком нетерпелив, чтобы просто разглядывать это. Он погладил кожу вокруг присборенной резинкой и кружевом, отчего вверх по бедру пошли мурашки, тот поёрзал, но не стал мешать ему, и тогда Ноэл решил, что может позволить себе больше: он присоединился к нему на кровати, и мягко, но настойчиво толкнул его в грудь. Футболка Лиама задралась, он весь был как на ладони. Ноэл мог видеть его очертания сквозь белые плавки, и влажное пятно на них, которое расплывалось всё больше, пока он ласкал его: целовал острую коленку и гладил соски через грубую ткань футболки, нависая над ним. Он вполне мог быть с ним нежным, ведь он любил Лиама, какой бы распоследней сволочью тот ни был. Это был его брат, и да, он не собирался быть слишком грубым, даже если ему совсем не терпелось. Он склонился к его бёдрам, касаясь губами на границе кружева и кожи. Он мог чувствовать терпкий запах Лиама, там, выше. И видеть, как он жадно смотрит на него, опираясь на локти.