***
— В чем дело, Гокудера Хаято? У меня сейчас мало времени, - проговорил Хибари в трубку. Его как раз перевязывал врач. — Ну, наконец-то. Не подох там еще? — Говори по делу. Надеюсь, не просто так звонишь? — Я что, похож на идиота? Просто хотел сказать… предупредить, что… — Быстрее. У меня не так много времени, - начал закипать Кёя, когда прошло две минуты. —Джудайме пропал, - быстро выпалил Гокудера, стискивая кулаки. — Что? – переспросил Хибари, не веря своим ушам. Его Тсунаеши Савада пропал? — Не заставляй меня это снова повторять. Мы уже весь штаб обыскали, всех расспросили, но никто его не видел. Никто! – послышались какие-то помехи. — Ясно. Хибари не стал ждать, когда ему ответят, он просто выключил телефон. «Савада Тсунаеши… Что ты задумал? Я же сказал тебе, чтобы ты сидел в штабе и не высовывался. Так вот почему мне так неспокойно в последнее время, - думал Хибари, двигая плечом и морщась от боли. – Черт бы тебя побрал, Савада». — Что такое? – спросил Каваллоне, подходя к Кёе. — Савада куда-то пропал. Ты его не видел? – он так злобно и устрашающе посмотрел на Дино, что тот попятился назад. Разозленный Хибари выглядел куда устрашающе, нежели вся эта война мафии. — Н-нет… не видел. — Мне надо его найти. — К-конечно, ха-ха, - неловко засмеялся он. – Удачи в поисках. Я, как видишь, пока ничем не могу помочь. — Ты и не сможешь. Хибари быстро поднялся, натянул черный пиджак и медленно двинулся в сторону стены. Один удар и от стены осталось лишь название. «Братишка, лучше бы ты поскорее нашелся, иначе… этого пса уже ничем не остановить», - думал Дино, наблюдая за столь грандиозным зрелищем. Хибари сел в машину. Простреленное плечо ныло, но он не обращал внимания. Кёя думал только о том, чтобы найти Вонголу Дечимо и вернуть обратно в штаб. Выехав за сломанные ворота, Хибари прибавил скорости. Он ничего не знал: ни где искать, ни к кому обращаться. Он никогда не просил помощи, у него нет друзей. Он одиночка, всегда им был, пока не встретил его – Саваду Тсунаеши. Ничем не примечательный парень, абсолютно бесполезный и слабый, но было в нем что-то такое… горячее. И кто бы мог подумать, что всего через несколько лет этот бесполезный мальчишка станет боссом весьма уважаемой мафиозной семьи, а он его Хранителем? А еще через несколько лет, этот самый босс мафиозной семьи забеременеет от него. — Черт. Черт… - Хибари ударил по рулю. Он все еще жал сотню, медленно переходя на сто двадцатую. «Если его хоть пальцем тронут… убью», - лицо Хранителя облака исказилось в ужасной гримасе. Если бы его кто-нибудь увидел, то ни за чтобы не подошел, ибо Хранителя облака Вонголы лучше не злить. Никогда.***
— Тсунаеши-кун, я, конечно, понимаю, что ты злишься и все такое… — Все такое? – обернулся Тсуна. – Они убивают моих союзников! Это не «все такое»! Это война, Мукуро. И я не собираюсь проигрывать! — Ты это уже говорил и я это понял. Но вот иллюзия не будет длиться вечно. Я не могу прикрыть тебя на базе. — Постарайся продержаться еще немного. Мне нужно твое прикрытие только, когда мы войдем. Остальное я сделаю сам. — Ты уверен, что тебе не нужна помощь, Тсунаеши-кун? — А ты что, волнуешься? — Ку-фу-фу, я разве похож на твою мамочку? Просто не хочется потерять такое чудесное тело. — Ты говоришь как извращенец, - сказал Тсуна, морщась. — Кстати, а остальные знают? — О чем? — О ребенке. Тсуна резко остановился и повернулся к Мукуро. Тот в свою очередь тоже остановился, только отодвинулся на метр, чтобы босс чего не учудил. — О каком ребенке? — От меня можешь не скрывать, Тсунаеши-кун. Я всегда слежу за тобой. Даже когда ты остаешься один. А за изменениями твоего тела я слежу в два раза больше, так что не удивляйся, откуда я знаю о ребенке. — Хм. Я бы убил тебя, если бы ты не был моим Хранителем. Поэтому… - Тсуна быстро настиг Мукуро. На голове загорелось яркое, чистое пламя посмертной воли. - Если кто-нибудь узнает… я тебя убью, - прошипел он, отпуская его пиджак. — Ку-фу-фу, не волнуйся. Мне это тоже не выгодно. — Тогда молчи и ни слова больше об этом. Остальную часть пути они шли молча. Иллюзия Хранителя тумана скрывала их обоих, пока они не дошли до высокого здания. Им пришлось долго прятаться и добираться до главного штаба, где сидел босс семьи Джессо. — Можешь уходить. Все остальное я и сам могу сделать. — Хорошо. Иллюзия исчезла. Теперь Тсуна был открыт со всех сторон, но он этого не боялся. Два стука в дверь, хриплое «войдите». — Нерайо Джессо, - прозвучало в светлой комнате. – Что ж, рад тебя видеть в добром здравии. — Кто тебе… — Нет-нет, можешь не утруждать себя. Потому что, если ты двинешься, я сожгу тебя. Тсуна присел напротив босса семьи Джессо. Он поставил ногу на ногу и ухмыльнулся. На лице Нерайо отчетливо читался страх. Он боялся за свою жалкую жизнь. Ну, конечно, он ведь свои руки не марал, прятался за спинами своих подчиненных. — Я пришел поговорить. Ты должен был догадаться, что я когда-нибудь все-таки заявлюсь к тебе. Или же ты думал, что я буду сидеть и ждать, пока ты перебьешь всех моих товарищей? — Кхм… Я ничего такого не думал, я… — Ложь. Это явный признак того, что ты оттягиваешь время. Неужели у тебя под столом есть эта кнопка? Гокудера-кун тоже уговаривал меня ее поставить, но я не видел в ней смысла, так как… Тсуна внезапно очутился за спиной Джессо. Он приставил к его горлу маленький ножик, который захватил на всякий случай. — … я убью врага раньше, чем они добегут. — Босс! В комнату ворвались вооруженные люди. Они остановились посредине кабинета. Тсуна крепко держал нож у горла Джессо, а на голове и руках уже начало появляться пламя. Нет, это вовсе не пламя посмертной воли. Это было пламя ненависти и мести. Тсуна двинул рукой. Легкий порез на коже шеи до ужаса испугал Джессо. — Остановите его. Убейте! Убейте, я сказал! Но никто не двинулся с места. Все чувствовали это напряжение и холод. Взгляд Тсуны выражал только одно: «Движение или шорох, убью всех». Поэтому никто не осмеливался даже шевельнуться. Конечно, в Вонголе такого бы точно не произошло. Никто из его Хранителей не боится смерти. Они готовы сражаться до самого конца и даже отдать собственную жизнь, чтобы спасти Вонголу Дечимо. Резкий свет на время ослепил Саваду. — Ты же не думал, что все так и кончится? Глупый мальчишка, ты попался на нашу уловку! К виску Тсуны приставили дуло пистолета. Его окружали Хранители семьи Джессо. Истинные Хранители. — Но у меня есть один вопрос... Почему ты пришел один? Где твои Хранители? Тсуна молчал. — Неужели они тебя предали? Да, надо было сделать так с самого начала. Ты бесполезен, Вонгола Дечимо. Савада стоял и не шевелился. Он мог с ними справиться, но он начал волноваться о ребенке. Ведь если начнется бойня, его могут ударить по животу. — Убейте его, - прозвучало в тишине. Тсуна с беспокойством посмотрел на окруживших его Хранителей. Все были окутаны в пламя посмертной воли, хоть оно и не было таким чистым, как у Савады. Тсуна еле успел прикрыть живот от удара. Он отлетел к стене и ударился об нее спиной. Резкий удар по легким пришелся сразу же, не давая Дечимо подняться. «Черт, это плохо. Я не успеваю». Но это была не единственная проблема, он был не один. Надо было защищать ребенка. При мысли о ребенке, он вскакивает с пола. Хранитель грозы призвал свое животное, но Тсуна быстро с ним расправился. — Даже не думай, что выиграешь, - рассмеялся Джессо. Тсуна заметил, что людей стало больше. «Давит числом. Это плохо». Савада успевает уклониться от нескольких пуль и убить одного Хранителя. Кажется, Хранитель тумана. Он хотел использовать свои иллюзии, но не на того напоролся. — «Икс баннер», - приготовился Тсуна, но его резко обрывают, высасывая пламя. «Черт, у них есть коробочки, зависящие от пламени». Тсуна тяжело дышал. Вечно убегать невозможно, но его силы уже почти кончились, и только мысли о еще не рожденном ребенке придавали ему силы. Даже если он против того, что у него родится, он не позволит умереть ему таким образом. — Что, силенки кончились? – гоготал Нерайо. Все остальные тоже подхватили. — Еще чего, - выплюнул кровь Тсуна. Он понимал, в какой опасной ситуации оказался, но не мог ничего предпринять. Пламя угасало, а силы потихоньку покидали его. Удар по ногам, однако, быстро привел Тсуну в сознание. «Бой еще не кончился», - думал он, высвобождая больше пламени. Савада использовал «Прорыв точки нуля. Адаптированный», чтобы высосать пламя и восстановить силы. Даже если он умрет, он будет сражаться до конца. Несколько часов он не отвлекался ни на что. Джессо уже начало надоедать, что мальчишка из Японии все еще не сдох, поэтому кричит на своих Хранителей. — Вы бесполезные придурки. Не можете убить этого мальчишку! — Простите босс. Но Нерайо не собирался никого прощать. Выстрелив в Хранителя солнца, который был весь изранен, он окутал себя пламенем неба. Сейчас, когда Савада Тсунаеши – босс Вонголы, был настолько слаб, он мог с ним сражаться, ничем не повредив себе. — Как ты можешь? Ты убиваешь своих Хранителей! Какой же ты босс после этого? – Тсуна с презрением смотрел на Нерайо. Он так и не осмелился посмотреть в сторону трупа Хранителя солнца семьи Джессо. — Он слабак, а слабакам здесь не место. Как и тебе, - добавил он, высвобождая животное из коробочки. Это оказалась большая белая змея. Она смотрела на Тсуну голодными глазами, будто готовилась его съесть. — Она очень ядовита. Один укус и ты умрешь. А теперь, Мелайна, укуси его. Тсуна отскочил подальше от змеи, но в этот самый момент стена, что стояла сзади Савады, разрушилась, обдавая всех осколками и пылью. Тсуна удивленно уставился на стену, а потом и на человека, что вошел в комнату столь необычным образом. — Наконец-то я нашел тебя, Савада Тсунаеши, - страшная ухмылка отразилась на его лице. — Хи… Хибари-сан? Хранитель облака пылал от ярости. Мало того, что путь к Саваде ему указал Рокудо Мукуро, так еще и сам Тсуна весь изранен. — Я забью вас всех до смерти, - сказал он свою излюбленную фразу, но потом исправил. – Точнее, убью вас к чертям. Тсуна плохо помнил, что произошло после этого. Только силуэт человека, охваченного фиолетовым пламенем, мелькал у него перед глазами. Мало-помалу, но он засыпал. Это сражение отняло у него слишком много энергии, да и все тело ужасно ломило. Савада знал, что со всем остальным уже разберется Хибари, поэтому не волновался. «Хибари-сан не может проиграть. Никому», - подумал он перед тем, как потерять сознание.