song to say goodbye

«…Сегодня было найдено тело солиста группы My Chemical Romance…» «…Тело Джерарда Уэя было найдено в Центральном парке…» «…12 ножевых ранений в область грудной клетки…» «…Главный подозреваемый Фрэнк Айеро, местонахождение которого полиции не известно…»

Когда-нибудь чувствовали, как мир вокруг вас рушится? Как мы, сами того не подозревая, убиваем людей? Словами, взглядами, поступками, да всем чем угодно. Я убил его. Я убил человека. Такого родного, человека. Я просто жалкий трус и то, что я сделал, спасло мне жизнь. Хоть и ненадолго. Если бы я не позвал его выйти на улицу и прогуляться, то все бы остались живы. Один из троих отморозков протягивает мне нож и предлагает убить Джерарда ради спасения моей задницы. Джерард лежит в отключке, и он даже не чего не подозревает. Они снова предлагают нож. И мои растерянные глаза пытаются найти что-нибудь для спасения. Мне стыдно, мне ужасно стыдно. Я ненавижу себя. Боль. Боль будет убивать меня годами, десятилетиями, до того момента, пока я не умру. Мне страшно умирать не потому что мои ноги никогда не будут ходить по этой земле, не потому что я никогда не увижу солнца вновь. Вдруг жизнь на том свете существует, и там все счастливы? Все будут счастливы, кроме меня. У меня будет личный котел в аду, а перед тем, как отправиться туда, я увижу Джерарда. Его улыбку, быстро сменяющуюся на гнев, его опущенные руки, которые сжимаются в кулаки и готовы в любой момент хорошенько разукрасить мое лицо, которое он когда-то так любил. Знаете, это может быть вечной пыткой для меня. Медленно наклоняюсь и целую Джерарда в лоб, тихо произношу последние слова предназначенные ему. - Прости. Я люблю тебя. Размах. Нож останавливается в нескольких сантиметрах от его грудной клетки. Что я делаю? Фрэнк, ты сошел с ума. - Нет! Я не буду этого делать! - идиот. Мне казалось, что это должно как-то помочь. Но не помогло. Как только я сказал это, к моему затылку прислонилось дуло пистолета. - Делай! – грубый мужской голос раздался за моей спиной, и его обладатель тут же снял пистолет с предохранителя. – Делай! Или сначала мы убьем твоего любовничка, расчленим, а потом и тебя пристрелим. Ну а если ты сделаешь это сам, скорее всего мы тебя отпустим, ты думаешь это глупо? Возможно. Но ты никому не скажешь, потому что ты никогда нас не найдешь. А вот весь мир узнает, что Фрэнк Айеро, кумир эмо-девочек, на самом деле жалкий наркоман, убивший Джерарда Артура Уэя. От этих воспоминаний голова жутко раскалывается. Скорее всего, это звучит глупо и пафосно, но я не могу без него. Хочешь убить человека? Убей тех, кто дорог ему. Они так и сделали, вот только Джерарда убил я, по их указке. Нет, не подумайте, что я оправдываюсь. Вы же знаете, что скоро придет и мой конец. Сегодня Новый Год? Замечательно. Это должно выглядеть красиво. Я постараюсь сделать так, чтобы это выглядело красиво. Мне нечего терять, моя самая большая в мире драгоценность кормит собой червей. Джерард. Дже-рард, два шажка языка, и в моих подлых глазах выступают слезы. Джерард, ох, этот парень был влюблен в смерть, мечты и грезы посвященные ей. Рисунки и стихи, а теперь она решила познакомиться поближе с моим ангелом. Нож вонзается в грудную клетку Джерарда, кровь течет по белоснежной рубашке, которая только что вернулась из химчистки. Он смотрит на меня. Я вижу. Я вижу, как его покидает жизнь, как я забрал свет из его глаз, но я уже не могу ничего сделать. Я жду, что сейчас последует моя очередь, и пуля продырявит мне голову. Но ничего не происходит. Они просто разворачиваются и уходят, будто тут не лежит мертвый человек, а в руках у меня не окровавленный нож, а букет цветов. Все готово. Табуретка падает с жутким грохотом, ну вот, я получил по заслугам. Можете открыть музей рок-славы в Нью-Йоркской квартирке, где умер Фрэнк Айеро. Воздуха с каждой секундой становилось меньше, я мог спокойно дотянуться до стола и встать ногами, дабы прекратить всю эту боль. Но зачем? Несколько минут я висел и умирал, чувствуя боль. Физическую и духовную. Судороги по всему телу, а теперь я мертв. Прощайте. Это конец. Конец без Happy End'а. Размытость. Вот, что встречает меня. Размытый силуэт протягивает мне руку. Она холодная, как у Джерарда. Я ни разу не чувствовал тепло его рук, вечно ледяной мальчик. Зрение приходит в нормальное состояние. - Ох, Джерард! – сорвалось с моих губ. Он взял меня за руку и повел за собой. Два силуэта идут на свет заката, а потом растворяются в дали.