Искренняя улыбка

- Дрянь, - прошипел Куроюри, пнув Эвелин ногой в живот. - Куроюри, - одернул мальчишку Аянами, поднимая обмякшую девушку на руки. - Ая-тян, а что мы с этими будем делать? – спросил Хьюга, косясь на лежащих, на земле Мустанга, Хоукай и Миракл. - Ничего, нас это не касается, - направляясь в сторону своего корабля, произнес Аянами. – Сейчас мы улетаем. - А фестиваль? – спросил удивленно Конатсу, он уже подготовил костюмы для себя и лейтенанта. - А что наши костюмы уже готовы? – нависнув возле уха своего помощника, прошептал Хьюга. - ЛЕЙТЕНАНТ! – отскакивая в сторону, прокричал Конатсу. – Кончайте выпендриваться. - Куроюри-сама, - произнёс Харусе, подхватывая уснувшего подполковника. - Психи, ненормальные, - прошептал Шури, испуганно следуя за командующим и его свитой. Поднявшись на борт корабля, Аянами с Эвой на руках проследовал в сторону своей комнаты, на ходу бросив: - Меня не беспокоить, заканчивайте писать свои отчеты. Хьюга тебя это касается лично. Кацураги, держать курс в сторону третьего округа. - Ну вот, Ая-тан, сейчас будет веселиться… А я… - затянул Хьюга, потом заметив подошедшего к Конатсу Шури, продолжил, - Оак, а ну-ка садись писать отчет. - Отчет? – удивленно спросил Шури. – Но я ведь уже все свои отчеты написал и сдал командующему. - ТАК, позволь спросить, - надвигаясь на Шури, произнес лейтенант, - кто здесь старший по званию? - В-вы, сэр. - А кто проблемный беглайтер? – прижав мальчишку к стене, спросил Хьюга. - Я…я…сэр. - Кто должен писать отчет? - Я…Б-б-будет исполнено, - прижав руку к виску, сказал Шури, съезжая по стенке. - Ну вот, а ты боялся, - подходя к Хьюге, сказал Харусе. – Мы с господином Куроюри будем в кабинете. - Ага… - Лейтенант, ну что вы постоянно цепляете этого Оака? – спросил Конатсу, глядя в след убегающего Шури. - Хоть что-то для разнообразия? – сказал Хьюга, разворачивая ещё один чупа-чупс. *** Аянами с девушкой на руках зашел в свою комнату, открыв дверь ногой, и аккуратно положил на постель. Эва казалась очень маленькой, хрупкой и ранимой. Легко проведя рукой по её щеке, Аянами пошел в ванную комнату. В его голове продолжала биться мысль о том, что «это не реально, не возможно, и этого просто не может быть. Ева не могла переродиться, да ещё и в человеческом теле». Плеснув в лицо холодной воды, Аянами разделся и зашел под душ, включив на полную мощность ледяную воду. Стоя под струями, он вспоминал о том, как они встретились, о том, что связывало его с ней, о том, как она умерла. «- Ева? – позвал он, выходя из-за деревьев. Он с нетерпением ожидал этого момента, того, как снова увидит её. Всю ночь и весь день, Верлорен ждал момента, когда сможет пойти на освещенную солнцем поляну, чтобы увидеть ЕЁ. - П-простите, – выходя из-за деревьев, произнесла девушка. - Здравствуйте Ева, - повторил Верлорен, склоняя голову в поклоне. Девушка, краснея, присела в глубокий реверанс, затем, как будто что-то вспомнив, отвернулась и пошла к ледяному ручью бежавшему прямо в центре поляны. Опустившись на колени, Ева положила в кристально чистую воду камешек, который, попав туда и поймав солнечные лучи, засверкал всеми цветами радуги, засмеявшись, Ева, захлопала в ладоши и, поднявшись, начала кружиться по поляне. - Как красиво, великолепно, - словно маленький ребёнок, девушка скакала по поляне и кружилась, не глядя вокруг. Залюбовавшийся искренним счастьем своей собеседницы, Верлорен не заметил, как она врезалась в него, и по инерции они упали на землю. Еще не осознав ситуации, в которой она находится, Ева смеялась, но затем по её лицу пробежала тень. Верлорен понял, что сейчас она начнёт вырывать, но он не мог потерять этот, возможно единственный для него, шанс быть с ней. Сжав девушку в объятиях, Верлорен поцеловал её в губы, проникая языком в рот. На её лице промелькнуло удивление, страх, стыд, однако через несколько минут она, краснея, закрыла глаза. - Победа, - подумал Верлорен, закрывая глаза. - Сломлена, - подумала девушка, из закрытых глаз скатилась одинокая слезинка, затерявшаяся в траве. Не разжимая крепких объятий, Верлорен провел рукой по тонкой талии девушки, опускаясь к бедру. - Н-нет, - тонко выразила протест девушка, покрываясь пунцовыми пятнами. - Да, - простонал Верлорен, задирая платье девушки, и проводя рукой по бархатистой коже. Роняя слезы, Ева застонала, Верлорен начал целовать шею и плечи юной девушки, оставляя на нежной коже следы его «преступления». Его рука проникла сквозь плотно сжатые бедра, и коснулась разгоряченной плоти. Девушка застонала и сильнее прижала его голову к своей груди. Она потеряла из виду момент, когда Верлорен лишился одежды, и испуганно вскрикнула, когда его член, прижавшись к её плоти, погрузился в неё. Боль пронзила девушку отрезвляющей волной, из глаз текли слёзы, которые поцелуями снимал Верлорен. - Тише, тише, - успокаивающе прошептал мужчина, возобновляя движение, через миг их тела подхватила волна экстаза, и девушка, перестав чувствовать боль, отдалась на милость захлестнувшей её буре. Ни один из них не заметил ни вспышек света, ни молний сверкающих в небе, ни ураганного ветра. Достигнув пика они одновременно закричали, Верлорен устало опустился на девушку и, поцеловав её в шею, прошептал: - Моя…» Ева вздрогнула и скривилась от боли, все тело было расслаблено, а мысли путались, она опять пережила момент своей слабости, она снова поддалась на его зов. Но это ещё не окончено… Она выдержит, ждать осталось не долго, ведь скоро…Скоро она умрёт…И все прекратится…До следующего раза. «Они встречались уже около месяца. Каждая их встреча заканчивалась жаркими стонами и поцелуями на прощанье. Он никогда не провожал её, она оставалась на поляне, ещё с час после его ухода, встречая ночь и звезды со слезами на глазах. Но он всё равно этого никогда не увидит и не узнает о том, что она чувствует, о том, что после каждой их встречи её душа разрывается на части, ведь она любила его и отца одинаково сильно. Но, встречаясь с Верлореном, она предавала отца, а, не встречаясь – свое сердце. - Ева, ты так прекрасна,- произнес Верлорен, кутая продрогшую девушку в свой плащ. Она стояла и смотрела на закат, её платье было смято, а волосы - в беспорядке. Верлорен обнял её со спины и поцеловал в шею. – Обещай… обещай, что ты всегда будешь со мной. - Я люблю тебя, Верлорен…но… - НО? – вскричал он, рывком разворачивая девушку к себе лицом. – Что ты хочешь этим сказать? - Я одинаково сильно люблю вас с отцом, и если вы не придете к миру, я не … я, не смогу выбрать между вами, - Верлорен ударил её по лицу, с глаз девушки брызнули слезы и потекли по щекам. - Ты моя, ты поняла меня? – с силой сжав руки девушки, мужчина поцеловал её в губы. – Ты никогда, слышишь, НИКОГДА не уйдешь от меня, ты МОЯ, - прокричал Верлорен. В следующую секунду с неба сорвались две молнии ударившие одна в землю у ног влюбленных, а другая – в грудь Верлорену. Его отбросило в конец поляны, а на опушку вышел мужчина в белом костюме с орлом на плече. - Отец, - испуганно вскрикнула, вставая между отцом и возлюбленным. - Не лезь Ева, иди домой, мы с тобой позже обо всем поговорим, - не глядя на дочь, сказал Бог. - Правильно, иди домой, я приду за тобой сразу после того, как мы всё утрясем, - зло улыбнувшись, проговорил Верлорен. - Нет, - по лицу девушки скатились две слезинки, но ноги уже уносили её с поляны. Она бежала через лес, слыша, как за её спиной буйствует стихия: взрывы, раскаты грома, дождь – всё это грозило уничтожить её любимую поляну, ту жизнь, что била там ключом. И отец, и Верлорен знали, как сильно она любила это место, и сейчас они всё там уничтожали. - Не позволю, - плача прошептала девушка, поворачивая назад. Она поскальзывалась на мокрой траве и падала, разбивая в кровь руки. Когда она появилась на опушке, её отец и возлюбленный выбрасывали из рук молнии, от которых нельзя увернуться они всегда попадают в цель… Роковые молнии, созданные Евой, для того чтобы дарить жизнь, а не отбирать её. И именно они должны были убить дорогих её сердцу людей. – Не позволю, - прошептала она. Вспышка, тихий стон пронзенного тела. Обе молнии нашли свою цель. Когда свет, дарящий жизнь померк, на поляне стояли двое мужчин, а на одинаковом расстоянии от них лежала девушка, на груди которой вырос цветок, который после получил название Райский цветок. Её лицо было умиротворенным, изо рта текли две струйки крови, но губы всё равно улыбались, чистой и искренней улыбкой. Она спасла их, дорогих ей людей, это было её третье желание». Тихий хрип, разрушил тишину комнаты, девушка лежащая на кровати закашлялась кровью и села, роняя капли крови на девственно белое покрывало. Оглядев комнату, Эва аккуратно встала, прислушалась и вытянула руку, для того чтобы найти Око, где бы оно не находилось. Проходя мимо окна, она тряхнула головой, и в солнечном свете сверкнул золотой вспышкой мифический цветок. С тех пор как она себя помнила, она носила эти серьги, подарок на день рождение от отца. Он тогда сказал: «Я хочу, чтобы ты была прекрасна, как этот мифический цветок, который способен излечить кого угодно от любого недуга, но ты должна помни Ева, что красота может быть губительна, даже если это и будет во благо любимых людей». Подойдя к шкафам, она почувствовала волнение. - Есть, - прошептала девушка, найдя Око. На нем всё ещё находилась метка Верлорена, но лечащий зайфон очень быстро исправил эту минутную трудность. Положив на место искусно сделанную подделку, и поместив Око в свою руку для надежности, Ева покинула комнату, а затем и корабль. Аянами всё ещё находился в душе.