Verzeih...

Хочется обнять тебя. Поцеловать. Нашептать на ухо какие-нибудь нежные и приятные слова, слегка тебя за это ухо покусывая. Спокойно раздеть, почувствовать рукой, а потом и языком твой рельефный торс. Закрыв рот поцелуем, не спеша растягивать, заставляя тебя глазами молить о том, чтобы я не тянул. Видеть, что ты до ужаса возбужден, что сам расставляешь ноги в безмолвной просьбе. Наконец, выполнить эту просьбу, аккуратно и нежно. А позже вновь целовать и просить прощения за излишнюю боль... Но я этого не сделаю. Я знаю, ЧТО ты любишь. Я сделаю так, как тебе понравится - любовь заставит. Да и хотя бы потому, что это все осталось в старых мечтах. Вот и сейчас ты лежишь на жесткой кровати головой вниз, со скованными руками и нетерпеливо выжидаешь, когда я начну хоть как-то действовать. Спору нет, ты научил меня ловить в этом кайф. Научил безумно ждать каждого такого случая. Но о старых мечтах я не забуду... И то, и другое - прекрасно... Я понимаю, как это приятно - делать больно, но до сих пор не пойму, как можно получать удовольствие, чувствуя боль. Ах, да, здесь ведь есть и унижение. Оно же тебе так нравится, хоть поначалу ты это и отрицал. -Прости, Иван, - твой голос неподдельно подрагивает - ты уже успел нафантазировать себе всякой всячины. Пытаешься немного повернуть голову и мельком посмотреть на меня, но я вновь вжимаю тебя лицом в простыни - все же я сильнее тебя, и нам обоим это нравится. ...Нагой ты красивее. -За проступки надо отвечать, - отвешиваю тебе звонкий удар по ягодицам. Ты дергаешься вперед - все же рука у меня действительно тяжелая, но это не может не радовать. Еще семь таких же ударов вырывают из тебя тихие стоны, но ты лишь больше подставляешь задницу, жаждая продолжения и кусая губы. Я знаю, когда фантазируешь так, в твоем положении, то кажется, что все это по-настоящему. Потому и возникает легкий, приятный страх. Наверное, он-то и возбуждает тебя. -А кто тебя просил рот открывать, а? - наслаждаюсь твоими стонами и шумными вдохами. -Харьков, видите ли, он вспомнил... Ничего, сегодня я заставлю тебя повыть подольше и погромче. -Не надо... - рвется с твоего языка, и ведь невольно добавляешь это "не"... -Лучше подумай о своих словах. Может, совестно, наконец, станет. А ведь это не выдуманный нами очередной сюжет, помнишь? Помнишь, сегодня утром ты выебывался на всю длину языка по поводу Харькова? А, точно, еще и Брест. Ну, держись, сука. Я начинаю забывать о старых мечтах. Да и мечты уже и ни при чем - я всего лишь хочу излить ту мимолетную злость. -Лежи, - удерживаю тебя на месте, а ты все рвешься встать, начиная чувствовать неладное. Еще двадцать ударов. Мне так приятно осознавать, что сейчас ты утыкаешься лицом вниз, пряча слезы в уголках глаз. -Хватит... - обычно так ты просишь передышки, и обычно это происходит позже. Но сегодня я тебя жалеть не буду. -Это был лишь разогрев. Ты вздрагиваешь, лишь только я касаюсь покрасневших участков кожи. Руки у меня холодные. -Как сам считаешь, ты заслуживаешь сейчас хорошей порки, м? - нет, я так не могу. Злость уходит быстро, и это все - снова игра. Но сегодня небольшой перебор никто не отменял. -Да, - ты, вроде бы, тоже понимаешь, что сегодня легко не отделаешься. Медленно расстегиваю и вытаскиваю ремень из своих брюк, медленно, потому что знаю, что этот звук, шуршание кожи о ткань ты хорошо улавливаешь, и тебе это тоже... Опять-таки, нравится. Обычно удары рассыпаются по твоему телу равномерно. Сегодня я "перестараюсь" и сконцентрирую их. Плевать на все. Чувствуй боль. Может, заодно разлюбишь. Ее, не меня. Я не буду сдерживаться. И я не сдерживаюсь - хлещу тебя в полную русскую силу с малыми интервалами и слушаю сначала короткие заглушенные вскрики, а потом протяжные завывания. Ну, что ты, ты же любишь так. Снимаю с тебя наручники - мне приятней самому держать тебя. Достаю стек - плевать, что на твоей заднице нет живого места. И вновь наслаждаюсь твоими мольбами - это так приятно. Я не думал, что ты можешь так громко кричать. Давай же, продолжай. Держу тебя сзади за руки, вырываешься, конечно, пытаешься увернуться от ударов, но не выйдет. Самое приятное - когда ты плачешь. Редкое явление природы. Когда я закончу, буду долго любоваться твоими слезами. Отбросив стек, вновь глажу тебя по исполосованным в кровь ягодицам, а ты дрожишь, то ли от боли, то ли еще от чего... -Думаю, ты понял, что не надо ТАК ворошить историю? - немного вдавливаю кровоточащий рубец. -Я все понял... Я больше не буду... Обещаю... Я понял... - ты знаешь, что я хочу слышать. Тем более, говоришь ты искренне, а мне нужно это. -Умница, - расстегиваю свои штаны, которые вот-вот треснут по шву ниже ширинки. -Готов?.. -А... - ну да, какую бы жесткость ты ни любил, смазку я всегда использовал. -Обойдешься так, - сам зажмуриваюсь и с трудом, резко проталкиваюсь в тебя. Как всегда, ты тесный, узкий, но податливый. С первых же толчков громко стонешь. Больно. Но пытаюсь ускориться, чтобы больнее было все же тебе. Я не понимаю уже, что ты кричишь - просьбы остановиться или продолжать. Мне по душе второе. Вырываю из тебя неистовые вопли, ты пытаешься выползти, вывернуться, но каждый раз бываешь "награжден" новой болью. -Громче, громче, - усмехаюсь я, едва дыша. Перед глазами все плывет. Оргазм накрыл нас обоих одновременно. Ты ведь знаешь, что ты должен сейчас сделать. Я отпускаю тебя и теперь полулежу, откинувшись на спинку кровати и ожидая твоих действий. Всего лишь вычисти меня - оральный секс меня не так уж и завлекает. Зато можно посмотреть на твои слезы. Ты уже, кажется, боишься меня. Твой язык горячий, он вновь меня возбуждает, но на сегодня достаточно. Вылизываешь всю сперму. Хорошо. -Достаточно, - поднимаю руку и кладу ее тебе на голову. -Ты все понял? Кивок. -Вот и хорошо. Прощен. Все. Будто бы ничего и не было. Спокойно засыпаем, только ты все время подрагиваешь. Да, сидеть ты тоже долго не будешь. Зато будешь послушным. Не могу. Кажется, слишком перестарался - с твоей стороны слышатся тихие всхлипы, навряд ли они от боли... -Извини, - обнимаю тебя и целую в ухо. -Так больше не будет. Ты же будешь хорошо себя вести, верно? Не знаю, что тянет меня на такие слова. Хоть и не вижу твоего лица, протягиваю руку и вытираю с твоих щек слезы. Сейчас они не дарят удовольствие. Сейчас все по-другому. Я не ожидал, что ты повернешься и прижмешься ко мне, что-то неразборчиво шепча на своем языке. Но твое "Ферцайх"* я расслышал точно. Улыбаюсь, обнимаю тебя. Слишком уж напомнило сорок пятый. _______________________________ *Verzeih (нем.) - Прости P.S. Автор опять не смогла написать что-то нормальное. Verzeih ^^