Доктор и два уже не маленьких недоразумения

      Первое, что увидела Аня — это её дядя Джон, стоящий около какой-то странной панели приборов, похожей на юлу. Он опёрся обеими руками о серебристый обод, опустив голову, молчал, наверное о чём-то думал. Оглядевшись, девушка заметила, что помещение несколько не соответствует размерам будки, в которую она зашла. Оформлена комната была в довольно странном стиле: пол был сделан из плотной железной сетки, под которой местами была пустота, а местами провода и странного вида приборы, стены украшены крупными выпуклыми кругами, судя по всему служившими светильниками, по всему помещению разбросаны причудливые колонны, напоминающие своеобразную букву «мю».       Джон приподнял голову и посмотрел на свою племянницу. Лицо его оживила такая привычная мирная улыбка. Он оттолкнулся руками от чуда техники и двинулся по полуокружности к девушке.       — Рад тебя видеть, Эни! Куда хочешь отправиться, зайчонок?       — Дядя Ваня, что здесь происходит?       — Пора тебе всё узнать, Эни, Эни, моя Эни… Называй меня Доктор, или «папа», Джон тоже можно, но лучше не надо. — Теперь Джон стоял прислонившись всё к той же приборной панели.       — При чём здесь Доктор? Папа часто называл тебя так, но я думала, это шутка. И при чем здесь папа? Я тебя, конечно, очень люблю, но папа у меня вроде бы один, твой брат Макс.       — Ты права, девочка моя, папа у тебя один, но это не Макс, это я. Я твой отец, Эни.       — Твоя очередная шутка аля «У меня есть космический корабль времени»?       — Но у меня действительно есть космический корабль, который путешествует во времени. — Доктор комично надул губки и сложил руки на груди. — Мы сейчас в нём.       И в этот момент Аня всё поняла, как будто в сознании сломали какую-то стену, и все знания, которые прятались за ней, хлынули в сознание. Тысячи поколений людей и таймлордов, каждая жизнь, каждое воспоминание, каждая мысль в её несчастном разуме. Вот она, нет, он, стоит у деревянного домика и смотрит на морковное небо. Здесь будет новый город, он нарекет его Аркадия. Теперь она сидит на какой-то коряге и бьёт камнем о камень, внизу лежит горсточка соломы. Камень блестит, он ей нравится. Когда бьёшь, вылетают искорки. Искорки красивые, ей нравится. Одна искорка падает на солому, и та загорается. Она отпрыгивает, ей страшно. Загоревшаяся солома горячая. Теперь он находится в огромном зале, здесь собрались лучшие люди каждого государства планеты, сегодня решается, будут ли они объединяться. Он как главный представитель своей страны поднимает руку и произносит: «Алиден входит в Альянс». Теперь его страна — часть единого планетарного государства Галлифрей. Она снова на Земле. Её муж ушел на охоту, а она прядёт. Послезавтра нужно ехать в город, везти подать лорду. Лорд так добр, он забирает лишь половину урожая. Он снова на Галлифрее, бегает по двору, играет с другими детьми. К нему подходит заплаканная мать и гордый отец. Отец кладёт руку ему на плечо и говорит: «Пришло время инициации. Ты посмотришь во время». Он счастлив, он станет взрослым, но ему страшно. Он слышал, что некоторые сходят с ума, посмотрев во время. Она в двадцатом веке, в Чикаго, в баре. Она потягивает джин из стакана и слушает чернокожую певицу. Неожиданно дверь с грохотом отлетает, она прячется за стойку, в бар врывается полиция. Он стоит на широкой поляне, на том, что раньше было поляной. Здесь побывали далеки. Она стоит перед очень красивым мужчиной. Его зовут Джек, капитан Джек Харкнесс. Он ей всё рассказал, он борется с инопланетянами. Теперь он в ТАРДИС. Он прячет Галлифрей от далеков. Но это размыто, как будто кто-то не хочет, чтобы он вспоминал. Теперь она лежит в постели и смотрит на Доктора. Он заходит в ТАРДИС и говорит: «Скоро вернусь, не скучай.»       Эни открыла глаза и долго не могла понять, где находится. Потом она увидела сидящего рядом Джона. В голове мигом прояснилось, и Аня тихо и слегка удивлённо произнесла:       — Папа.       Доктор встрепенулся, приложил руку ко лбу дочери и спросил:       — Ты как?       — Что со мной произошло?       — Насколько я понимаю, в тебе активизировалась генетическая память. Ты ведь только что видела жизни всех своих предков? — Аня утвердительно кивнула. — Явление редкое, но иногда случается. В твой мозг очень быстро закачивалось огромное количество информации. Мозг испытывает невероятные нагрузки. Среди людей такие случаи неизвестны, потому…       — Потому что люди при этом погибают.       — Да.       — Это так странно. Всегда думала, что я человек. Хочу в ванну.       Эни села на кровати и попыталась встать, но упала обратно. Доктор подбежал к ней и помог подняться.       — Спокойно. Ты ещё слаба. Даже для повелителя времени это слишком.       — Я справлюсь.       — Хорошо. Бассейн — направо последняя дверь, гардероб — оттуда третья дверь налево.       — Спасибо. — Серьёзно сказала она, затем улыбнулась. — Так та история с кораблём сонтаранцев в пустыне была правдой.       — Иди уже, чучело.       Доктор дождался, пока дочь уйдёт, упал на кровать, провёл по лицу руками и прошептал:       — Спасибо. Жива, она жива.       Эни тем временем дошла до бассейна, время от времени опираясь о стены. Что ни говори, а ванную комнату таймлорд обставил с размахом. В самом центре круглого помещения диаметром около тридцати метров располагался бассейн, соответствующий размерам комнаты. Вдоль стен стояли книжные шкафы до потолка с лестницами на колёсиках, а полы покрывал очень мягкий ковёр, который, кажется, поглощал все звуки. Контраст строгому уюту помещения составляли книги, разбросанные абсолютно везде: на креслах, на столе, на полу. Они лежали на бортике бассейна, висели на лестнице и лампе. Книги о истории и медицине, технике и метафизике были написаны на разных языках, иероглифами, клинописью, кругами, даже привычными латинскими буквами, но Эни почему-то всё понимала, как будто с рождения знала все эти языки. Девушка, осторожно переступая через книги, добралась до берега небольшого озера, которое Доктор по недоразумению считал бассейном, скинула одежду и залезла в тёплую воду, которая моментально нагрелась до нужной температуры. Мягкий уют воды мгновенно снял боль и помог расслабиться. Тишина не давила, а успокаивала, давая возможность мыслить трезво.       Аня уже не была той простой девчонкой, что недавно ехала на маршрутке домой. Нет, она теперь знала всю историю своего народа… Своих народов. Она пережила жизни своих предков. Знаний было слишком много, но они были так естественны. Всё: от того, как включать лампочку и до принципов работы временного двигателя стало одинаково ясно и логично. Отец… Его жизнь она тоже помнила. Столько боли, столько разочарования, предательство и смерть. Он почти сошел с ума. Но наравне с этим любовь. Много любви и искренняя дружба. В этом таймлорде столько вины, ответственности, самоотверженности… И как он живёт с этой гаммой эмоций?       В тёплой воде все мышцы расслабились и боль, наполнявшая до этого каждую клеточку её тела, как будто растворилась и вымылась из организма, оставив после себя приятную пустоту. В голове прояснилось и мысли, воспоминания начали выстраиваться в четкую цепочку. Если до этого всё было свалено в кучу и мельтешило на поверхности, то теперь большая часть отошла на задний план и спряталась в глубину сознания. А на первый план вышел вопрос: кто она теперь? Всю жизнь считать себя самым обыкновенным человеком, а тут вдруг понять, что ты и не просто человек, да и человеческого в тебе меньше половины. Ну, а чтобы окончательно во всём этом разобраться, нужно получить энергию временной воронки, это знание тоже теперь было в её голове.       Эни вылезла из воды и закуталась в мягкое махровое полотенце, которое висело на поручне лесенки бассейна. Взглянув на вещи, в которых она пришла: свитер и строгие черные брюки, Аня поняла, что дальше в этом ходить, особенно сейчас, нельзя. Кажется, отец говорил, что где-то рядом есть гардероб. Эни вышла в коридор и отсчитала третью дверь. Гардероб поразил её ещё больше, чем библиотека: в центре круглого помещения находилась винтовая лестница, уходящая вверх на сколько хватало взгляда, а по всей её длине тянулся бессчетный ряд вешалок с самой разной одеждой. Здесь была одежда на все случаи жизни: средневековые платья в пол и скафандры, тёплые шубы и короткие шорты, смокинги и футбольная форма.Девушка медленно начала подниматься вверх, иногда останавливаясь и рассматривая тот или иной наряд. Некоторые из них она помнила, их носил её отец. Наконец она выбрала то, что ей подойдёт: простые тёмные джинсы на высокой талии, фиолетовую майку и короткую джинсовку в цвет джинсов. Одевшись, Аня поняла, что чего-то не хватает, ноги начали замерзать на металлических ступеньках. Она сбежала вниз по лестнице, туда, где стояли шкафы с обувью. В глаза ей сразу бросились красные кеды, стоящие прямо напротив спуска. К ним была прислонена записка, написанная мелким витиеватым почерком: «Забрал у Макса. Решил, что тебе пригодится. Жду в комнате управления (налево до упора)». Эни улыбнулась и взяла с полки такие родные кеды. Сколько в них воспоминаний, сколько чудесных моментов связано с ними, и сколько волшебных приключений им ещё предстоит впитать!       Обувшись, девушка вышла в коридор, и, как и написал отец, пошла по длинному коридору, который привёл её в ту же комнату, с которой всё и началось, только с противоположной стороны от входной двери. Доктор стоял у консоли управления и что-то рассматривал на прямоугольном экране, находившимся на уровне его груди, из-за чего ему приходилось нагибаться. Так забавно наблюдать за ним, когда он не видит. Вот он поправил на носу прямоугольные очки и мило сморщил нос, слегка приоткрыв рот — явно что-то не понравилось. Щёлкнул по кнопке, переключил тумблер, дёрнул рычажок. Теперь, видимо, всё в порядке — самодовольно улыбнулся, откинув полы плаща. А вот теперь погрузился в свои мысли — опёрся о поручень и запустил ладонь в волосы, нахмурившись. Пора дать о себе знать.       — Папа.       Доктор встрепенулся, посмотрел на дочь. Лишь секунду на его лице задержалось удивлённое выражение, а потом его сменила привычная улыбка.       — Как себя чувствуешь?       — Гораздо лучше, спасибо. Вообще-то я вот что хотела сказать: у нас есть ТАРДИС и куча свободного времени, а я нигде ещё не была.       — Понял к чему ты клонишь. Ну и куда ты хочешь отправиться?       — Для начала в Лондон.Ты мне столько о нём рассказывал с самого детства, что мы просто не можем туда не поехать.       — Отлично! Лондон, Англия, Великобритания, Земля, Солнечная система, Млечный Путь, 2018 год, пусть будет весна.       Каждое своё слово Доктор сопровождал каким-нибудь действием: нажатием кнопки, дёрганьем рычага, переключением тумблера, поворотом колёсика… И ТАРДИС такое обращение явно не нравилось. Аня чувствовала её негодование телепатически, и не могла позволить Доктору пытать её дальше. Она подбежала к консоли управления и начала исправлять ситуацию: подключила потенциальный привод, активировала вероятностные стабилизаторы, установила в правильное положение реле скоростных потоков.       — Что ты делаешь? — спросил удивлённо Доктор?       — Пытаюсь нас не угробить. Ты в курсе, что просто ужасно водишь ТАРДИС, и совершенно её не слушаешь? Она же просто орёт на тебя телепатически. Как можно это не слышать? Я на её месте уже бросила тебя где-нибудь на необитаемой планете.       — С каких это пор ты — специалист по управлению ТАРДИС?       — С тех самых как в моей голове появились воспоминания поколений наших предков. Ты, кстати, в курсе, что среди них есть изобретатель ТАРДИС и конструктор конкретно этой модели? И мы уже прилетели. Не уверена, что туда, куда ты собирался, я не всё успела исправить, могло снести на пару километров или лет… И пожалуйста, выжимай тормоза. Если так будет продолжаться, однажды ты просто насквозь прошибёшь Землю, и мощности у ТАРДИС хватит, чтобы разнести её при этом на куски.       — Дожили, собственная дочь меня отчитывает и учит управлять ТАРДИС.       — Не обижайся, но сейчас я и правда куда лучше тебя разбираюсь в этом. Зато, что касается путешествий, специалист у нас ты. Так значит мы в Лондоне?       — Можешь сама проверить. Просто выгляни за дверь.       Эни подбежала к двери, за которой находилась мечта всей её жизни — величественный и прекрасный город Лондон. Девушка распахнула левую створку и столкнулась лицом к лицу с блондинистой девушкой чуть ниже её ростом. У той за спиной стоял высокий брюнет в черном пальто в стиле милитари. Аня застыла в изумлении, такой встречи она уж точно не ожидала. За спиной раздался голос отца:       — Эни, ну что ты там застряла? Ты же так хотела в Лондон!       — Папа, кажется, у нас гости?       — Гости? Какие гости?       — Это Джек. Джек и Дженни.