Миахай

      Прошло пятьдесят лет, за время которых мы больше ни разу не сталкивались ни с кем из тех, кого забрали в другие группы. Всё это время нам не довелось встретить вообще никого. Такое чувство, что, кроме нас пятерых: меня, Анда, Кириса, Сарга, Каада и этих зелёных человечков в количестве двух штук, тут вообще никого не существовало, хотя, остров, на котором мы и находились, осмотрели, облазили вдоль и поперёк.       Этот кусочек земли с дикой почти нетронутой девственной природой завораживал своей сказочной красотой. Укрытый пышной зеленью лесов, окаймлённый прибрежными скалами, широким песчаным пляжем и отмелями, протянувшимися на несколько миль, он был умыт солнечным светом и нежился под синевой небес. Побережье было устлано белоснежным песком, на нём, словно драгоценности, были рассыпаны миллионы разноцветных ракушек и кораллов, вынесенных на берег приливом. По берегу неторопливо ползали мелкие крабики. И на эту красоту волнами набегали голубые воды. Вода прозрачна, а подводная жизнь была представлена несметным количеством экзотических морских животных, которые плавали среди такого же несметного числа коралловых рифов и водорослей, что были видны в прозрачной воде. Цвет воды был от насыщенного синего до небесно-голубого и от изумрудного до светло-зелёного.       Как мы выяснили позже каждый предмет, погружённый в воду, становился ярко-голубым, что вызывало у нас восторг. На острове были плодородная земля, мягкий климат и горы, густо поросшие зеленью, а так же много водопадов и горных рек. Днём здесь светило яркое солнце, а ночи были прохладные и звёздные. Остров был окружён множеством островков и морских скал. Рельеф острова достаточно разнообразен. От пологих песчаных пляжей до скалистых гор, пусть и не очень высоких. Остров был похож на рай, изобилующий фруктами круглый год. Здесь было всё пропитано спокойствием и умиротворением, тишину нарушал только шум океанской волны. Иногда над головой пролетали странные птицы, они были небольшими, но с ярким оперением и большим пушистым хвостом, длинным клювом и хохолком на голове. А вот животного мы ни одного не встретили.       Наши учителя обучали нас боевому искусству, причём, довольно мудрёному, даже моя память прошлой жизни, которая стала понемногу стираться, не могла идентифицировать его. Странные движения, зависания в воздухе, резкие выбросы силы, которые сваливали с ног...       Нас обучали и магии, которая оказалась у каждого из нас. Это было сложнее, так как одно неправильно произнесённое слово и... казус обеспечен. Сколько раз из-за таких ситуаций были сорваны занятия, так как каждый из нас пытался подшутить над товарищем.       Иногда в свободное время мы мастерили удочки и ходили на край острова ловить в океане рыбу. Пару раз даже нарвались на неприятности. Хотя, кому неприятности, а кому повод для шуток. А ведь всё так невинно начиналось.       — Миахай, мы идём рыбу ловить?! — радостно размахивая руками, подбежали ко мне Анд и Каад. — Да и поплавать охота.       Эти парни были чем-то похожи: у обоих чёрные волосы и карие глаза, разница была в том, что у Анда нос чуть вздёрнутый, а у Каада прямой.       — Так за чем дело стало? — тут же заулыбался я. — Зовите остальных и пойдём, а то надоели эти фиолетовые лепёшки, которыми нас кормят постоянно, хочется и нормальной пищи.       Со мной согласились все, и уже через несколько минут мы наперегонки бежали по тропинке к океану, пока наши учителя изволили отсутствовать. Перед тем, как удить рыбу, решили устроить заплывы.       Всё было хорошо, мы резвились, плавали, ныряли, распугивая собирающихся в стайки рыбёшек. А вот в какой-то момент раздался крик ужаса Анда. Вытаращив глаза, он стал бултыхаться в воде, хлопая по ней руками и вопя, как резанный.       — Анд, что случилось? Ты чего орёшь? — мы бросились к нему.       Когда подплыли и посмотрели на то место, куда он показывал, то раздался дружный хохот, от которого мы все ушли под воду, где, чуток отсмеявшись, стали избавлять Анда от проблемы в виде большой рыбины, вцепившейся в его член.       — Что, Анд, теперь будешь у нас вместо удочки? — не удержался Каад, похлопывая друга по плечу.       — А что, отличная идея, — тут же подхватил Сарг, наше вечно весёлое рыжее чудо с россыпью веснушек и серо-зелёными глазами. — И мучиться не надо. Смотри, какой красавец поймался на твой...       — Да ну вас, — обиженно заметил Анд. — Я думал без причиндал останусь, а вам смешно, — и тут же, повернувшись к Саргу, спросил: — И вообще, откуда ты знаешь, что красавец, а не красавица? Успел проверить? Быстрый ты, однако. Только как проверял?       — Эх ты, — вздохнул Сарг. — Элементарная логика, тут и проверять ничего не надо. Ты видел тут хоть одну особь женского пола? Нет, не видел, а значит и рыбы тут тоже мужики.       — Сарг, — от такой логики мы просто повалились на песок. — А ты вообще хоть одну особь тут видел? Помимо рыб и редких птиц? — стоило мне задать эти вопросы, как над ними задумались все. — Мы обошли весь остров вдоль и поперёк, но никого не встретили, а учителя давать ответ о месте нашего пребывания отказывались, отговариваясь тем, что ещё не пришло время.       Единственное, что они нам поведали, это то, что совершеннолетие у нас наступит в девяносто лет, от чего поначалу мы пришли в ужас, услышав такую страшную цифру. Кирис светловолосый и голубоглазый молчун хотел что-то сказать, но, как обычно, промолчал.       — В этом возрасте нам останется только в туалет пару раз сходить и нас потянет к земле, а вы о совершеннолетии говорите, — не сдержался тогда я, на что получил хмурый взгляд и пространные объяснения:       — Здесь возраст исчисляется по-другому... — начал учитель, дальше пошла часовая лекция о расположении этого мира к прилегающим, световые пояса, уровень атмосферы и много чего ещё непонятного, от чего мы едва не заснули, я уже и не рад был, что так неудачно пошутил, но вот конец лекции порадовал: — Следовательно, по меркам людей, девяносто лет это как раз восемнадцать по-человечески.       Больше о месте нашего нахождения не было сказано ни слова. На свою наготу мы не обращали никакого внимания, считая, что это норма. Девушек здесь не было, стесняться было некого, а между собой мы даже иногда в шутку мерились у кого больше и длиннее член.       Вот только иногда нагота немного мешала. Точнее, не сама нагота, а именно то, что болталось между ног. Сколько раз страдало наше достоинство: то, лазая по деревьям, за ветку цеплялись, то, прыгая по камням в горах, попадали в расщелины, отдавливая всё, что можно, то, во время тренировок по магии все шишки доставались многострадальному органу.       А ещё мы обнаружили, что у каждого из нас имеется мимикрия, мы можем сливаться с окружающей обстановкой, становясь невидимыми, как хамелеоны. Только их, если присмотреться, можно было различить, а вот нас нет. Не знаю, какой эффект был бы, будь мы в одежде, но сейчас эта особенность нас радовала, благодаря ей удалось избежать насмешек товарищей при попадании в нелепые ситуации.       Но как мы ни пытались убедить учителей, что нам надо хотя бы набедренная повязка, ответ был категоричен:       — Нет, вы будете заниматься и учиться в первозданном виде, так надо.       Спорить было бесполезно, да мы и не пытались.       Несколько раз интересовались, где проходят занятия в других группах, но тут нам сразу же затыкали рты, нагружая больше положенного, чтобы даже времени думать о пустяках не было. Со временем мы уяснили для себя, какие вопросы можно задавать, а каких лучше избегать, на какую тему говорить, а о какой вообще не заикаться.       Мы росли, менялась наша внешность. Сейчас у меня были короткие белые волосы, зелёные глаза и острые уши. Друзья часто прикалывались надо мной, называя эльфом. Да и тело, в отличие от других, никак не хотело накачиваться, как я ни пытался. Зато товарищи красовались рельефными мышцами, кубиками пресса и бицепсами-трицепсами. Меня всё время это удручало. Почему же у меня такого нет?       Радовало то, что несмотря на их накачанность, я был сильнее и ловчее. Анд часто звал меня живчиком, так как моя вертлявость и изворотливость была причиной уже их зависти. Но, в конце концов, должны же и у меня быть хоть какие-то достоинства.       — Что сидим? Марш на тренировку, — вошёл к нам учитель, разглядывая каждого из нас и думая о чём-то своём.       Мы гуськом вышли из комнаты и направились в тренировочный зал. А когда вошли, зачарованно замерли. В центре зала стоял стол, на котором находились разнообразные виды оружия. У меня, да и у остальных тоже, заблестели глаза от радости и предвкушения. Только мы хотели броситься к этому великолепию, как нас остановила силовая волна учителя. Мы недоумённо посмотрели на него.       — Сейчас каждый из вас будет подходить к столу и выбирать оружие, но помните, что не только вы должны его выбрать, но и оно вас.       Эти слова удивили. Мы не поняли, как это оружие будет нас выбирать? Но стали подходить по одному.       Я наблюдал, как мои товарищи сначала берут в руки понравившуюся вещь, потом роняют её или отбрасывают в сторону, словно обжегшись, пока не останавливались на том, что хорошо лежало в руке и не падало.       Когда подошла моя очередь, я увидел их... Два красавца парных меча с небольшими зазубринами на лезвии. Ни на одно другое оружие я не смотрел, только на них. Несмело протянув обе руки, с радостью почувствовал, как они будто сами прыгнули мне в руки и легли так, словно продолжение моих конечностей.       Довольный, обернулся к остальным, которые терпеливо ждали, наблюдая за таинством выбора оружия.       — Что же, все выбрали? — мы кивнули. — А теперь мы с вами переходим на новый уровень тренировок, — изрёк учитель, заставив наши сердца забиться чаще.       Мы вдруг почувствовали, что после прохождения этого этапа нам предстоит расставание. Но изменить что-то было уже не в наших силах. Приближался именно тот момент, ради которого нас и растили.       У нас была только одна надежда, что нам ещё суждено будет увидеться, ведь наш век слишком долог, а чем чёрт не шутит, когда ангел спит...       А дальше время полетело, словно сумасшедшее. Не успели оглянуться, как подкралось наше совершеннолетие. Перед последним решающим экзаменом мы все волновались. Наши учителя исчезли на несколько дней, а вот вернулись уже не они, а их голограммы. На все наши вопросы они не дали ни одного ответа. И только после экзамена, который мы успешно сдали, один из наших учителей, хоть и с трудом, смог выдавить из себя:       — Нас похитили... Вы... Найти... — после чего у каждого из нас в руках появился кристалл перемещения, а голограммы исчезли.       — Ну, что же, друзья, вот и началась взрослая жизнь, — с горечью произнёс Анд. — Нам пора на поиски.       — Я надеюсь, наши пути ещё пересекутся, — хмуро выдавил Сарг, его глаза блестели от непролитых слёз.       — Тогда, не прощаемся? — внёс я предложение, с которым все согласились.       В ту же секунду на каждом из нас появилась одежда, мы тепло обнялись, пожелали друг другу удачи, и каждый из нас раздавил свой кристалл.